— Какой клятвы? — я подозрительно прищурилась. — Напомни-ка, когда ты мне в чем-либо клялся?
— Ну обещал же я тебе безопасность!
— Вот именно, — процедила сквозь зубы, — обещал! Не клялся! Скажи мне, Кайр, у всех Драйгов пунктик по поводу клятв?
— А в чем проблема?
— Ни в чем, забудь, — я покачала головой и отошла от него, устало плюхнувшись на кровать. — Не хватало мне одного фанатика с его клятвами, так второй нарисовался. И что мне теперь делать с этим колечком?
— Ничего, — пожав плечами, мужчина забрался на постель и улегся рядом со мной, подложив под голову обе подушки. — Просто носи его и все, девушкам же нравятся подобные безделушки. К тому же… Мое!
— Жадина! — я улыбнулась и игриво показала ему язык, устроив голову на отвоеванной подушке. — Тебе и одной достаточно.
— И не стыдно обирать раненых?
— Ха, раненый, как же! — я закатила глаза. — Да на тебе пахать можно!
— Знаешь, — задумчиво протянул Кайр, — в этот раз ты совсем по-другому реагируешь. Не боишься меня.
— А мне следует тебя бояться?
— Ну… — он смущено отвел взгляд. — Я ведь знаю, что происходит, когда кто-нибудь из нас ранен. После случившегося вчера ты должна бы считать меня чудовищем.
— О чем…
Ага, кажется кто-то кому-то ничего не сказал. Я почувствовала, что краснею.
— Все в порядке, честно, — ободряюще коснулась руки Кайра, — ты же не хотел. И вообще, это было мое решение.
— Знаю, — пробормотал мужчина и крепко пожал мою ладонь, — и за это я благодарен еще больше. После всего того, что пережила по моей вине, ты должна меня возненавидеть, а не спасать.
— Договорились, в следующий раз именно так и поступлю, — сказала я с совершенно серьезным видом и настойчиво освободила руку. — Жаль, что ты меня заранее об этом не предупредил.
— Ну уж нет, — он рассмеялся и устроился поудобнее, — об этом я ни сколько не жалею.
— Послушай, Кайр, — перевернувшись на живот, я подперла подбородок ладонями, — неужели Драйгов так легко поймать и ранить? Тогда в темнице или вчера, с этими наемниками… Как они могли вам противостоять?
— Как много ты видела?
— Достаточно, чтобы засомневаться, что убийцы были людьми. Что происходит? Понимаю, что лезу не в свои дела и ты, скорее всего не ответишь, но мне бы очень хотелось знать, во что я вляпалась. Никогда не поверю в слабость Проклятых.
— Ты действительно лезешь не в свое дело.
— Отлично, в таком случае поищи себе другого лекаря, когда в следующий раз будешь истекать кровью. Это ведь тоже не мое дело.
— Не обижайся, просто тебе действительно лучше не вникать в проблемы нашего рода.
— Ты забываешь, что я тоже ваша проблема, Кайр. А вдруг нападение повторится, и в этот момент я окажусь вместе с вами? Ты пообещал обеспечить мою безопасность, но не желаешь дать, ни одного шанса самой защитить себя. Я должна знать, что происходит.
Раздраженно взъерошив волосы, мужчина с чувством выругался, лишь подтвердив мои предположения.
— Я права, не так ли?
— Хорошо, — в конце концов сдался Драйг, — но все сказанное мной в этой комнате должно остаться только между нами.
— А кому мне рассказывать? Если помнишь, я все равно иду с вами и, судя по всему, в табор уже не вернусь, так что ты ничем не рискуешь.
— Риск есть всегда, — хмуро пробормотал Кайр. — В тот раз, когда мы с тобой только встретились, я выполнял задание Совета, но что-то пошло не так. Мы не безжалостные убийцы, Лира, наше предназначение защищать людей, и то, что когда-то Драйги нарушили эту клятву, ничего не изменило.
— Но люди…
— Они считают нас мифом, жуткой легендой, и, возможно, так даже лучше, — перебил меня Кайр. — Вашему правителю известно о нашем существовании и этого достаточно.
— Но почему тогда тебя схватили? — я искренне недоумевала. — Если правитель в курсе ваших действий, то стражники не имели права препятствовать.
— Ты не поняла, — мрачно усмехнулся Драйг, — о нас знает лишь правитель и всего пара приближенных к нему человек, больше никто.
— Но…
— Из-за нас уже однажды пролилась кровь, Лира, и никто не может поручиться, что этого не повторится вновь. У нас соглашение с вашим правительством, — он намотал на палец локон моих волос, задумчиво смотря куда-то вдаль, — прежде чем мы вновь покажемся людям, необходимо доказать свою преданность и надежность. Это правильно.
— И вы именно так что-то доказываете? Убивая?
— Не совсем, — он покачал головой. — Люди, которых мы ищем самые отъявленные мерзавцы. Неужели ты думаешь, что правосудие всегда справедливо? Что на плаху идут лишь виновные? О боги, Лира, да ты сама едва не оказалась на виселице! И за что? Лишь потому, что случайно обнаружила труп. Нет, малышка, настоящие убийцы, доносчики, предатели и душегубы очень часто разгуливают на свободе. И вот тогда появляемся мы, можно сказать, подчищаем всю грязь.
— Но почему правитель бездействует?
— Ох, ну какая же ты наивная. Правитель далеко, что ему за дело, например, до сына одного из градоправителей, у которого на счету уже не одна погубленная жизнь, если папочка исправно вносит золото в казну? Даже если будет расследование, то вина ляжет на какого-нибудь бедолагу, просто проходившего рядом.
— В таких случаях обычно обращаются к наемникам.
— Да, но даже у них в гильдии всегда есть люди, служащие местным властям. Вот тогда-то советники и связываются с нами.
— Советники? — от удивления я даже приоткрыла рот.
— Они и есть та пара человек, кто, помимо правителя, знает о нашем существовании, — усмехнувшись, он подался вперед и мягко стукнул пальцем по моему подбородку, захлопнув челюсть. — Ваш правитель слишком молод, чтобы уметь решать такие проблемы без вреда для людей и собственной казны. Советники же многое повидали в жизни и знают, что некоторые вещи лучше оставлять в тайне, а справедливость вершить чужими руками.
— То есть, лучше, если сыночка градоправителя убьет некто неизвестный, чем прилюдно отправить его на виселицу, — я нахмурилась. — Как же это мерзко!
— Возможно, но такова жизнь.
— Верно, — вздохнув, я перевернулась на спину и уперлась взглядом в белоснежный потолок. — Послушай, а почему ты постоянно повторяешь «ваш правитель»? Ведь Драйги тоже люди, просто наделенные определенной силой.
— Нас коснулась тьма, Лира, — голос мужчины прозвучал глухо, — этого уже не изменить. Она внутри каждого из нас, притаилась где-то глубоко в сердце, выжидая своего часа. С самого детства мы боремся за нормальную жизнь, не даем тьме поглотить наш разум. Это тяжело, но со временем привыкаешь ко всему и становишься лишь сильнее. Поэтому к обычным людям мы имеем весьма посредственное отношение.
