Я обычно работала после обеда из-за наплыва посетителей и скучала по шумной, спешащей на ужин толпе и знанию, что Флетчер сидит за кассой, как всегда, попивая кофе с цикорием и читая очередную книгу.
Старик больше никогда не будет этим заниматься.
Горе и вина угрожали вновь захлестнуть меня, но я сосредоточилась на леденящей сердце ярости, позволяя ей выморозить более сентиментальные эмоции. Я достаточно наплакалась прошлой ночью. Теперь пришло время быть сильной. Для себя, для Флетчера и особенно для Финна. Я подвела Флетчера. И не собираюсь сделать то же самое с его сыном.
— Копы уже ушли? — пробормотала я.
— Ага, — кивнул Финн. — Ублюдки даже часа там не пробыли. Коронер приехал ещё до них. Покрутились там пару минут, загрузили в машину тело и поминай как звали.
Мы ещё минуту постояли молча, глядя на улицу, где продолжалась жизнь. Жизнь, в которой больше нет места Флетчеру. Холодная ярость выбивала в моей груди четкий барабанный бой.
Финн заговорил первым:
— Терпеть не могу требовать, но нам нужен хоть какой-никакой план, Джин. Потому что маленький заговор, в центре которого мы оказались, просто так не закончится, пока мы оба не умрем. Знаю, папа всегда говорил нам уезжать из города. Смываться, если что-то случится с ним или кем-то из нас. Но я… Я не могу, Джин. Просто не могу. Сначала тот, кто за этим стоит, должен заплатить за то, что сделал с папой. Я пойму, если ты захочешь уехать…
— Заткнись! — рявкнула я. — Никуда я не поеду. Не стану сбегать и не стану покидать город.
Финн моргнул:
— Нет?
Перед глазами встало ободранное лицо Флетчера. Его изорванная плоть. Его кровь на полу «Хлева». Ледяной узел в груди затянулся.
— Нет, никуда я не поеду.
— Уверена?
— На сто процентов. Надуть нас — это одно. Если бы весь сыр-бор затевался, чтобы не платить оставшуюся половину гонорара, их ещё можно понять. Такое уже случалось. Но они убили Флетчера. Причинили боль тебе. Подставили меня. А такое неприемлемо.
Финн отвел зеленые глаза от «Хлева» и посмотрел на меня.
— И какой план? Как мы найдем, кто за этим стоит?
— Убивая их одного за другим.
Финн моргнул, удивившись прозвучавшему в моем голосе азарту, но я уже переключилась на более насущные вопросы.
— Что с твоей работой? Что ты скажешь денежным мешкам в банке?
— Уже об этом позаботился. Сказал боссу, что убит горем из-за смерти отца, и взял неделю отпуска, — объяснил Финн. — Не так уж и солгал.
— В первую очередь нам надо узнать, что на самом деле собирался провернуть Гордон Джайлс.
— Думаешь, клиент соврал папе? Это невозможно. — Сарказм лился изо рта Финна, как жир с куска жареного бекона. — И как ты предлагаешь раскрыть побуждения и действия мертвеца? Потому что Гордон Джайлс нам точно ничего не расскажет.
Я закатила глаза.
— Очень просто. Нам всего лишь нужно встретиться с Донованом Кейном.
Молчание. Финн, прищурившись, изучал меня несколько секунд. Затем сунул палец в ухо и поковырял им там, словно прочистил канал от серы.
— Прости, Джин, но думаю, ты слишком долго просидела в сумасшедшем доме. Потому что это самая безумная из твоих идей. Встретиться с Донованом Кейном? Ты совсем спятила?
Я не обратила внимания на то, что Финн повысил голос. Иногда он вопил как пятилетка.
— Вполне разумная идея. Донован Кейн явился в оперу увидеться с Гордоном Джайлсом. Кто-то вляпался в неприятности, чтобы убить Джайлса, подставить меня и завершить дело, оставив на месте мой труп. Что-то мне подсказывает, что здесь нечто большее, чем просто растрата фондов компании. Я хочу поговорить с Кейном и узнать, что ему известно. Узнать, зачем он виделся с Джайлсом.
Финн почесал грудь и прислонился к стене. От движения мышцы его плеч напряглись.
— И как ты предлагаешь раскрутить Кейна на эту информацию?
— Мы ведь знаем то, что неизвестно ему.
— Например?
— Что замешан кто-то из полицейского управления.
— Это Эшленд, Джин. Полиция здесь всегда в чем-то замешана. На таких вещах они делают карьеру.
Я молча посмотрела на Финна. Он вздохнул.
— Ладно. Скажи, что ты там надумала.
— Перед смертью Брут обмолвился, что уже состряпаны поддельные документы, связывающие меня с Гордоном Джайлсом. Парень в твоей квартире сказал, что копы уже вовсю разыскивают меня. Пару часов назад во всех новостях показали мой фоторобот с комментарием о моих предполагаемых отношениях с Гордоном Джайлсом. И как это все могло случится, если у преступников нет своего человека в полиции?
— Донован Кейн додумался бы до этого сам, если бы пораскинул мозгами, — сказал Финн. — Я по-прежнему не вижу, как это заставит детектива тебе помочь.
— Кейн, может быть, и умен, но имеет слабость к своим напарничкам в синей форме. Он лоялен им и идее, что полицейские — порядочные люди. Что они на самом деле служат закону, защищают население и всё такое прочее. Ты же видел, как сильно он хотел отыскать убийцу своего напарника. И как, думаешь, он себя поведет, если я скажу ему, что кто-то в полиции помогает убийце Джайлса? И что этому человеку было плевать на то, что Кейн умрет просто потому, что оказался свидетелем?
Финн минуту подумал.
— Он, наверное, разозлится.
— Вот именно. И я предложу ему взаимовыгодный обмен информацией. Он поможет мне найти человека, который подставил Джайлса. А я помогу ему вычислить коррупционеров в полиции. Ты же знаешь, какой Кейн добрый дядюшка. Я стану взывать к его чувству справедливости.
Снова повисла тишина. Затем Финн фыркнул:
— Не верю, что ты сказала это с таким невозмутимым видом.
Я усмехнулась. Финн покачал головой.
— Эта элементальская магия в твоих венах наконец свела тебя с ума, Джин. Безумие. Чистой воды безумие. Ты же видела пресс-конференцию? Донован Кейн не начальник полицейского управления. Капитан задвигал его не просто так, а потому, что хотел, чтобы Кейн держал язык за зубами. Копы желают твоей смерти, потому что им платят, чтобы они смотрели в другую сторону. Или же им просто все равно, что там случилось на самом деле. Возможно, и то, и другое.
— Ещё одна причина, по которой следует нанести визит Кейну. Он пытался защитить Гордона Джайлса и может рассказать мне, что тот собирался предпринять. Вдобавок он, наверное, единственный коп в городе, который не застрелит меня на месте. Или не попытается это сделать.
— Может быть, а может, и нет. Ты же знаешь, что я думаю о честных людях.
— Что их не существует.
Финн по-учительски поднял указательный палец:
— Вот именно.
Я прошла к дивану, села и положила ноги на кофейный столик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
