резко прекратились. Я проверяю сети на предмет оставшихся логических бомб… впрочем, для вас это не важно.
- Мы можем чем-то помочь? - взволнованно спросил Эгида.
- Спасите, кого можете спасти, и постарайтесь не погибнуть сами. У Эйдолона мы все будем только мешаться под ногами.
Связь оборвалась окончательно.
- Дерьмо, - кратко и емко высказался Кид Вин.
- Так, без паники, - Эгида поднял руки. - Вы слышали, что сказала Дракон. Я предлагаю собрать всех, кто еще жив, и отправляться в Бостон, если он еще на месте.
- Он на месте, но офис СКП также уничтожен.
- Не важно. Не у всех есть силы полета, а у кого есть, те не смогут всех унести. На улице есть фургоны… Кид Вин, сколько времени тебе нужно, чтобы заставить хотя бы один летать?
Взгляд Технаря на несколько секунд затуманился, его сила пришла в движение, анализируя задачу и предлагая решения.
- Полчаса и готово. Нужно только забрать кое-что из хранилища. Пойдемте со мной, я один все не утащу.
Трое кейпов прошли по пустующим коридорам и на лифте спустились на подвальный этаж, где располагалось хранилище технарского оборудования. Где их ждал очередной, и отнюдь не приятный сюрприз.
Бронированная дверь хранилища, немногим уступающая воротам противогубительских убежищ, была безжалостно искромсана, открывая проход достаточный, чтобы в него протиснулся крупный человек.
Или не очень крупный, но облаченный в силовую броню.
- Хм… срез ровный, прямой. Края не оплавлены, - Кид Вин внимательно изучил пробоину. - Прорублено мечом.
Эгида ругнулся сквозь зубы.
- Час от часу не легче. Что ему могло понадобиться здесь?
- Не знаю. Здесь только сравнительно простые, безопасные устройства, прошедшие комиссию, или вовсе ненужный хлам.
- Сможешь определить, что пропало? Это может быть важно.
- Увижу, если что-то не на месте.
Кид Вин пошел вдоль стеллажей, вытаскивая из ящиков и со стендов будто бы случайные предметы, на первый взгляд не имеющие никакого отношения к полетам. Лазершоу связалась со Сталеваром и проинструктировала его и остальных выживших направляться к штаб-квартире. Эгида, недолго думая, присоединился к Технарю в качестве носильщика, чтобы чем-то занять руки.
- Сталевар говорит, что нашли еще одного, - сказала Лазершоу. – Страж из Чикаго, Вантон. Правда, он не в себе, слишком долго пробыл в Излом-форме, им придется нести его на руках, у входа будут как раз через полчаса.
- С ними случайно нет кого-нибудь с огненными силами, чтобы сжечь тела? Как-то нехорошо оставлять всех гнить.
Девушка покачала головой.
- Всего три Бластера считая меня, но с огнем – никого. Если только здесь не завалялся какой-нибудь огнемет.
- Огнемет есть, но толку не будет, - отозвался Кид Вин. – Он на органику не действует.
- Зачем было мастерить такой огнемет?
- Тогда это казалось хорошей идеей. Эффектное, но нелетальное оружие для обычных патрулей… ну ты поняла.
Лазершоу невесело хмыкнула. Сама мысль о том, что где-то и когда-то существовала штука, называющаяся «мирная жизнь», казалась абсурдом, эти чувства Эгида полностью разделял. Он собирался спросить, не может ли Кид Вин быстро изготовить что-нибудь для кремации, как тот позвал его сам.
- Эгида! Я нашел!
- Что ты нашел?
- Мой летающий скейт пропал. И визор, - Технарь принялся обшаривать стеллаж. – О, а вот еще записка.
- Что там?!
- «Я одолжу, лады?» - прочитал Кид Вин и скомкал бумажку в кулаке.
- Но зачем ему понадобилось твое оборудование, да еще настолько простое?
- Без понятия. Возможно, отдельные узлы… - Кид Вин задумался. – Не, бред какой-то. Эти устройства просты, в них нет ничего, чего он не смог бы создать сам.
- Отследить свое оборудование сможешь? – деловито спросил Эгида.
- Если бы я решил что-нибудь спереть у другого Технаря, то первым делом извлек следящие маячки, - Кид Вин взял с полки маленькую деталь со следами припоя. – Ну и что я говорил.
- Ты помнишь в деталях, на что способны эти скейт и визор или их отдельные части?
- Нет. Выносите груз, я метнусь в наш Хаб, вытащу хард из ноутбука и заберу флешки.
- Разве информация об оборудовании Технарей не должна в полном объеме передаваться СКП и храниться на их серверах? – попытался сыронизировать Эгида.
- Должна, - в тон ему ответил Кид Вин. – Но у меня перед глазами был дурной пример.
Где-то над Тихим океаном
Есть такой термин “кризис среднего возраста”. Обычно он обрушивается на мужчин, которые по законам природы уже должны умереть и уступить место следующему поколению, но благодаря благам цивилизации продолжают жить. Он подкрадывается внезапно, в виде ухудшающегося здоровья и слабеющей памяти, а потом внезапно обрушивается на жертву осознанием, что полноценная, плодовитая жизнь-то уже прожита, а впереди только пара-тройка десятилетий медленного угасания.
Мужчина паникует, мужчина протестует. Он пытается бороться, как боролся всю жизнь. Напяливает не соответствующие возрасту шмотки, пытается убедить всех вокруг, и себя в первую очередь, что он еще огого, что боль в коленях - это просто от переусердствования на тренировке, а не предвестник ревматизма.
И ничего не получается. Изношенная память уже с трудом удерживает новую информацию, тело с трудом восстанавливается после нагрузок. Молодежь на двадцать-тридцать лет младше разговаривает на непонятном языке и удивленно крутит пальцами у виска, глядя на пузатого дядьку, пытающегося изобразить “флекс”. Кто-то не выдерживает и стреляется. Кто-то спивается. Большинство же, перебесившись в последний раз в жизни, покорно принимают судьбу и живут - а вернее, доживают - дальше.
И от этого кризиса не застрахованы даже супергерои. Просто очень мало кто до него доживает.
На первый взгляд, Эйдолону бояться было нечего. Он был сильнейшим, это признавали все. Его заслуги перед миром, перед человечеством не поддавались исчислению. Подростки-Стражи взирали на него с благоговением, герои постарше - с неизменным уважением. Собственные бесчисленные силы хранили его от любых проблем, связанных с возрастной деградацией, он мог обеспечить себе идеальное состояние организма, совершенную память и вообще никогда не испытывать экзистенциального ужаса, свойственного тем, кому за сорок.
Так могло показаться со стороны.
Те редкие кейпы, кто еще застали мир без Губителей, знали, что Эйдолон слабел. Конечно, он оставался сильнейшим из людей, и пятым после Зиона и
