Читаем без скачивания Французская вдова - Галина Куликова

В ответ на справедливое негодование Марьяна коротко пояснила страдальцу, куда именно он должен катиться на своих роликах, прибавила ходу и скрылась с места происшествия.

– Фонарик бы себе в лоб вставил, – пробормотала она на ходу.

Гурьева была вне себя. Репетиция, к которой она так тщательно готовилась, прошла ужасно, превратившись в настоящий кошмар и серьезное испытание для нервной системы. И уж конечно, не по ее вине. Как посмел этот Злюк – послал же бог фамилию! – ничтожество, интеллектуальный пигмей, так ее унизить?! Она в свои молодые годы уже звезда, прима, а он? Поставил у себя в провинции несколько сомнительных спектаклей и на волне скандала прибыл завоевывать столицу! Бездарность и самозванец. Нет, не самозванец. Зубов, кретин, его пригласил, все кричал – талант, новый взгляд, свежее дыхание, покажет класс. Вот и показал – все ему не угодили, а в первую очередь – Марьяна. Постоянно к ней придирался! Захолустный интриган! Но ничего, он еще пожалеет, не на ту напал. Ну и Зубов свое получит. Эксперимента ему захотелось… Она ему такой эксперимент устроит в личной жизни, что навсегда отобьет охоту экспериментировать!

Не снижая скорости, Марьяна резко свернула в безлюдный в это время переулок, где сегодня припарковала машину. Из-за того, что утром она опоздала, все парковки уже оказались заняты, и ей пришлось минут двадцать искать, куда бы приткнуть машину. По доброй воле это место она не выбрала бы никогда.

Сейчас здесь было довольно светло, но Марьяна все равно боязливо огляделась по сторонам. Вроде бы вокруг было спокойно. Однако в тот момент, когда она, замедлив шаг, полезла в сумочку за ключами, кто-то больно схватил ее за локоть.

– Стоять, подруга! Куда бежим? – послышался насмешливый женский голос.

Марьяна удивленно обернулась – ее держала неизвестная деваха лет двадцати, накрашенная, словно жена вождя племени ирокезов.

– Отпустите руку, – закричала Марьяна звонким голосом, безуспешно пытаясь высвободиться. – Не трогайте меня!

– Да чего ты верещишь, курица занзибарская? – послышался другой голос, низкий, хриплый.

И, словно выйдя из стены дома, рядом возникла другая девица, похожая на блеклую моль, в кожаных штанах, черной майке, с ярким фингалом под глазом.

– Ты, сразу видать, дама богатая, так угости девушек, не дай помереть молодыми, – криво усмехнулась размалеванная.

Воинственный пыл Марьяны мгновенно куда-то улетучился, а его место заполнил липкий противный страх. Она много слышала про молодежные банды, наркоманов, нападающих на одиноких прохожих, но не была готова к личной встрече.

– Чего вам надо? – дрожащим голосом спросила актриса. Сначала она испугалась, что ее изобьют и изуродуют лицо. Но потом вспомнила об убийствах актрис театра и пришла в ужас.

– Нам чего надо? Денежек немножко, – прохрипела моль. – Сама дашь или помочь?

Для убедительности она помахала перед носом жертвы небольшим ножичком. Марьяна присела от страха.

– Сама, – торопливо ответила она, роясь дрожащей рукой в сумочке и непроизвольно шаря глазами по сторонам – вдруг появится полицейский или, на худой конец, какой-нибудь здоровенный мужик.

– Не озирайся и не вздумай орать, – злобно прошипела жена «индейского вождя». – Никто сюда не сунется, поняла?

– Мне ждать надоело, – прохрипела моль в кожаных штанах и без особых усилий отняла у Марьяны сумочку. – Вот кошель, а вот ключи от тачки. А ты копалась… Может, обмануть хотела? Так я тебе сейчас в ухо гвоздь засуну!

– Нет! – взвизгнула Марьяна.

– То-то же, – удовлетворенно хмыкнула моль. – Теперь проваливай и забудь про нас. А то опять подкараулим…

– А машина? – взмолилась Марьяна. – Зачем вам машина? Отдайте мне ключи!

– Разбежалась. Да ладно, не гунди, покатаемся чуток, да и бросим где-нибудь, – успокоила размалеванная девица. – Под кайфом хорошо гонять по «Трешке» или МКАДу. Так что не дрейфь, найдут менты твою тачку.

– Правда, вряд ли целую, – добавила моль с фингалом. – Скорее всего, мы ее разбабахаем, как в прошлый раз.

– В прошлый раз нам плохая машина попалась, в гармошку сложилась, – поцокала языком ее подруга. – А ну, дура тощая, отвали, я за руль сяду.

Марьяна растопырила руки, загораживая любимый автомобиль.

– Нет! – воскликнула она, чувствуя, что перед глазами плывет разноцветный туман, а ноги подкашиваются. Еще минута – и вот он, обморок. – Не дам!

Дурнота все-таки накрыла ее, и спустя секунду Марьяна просто сползла по дверце машины на землю и сжалась в комочек. Она понимала, что ее сейчас отпихнут ногой или ударят в челюсть, однако именно в этот критический момент пришло спасение.

– Что за базар? – вдруг послышался мужской голос, показавшийся Марьяне смутно знакомым. – А ну-ка, отвалите от нее!

Марьяна не могла видеть своего заступника, но отчаянно надеялась, что это боксер-тяжеловес или отважный менеджер нефтяной компании, который ничего на свете не боится. Только совладает ли менеджер с бандитками?!

– Дай ему по черепу, чтобы не тявкал, – посоветовала подруге «жена ирокеза».

Сама же шагнула к Марьяне и, схватив ее за воротник, прижала коленом к колесу машины.

– С удовольствием, – проворчала другая бандитка. – У меня уже руки чешутся.

– Сейчас перестанут, – пообещал мужчина. – Я их тебе оторву, и дело с концом.

– Да я тебя на тряпочки порежу, – моль с фингалом сделала решительный шаг вперед, поигрывая ножичком. – Чеши отсюда, дурик.

– А это кто у нас тут пищит? – насмешливо протянул мужчина. – Хочешь второй бланш заработать? Тоже мне, муха-дрозофила!

Белесая девица с гортанным криком рванула вперед. Затем раздались звуки борьбы, сдавленный крик и звон упавшего на асфальт лезвия. Марьяна сидела ни жива ни мертва.

– Сама виновата, – удовлетворенно констатировал неизвестный заступник. – Сумочку отдай, не твоя. Ну, а ты чего варежку разинула? Хочешь, чтобы я тебе зубы пересчитал?

«Жена индейского вождя» выпустила жертву, отпрыгнула и, громко пыхтя, молча стала улепетывать по переулку. Белесая девица, которая только что очухалась, рванула за ней. Марьяна смотрела им вслед до тех пор, пока они не скрылись за ближайшим углом. И в этот миг перед ней появились ноги в вельветовых брюках.

Марьяна медленно подняла глаза и увидела наконец своего героя. Его кривая улыбочка сейчас показалась ей самой прекрасной в мире.

– Стань передо мной, как лист перед травой, – громко сказал герой и протянул Марьяне руку. – Давай, давай, поднимайся. Жизнь прекрасна и удивительна.

– Андрей! – воскликнула Марьяна, почувствовав, что глаза ее застилает влажная пелена благодарности. – Тарасов! Как ты здесь оказался?

– Шел, шел и оказался. Был в театре, с литературной частью кое-какие вопросы обсуждал. А потом решил прогуляться, моцион, знаешь ли… Сказать по правде, я люблю тихие, безлюдные переулки, здесь мне хорошо думается… Но они только поздним вечером такие. Вот я и свернул сюда.

– Мне тебя бог послал! – воскликнула Марьяна, готовая расцеловать Тарасова.

– Я сначала даже не понял, что происходит, – невозмутимо продолжил Тарасов. – Думал, тебя фанатки отловили. А потом, как нож увидел, так сразу бросился на помощь.

– Но как ты их! – восхитилась Марьяна. И, обежав взглядом тщедушную фигуру режиссера, добавила: – Ты очень храбрый, Андрюша. Уж не знаю почему… Наверное, занимался карате?

– Да, чем-то в этом роде, – Тарасов не пожелал распространяться на эту тему. – Слушай, ты едва на ногах стоишь. За руль тебе точно в таком состоянии нельзя садиться. Пойдем куда-нибудь чаю выпьем. Да хоть в «Бедного Йорика», он работает допоздна.

Они выбрались из узкого переулка и двинулись к театральному ресторанчику. Марьяна держала Тарасова под руку. Впрочем, ему казалось, что она просто висит у него на руке, словно сумка. Красивая, надо сказать, сумочка…

Уже через десять минут они сидели за столиком и болтали. Вернее, болтала одна Марьяна. Тарасов решил, что ее говорливость – реакция на пережитое потрясение. Она без конца возвращалась к недавнему инциденту, восхищалась мужеством своего спасителя, клеймила нового режиссера, пересказывала свежие театральные сплетни.

Тарасов не останавливал этот поток сознания. Он прекрасно понимал состояние актрисы, внимательно ее слушал и лишь изредка задавал вопросы.

– Знаешь, мне в последнее время что-то не везет, – вдруг сказала Марьяна. – Все какие-то проблемы, неприятности. Вот и сегодня тоже – то одно, то другое. Сначала Злюк, потом эти бандитки в переулке…

– Да еще кража браслета, – поддакнул коварный Тарасов. – Я ведь в курсе, что его украли… И нервы тебе потрепали порядочно.

– Ой, не говори лучше, – Марьяна прикоснулась пальцами к вискам. – Делать этим сыщикам нечего. Дался им мой браслет!

– Наверное, дался, если тебе печень клюют, – улыбнулся Андрей. – Им только улики подавай, а человек – тьфу, пустое место. Тем более как им понять, что ты ведущая актриса, на тебе держится театр. И репертуар, и касса. И тебе нет дела до всяких безделушек…