было предопределено. Удар, треск, экипаж корабля летит, кто на палубу, кто за борт. Волны подхватывали тела и били их о скалы. Через пять минут «Северный» ушел на дно, на волне остался покачиваться кое-какой мусор, и два тела, одно из которых принадлежало капитану.
Ирана резко развернулась и направилась к Головину.
— Капитан, — произнесла она тоном, которым отдают приказы, — свяжитесь со своими людьми, пусть заберут нас, или возьмем корабль местных.
Головин достал переговорник.
— Старший лейтенант Хит, ты все видел?
— Да, капитан, — тут же отозвался полусотник.
— Разворачивай корыто, и валите на материк, все здесь не нужны. Фарадэр пусть так и висит, до него им не достать, он будет нашим связующим звеном. Все, уматывайте.
— Слушаюсь, — сквозь помехи донесся слабый, едва слышимый голос заместителя.
— Вы! — возмущенно выкрикнула ему в лицо Ирана.
Но Головин ее проигнорировал.
— Рир, живо ко мне.
— Слушаю, капитан, — вытянулся по стойке смирно младший лейтенант, он явно нервничал, оно и понятно, сейчас все нервничали, многие слышали разговор с Хитом и видели, как далекий корабль с остатками отряда пошел на разворот. А значит, поняли, что они остались одни. Но своему командиру они верили. И пока бунта можно было не опасаться.
— Хит, бери тех, кто разбирается в судах, у нас такие точно есть, и осмотрите корабль местных, будем надеяться, он на плаву.
— Слушаюсь, — и он быстро отправился к основной массе наемников, угрюмо смотрящих вглубь острова.
— Вы что-то хотели, госпожа? — поинтересовался он у пышущей гневом Ираны, еще немного, и женщина устроит дебош.
— Нет, капитан, простите меня. Вы правы, и нас бы не спасли, и сами бы погибли, — неожиданно разумно заявила она.
— Я рад, что вы поняли. Там, помимо экипажа, сто пятьдесят моих людей, и у них нет никакой защиты от того, с чем нам предстоит столкнуться. И думаю, все бы закончилось не просто еще одним кораблекрушением, боюсь, мой отряд атаковал бы нас, как только «Звезда Артефы», громкое название для этой лоханки, причалил бы к пирсу. Вот тогда наше положение стало бы гораздо хуже. Кстати, если вы надеетесь на второй корабль, забудьте, я почти уверен, что он никуда не поплывет. Думаю, наш враг позаботился о том, чтобы у нас не было возможности уйти. Все, госпожа, возьмите себя в руки, мы тут заперты, и нам придется решать задачу, ради которой нас сюда послали, иначе она решит нас.
Ирана посмотрела на него и кивнула.
— Я понимаю, и я с вами, капитан.
— Это хорошо, — улыбнулся Головин. — Мне нравится, как вы взяли себя под контроль. Оставайтесь и дальше такой же здравомыслящей, госпожа.
Та кивнула и вернулась к своим людям, которые стояли в пяти метрах дальше по пирсу.
— Ну что, Хан, застряли мы тут. Ты что-нибудь почувствовал, когда корабль тонул?
— Нет, капитан, ничего, и амулет не сигналил. Но думаю, если вам интересно мое мнение, дело наше дрянь.
— Вот тут я с тобой согласен. А не почувствовал, потому что за нас еще не брались.
Глава 9
— Может, уберемся с этого сырого и продуваемого всеми ветрами пирса? — подал голос второй сопровождающий Ираны, которого звали Кортий.
Павел отрицательно покачал головой.
— Идея неплохая, господин ар Терес, но это с первого взгляда, а вот со второго мне она не нравится. Видите эти склоны, заросшие лесом, и дорогу меж ними?
Мужчина кивнул, не понимая, куда клонит Мираж.
— Так вот, — продолжил Павел, — я думаю, это граница, и все, что за ней, контролирует наш враг. Я не хочу переходить ее массой, сначала пойдут разведчики с лучшими амулетами.
Мужчина задумался.
— Я хочу пойти с ними, — наконец, выдал он.
— Валяйте, — отмахнулся Головин. — Вы — человек взрослый и вроде как бывалый, запрещать я вам ничего не собираюсь. Если я правильно понял, исследователь среди вас один, и это госпожа Ирана, а вы ее охрана.
— Все верно, — озадаченно ответил Кортий. — Только я не понимаю, причем тут это.
— А при том, что я обещал Кренсу, что позабочусь об исследователе, то есть о госпоже Иране. Вы же можете делать все, что вам заблагорассудится.
— Побольше почтения к господину ар Дорку, — выдал Терэгий, который до этого молчал.
— Конечно, — усмехнулся Головин. — Потом можешь ему жалобу накатать, что, мол, так и так, ваш друг, грязный наемник Павл Мираж, тот, кто спас вашего сына и принес неплохие деньги роду Дорков, в разговоре с нами не назвал вас господином. Я вам, господин Терэгий, обещаю, что постараюсь громко не ржать, когда Кренс с Диаллом за ужином будут мне рассказывать эту хохму. Но до этой кляузы нам всем нужно дожить, и капитан Рикр доказал, что это не так просто.
— Да кто ты такой? — возмутился Кортий.
— Я тот, кто командует, и чьи приказы вы будете выполнять, — мгновенно став серьезным, ответил Головин. — Если у вас есть мысли покомандовать вместо меня, то это плохая идея. Но если вы намерены действовать самостоятельно, я не против, валите, куда хотите, но госпожа ар Кей останется здесь, со мной, под моей защитой.
Оба телохранителя уставились на сидящую на бауле с имуществом отряда исследовательницу.
— Все так, — подтвердила его слова Ирана. — Кренс ар Дорк отдал приказ во всем подчиняться командиру отряда «Дикие гуси». Он отвечает за мою безопасность. Это условие, которое мне было поставлено для участия в экспедиции.
Телохранители переглянулись.
— Повинуемся, госпожа, — произнесли они в один голос, после чего посмотрели на Головина.
— Мы принимаем ваше командование, капитан, — отвесил легкий пренебрежительный поклон Кортий. — Но я прошу у вас разрешения отправиться вместе с разведчиками.
— Разрешаю, — согласился Павел, — Рир, — позвал он полусотника, который стоял в пяти шагах и делал вид, что разборки командира и господ его не интересуют, — первую пятерку разведчиков вперед, господин Кортий пойдет с ними, но командует десятник Лок.
— Слушаюсь, господин капитан. — И развернувшись на каблуках, полусотник отправился в сторону бойцов, которые расположились в самом начале пирса, подальше от волн и брызг.
Кортий поспешил следом.
— Пойдемте, госпожа, — протягивая Иране руку и помогая подняться с баула, на котором она устроилась, сказал Павел, — подальше от волн, прав ваш телохранитель, сыро тут.
Женщина кивнула и, приняв помощь, легко поднялась на ноги, потом подхватила свою сумку. Две остальные забрал Терэгий.
Головин подошел как раз, когда разведчики и присоединившийся к ним Кортий добрались до деревьев. Десятник дал знак всем остановиться, отряд замер. Наемники, оставшиеся на берегу, примолкли и внимательно наблюдали за товарищами.
Мираж тоже прислушался, но ничего кроме воя ветра и ударов волн о монолитный каменный пирс не услышал.
— Ощущаешь что-нибудь? — мысленно поинтересовался он
