— Как думаешь, где Кейн? Уже почти час дня. Пора бы ему появиться.
Финн пожал плечами:
— Мой информатор сказал, что Кейн обычно приходит в ресторан примерно в двенадцать тридцать. Большинство чеков по его кредитке пробиты примерно в час пятнадцать — час тридцать. Видимо, что-то его задержало.
Я вовремя посмотрела в окно и увидела, как Кейн выходит из-за поворота. Он шел по улице с той свободной, легкой, уверенной грацией, которую я находила столь привлекательной. Одет он был в мятый синий костюм и белую рубашку, на фоне которой его кожа светилась, словно отполированная бронза. Серебристый полосатый галстук свободно болтался на шее. Черные волосы Кейна были взъерошены, как будто он раздосадовано трепал их руками, а на лице застыло хмурое выражение. Даже с такого расстояния я видела, как сурово блестят его карие глаза. Детектив напоминал мне испанскую версию Грязного Гарри, готового пристрелить любого, кто встанет у него на пути. Утро у кого-то явно не задалось. «Уж не отстранили ли детектива от расследования убийства Гордона Джайлса?» — подумала я.
Кейн распахнул дверь в «Пару пустяков» и скрылся внутри. Я осталась на месте, наблюдая за потоком людей и машин. Примерно через тридцать секунд после того, как Кейн вошел в ресторан, в конце квартала нарисовались два субъекта в черных костюмах.
Они почти сливались с толпой белых воротничков, если бы не пара характерных отличий. Во-первых, они не спешили обратно на работу, как остальные. Во-вторых, их лица были жестче и холоднее, чем у окружавшего их офисного планктона. И, наконец, третье, и самое главное отличие: они держали руки немного разведенными в стороны, а значит, у каждого из них под пиджаком спрятан пистолет. А то и два.
Один из этих типчиков купил газету у торговца на углу, а другой тем временем прикурил сигарету.
— Добрый детектив привел хвост, — сказал Финн.
— Я так и думала, — пробормотала я. — Интересно, знает ли он об этом? Они из шайки элементали Воздуха? Или копы?
— Определенно не копы, — заявил Финн. — Даже самые продажные полицейские не настолько глупы, чтобы щеголять в костюмах за пять тысяч долларов. А эти ребята одеты в последние модели из осенней мужской коллекции Фионы Файн.
Я покачала головой:
— Ты и твоя одежда. Хуже бабы, честное слово. Уже предвкушаю лекцию о моделях ботинок.
— Нет, — сказал Финн. — Остановимся на костюмах. На мужскую обувь редко кто обращает внимание.
Я внимательно изучала эту парочку. Первый тип якобы штудировал газету, пока Кейн ел свой обед. Курильщик же оказался более предприимчивым. Он подошел к трем девушкам, которые, прислонившись к стене, прихлебывали мокко со льдом, глазея на снующих мимо бизнесменов. Студентки, судя по обтягивающим футболкам, блестящим кольцам в пупках и рюкзакам. В поисках звания «миссис». Мужчина завел разговор с девушками, затем вытащил из кармана клочок бумаги и передал одной из них. Хм. Это может мне пригодится.
— Приглядывай за теми девчонками. Убедись, что они не смоются, пока меня нет.
— С удовольствием, — ответил Финн.
Я выждала еще пару минут, но преследователи Кейна не спешили идти в ресторан, разве что поглядывали, если кто-нибудь появлялся в дверях. Хреново, что Кейна пасут, но едва ли мне выпадет лучший шанс встретиться с детективом. Чтобы выяснить, чем его так заинтересовал Гордон Джайлс, и что бухгалтер в действительности натворил, я должна была рискнуть. И если мне придется отправить на покой двух преследователей детектива, что ж, меня скорее огорчат пятна крови на футболке, чем их трупы на асфальте.
— Ладно, — сказала я. — Я иду туда. Если не вернусь через двадцать минут...
— Мне полагается бросить тебя, — закончил Финн. — Я знаю порядок, Джин. Я делал это для отца задолго до твоего появления.
Упоминание Флетчера тенью повисло в машине. Лицо Финна исказилось, и он отвернулся. Но даже сквозь темные стекла его очков, я видела, что Финн пытается скрыть слезы. Мне тоже стало грустно, хотя свои слезы я уже выплакала пару ночей назад в душе.
Однако воспоминания об убитом наставнике подстегивали меня скорее во всем разобраться. Выяснить, кто нас подставил и почему — только так я могла спасти Финна... только так могла убедиться, что Флетчер умер не напрасно. Я протянула руку и сжала ладонь Финна. Он не взглянул на меня, но его пальцы сдавили мои.
— Пожелай мне удачи, — прошептала я и вышла из машины.
Я направилась в ресторан, двигаясь под таким углом, точно отправной точкой мне служил поросший травой двор колледжа в паре сотен метров отсюда. В правой руке у бедра я сжимала один из своих ножей, и кончик его чуть-чуть выступал из рукава куртки. Большим пальцем я поглаживала рукоятку.
Краем глаза я видела, что громила с газетой внимательно меня изучает. Видимо, он не сопоставил увиденное с сомнительным полицейским фотороботом, поскольку не двинулся с места, не просигнализировал приятелю и не выхватил телефон, чтобы вызвать подмогу. Тем не менее, я стала кокетливо покачивать бедрами, чтобы отвлечь его внимание от своего лица.
Посторонившись, я пропустила выходящих парней с портфелями и вошла в «Пару пустяков». После полуденной жары в ресторане было темно и прохладно, и я немного помедлила, позволяя глазам привыкнуть к приглушенному свету. Коснувшись пальцами стены у двери, прислушалась к вибрации камня. Громкой, веселой и звонкой, совсем как крики здешнего персонала, передававшего друг другу заказы. Единственное, о чем здесь волновались — это количество калорий в тройном шоколадном торте... и как быстро эти калории осядут на заднице.
Прилавок, похожий на тот, что в «Хлеву», тянулся вдоль дальней стены. За стеклянной перегородкой повара готовили сэндвичи с куриным салатом на ароматном хлебе, разливали по тарелкам картофельный суп и нарезали на куски яркие ежевичные пироги и влажные золотистые торты «Маунтин Дью». Воздух был наполнен запахами сахара, корицы и мускатного ореха, и я могла бы потрогать налет жира на стенах. Красные диваны, металлические столы и железные стулья были чистыми, но несколько выцветшими и потертыми от времени.
Донован Кейн в одиночестве сидел в угловой кабинке с видом на улицу. Он снял пиджак и засучил рукава белой рубашки. Его мускулистые, смуглые руки были покрыты вьющимися темными волосками. Кейн жевал сэндвич с ветчиной. На столе красовались пакетик чипсов, порция капустного салата, два куска ежевичного пирога и стакан чая со льдом. Человек со здоровым аппетитом.
Подойдя к прилавку, я выбрала кусок пирога «Маунтин Дью» и лимонад, хотя ни есть, ни пить не собиралась. Я вполглаза смотрела на Кейна, но детектив был поглощен своим обедом. Он даже ни разу не огляделся. Два уличных наблюдателя так и не зашли в «Пару пустяков», и я решила действовать дальше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
