только поступил совсем не так, как предполагала Анна. Он упросил короля дать им тайный развод и отпустил ее вместе с любовником в его страну, дав с собой столько денег, сколько они смогли унести, а после поведал всему миру о том, что в пожаре погибла не только его дочь, но и жена – это было королевским условием развода. Все для того чтобы сберечь ее честь и своего монаршего покровителя, которая была бы опозорена бегством племянницы от мужа с простолюдином.
С тех пор Дэрек Сакстон живет затворником в своем замке, не в силах расстаться с прошлым, храня тело своей погибшей дочери в ее сгоревшей комнате.
Так что же, как считаете, ваша светлость, можно ли назвать его убийцей, пусть даже и он сам себя таковым считает?
34
— А что же со слугами? – Тихо спросила Валери. В ее мыслях и сердце в тот момент царило смятение, ведь столько всего она узнала о графе даже не в один день, а за несколько часов. Мир будто перевернулся для нее и то выбивало почву у нее из-под ног.
— Со слугами? – С удивлением переспросила Салли.
— Ну, да… поговаривают, что он всякое зло над ними творит. То, что я слышала, конечно, звучит дико… особенно теперь. И все же я не видела в замке никого кроме Боула, кучера, который нас сюда привез и вас. Ну, и еще мальчишки, но я не знаю…
— Мальчишки? – Нахмурилась женщина и вдруг всплеснула руками. - Светленького такого, скуластенького? Вот же проказник, говорила ему не подглядывать за вами… это мой сын, Бон. Ух, устрою ему! А что до остальных слуг, то и нет здесь почти никого – Дэрек всех отпустил.
— В смысле отпустил?
— Он после того разговора с Анной, когда она его клеймила чуть ли не мучителем, получил отвращение ко всякой неволе. Освободил своих крестьян от всех податей, слугам выплатил столько, что каждый мог бы себе собственный дом заиметь, даже самый последний конюший! Ну, большая часть и разбежалась. Да только куда слугам столько денег? Нет, кто-то конечно по уму потратил, а некоторые на ветер пустили. А потом что делать? Вернулись, как миленькие к графу под крылышко. Да только ведь не попадаться же ему после всего на глаза! Мы с Боулом обсудили и приняли некоторых обратно, дав прежнюю работу и жалование. Все теперь работают тут, в этом крыле замка, да ходят тайными коридорами, чтобы графа своим присутствием лишний раз не раздражать. Приспособились. От графа то скрывать было, разумеется, бессмысленно – все же из его денег жалование платили, да он и посмотрел на то прикрыв глаза. Мол, хотят работать на чудовище – пусть работают, да только никто никого держать не будет. – На мгновение Салли замолчала, и после тяжелого вздоха продолжила. - Вот только щедрость Дэрека ему же боком обернулась. Его возненавидели те, кто с радостью пользовался его гостеприимством в былые времена, и стали пускать дурные слухи. Еще бы, к чему их крестьянам такой пример благородства знати! Кто ж захочет что-то менять и уж тем более разбираться с бунтующей чернью. Пойдем, кое-что покажу.
Салли отерла руки о передник и, взяв Валери под локоть, повела ее в сторону небольшой, обитой железом двери, притаившейся у очага – та, как оказалось, предваряла спуск в подвал.
Из темноты на девушку дохнуло сыростью, и она неуверенно обернулась на свою спутницу.
— Да не трусьте вы! – Фыркнула женщина и подтолкнула ее вперед. - Это просто самый короткий путь. Да и не хочется мне в ту стужу, что сейчас за стенами, на улицу выходить.
Лестница, ведшая вниз, закончилась неожиданно быстро и Салли, на мгновение отпустив локоть Валери и оставив ту в темноте, вернулась к ней с зажженной свечей. Они шли по длинному туннелю с низким потолком, по обе стороны от которого виднелись то полки, уставленные всякой снедью, то запертые кладовые.
— Со всех окрестных земель к нам стали бежать люди, кого лорды неволят и притесняют. – Тихо продолжила женщина свой рассказ. - Ну и куда их было всех разместить? Замок-то не резиновый, всех на кухню, да в конюшню не пристроишь, а при таком числе закрытых комнат, куда нам столько горничных? Но у графа и на то созрела мысль. Нет, он конечно поворчал в начале, мол, зачем мы с Боулом им приют даем. Но потом стал деньги ссуживать на еду, одежду и лечение, а после и вовсе пришедших начал отправлять в свободные земли на своих кораблях, за Арвское море. А они и рады! Что же, там весь год тепло, неволи нет, да и работы всегда много в портовых-то городах и приморских деревнях. И идти стали к нам толпами…
На их пути выросла еще одна лестница и Салли ступила на ее ступени первой. Наверху, в самом ее конце была деревянная дверь из-за щелей которой проглядывал уютный теплый свет.
— Пришли. – Резюмировала женщина. – Это ход в старый амбар, тут раньше зерно держали, которое с крестьян собрано, а теперь вот…
Кухарка пухлой ручкой толкнула дверь и Валери в начале даже зажмурилась от яркого света, а когда зрение обрело прежнюю силу, замерла на пороге, не решаясь войти.
Это было огромное помещение, судя по каменным стенам, являвшееся частью замка. Ярко освещенное и отопленное переносными железными жаровнями, оно вмещало в себя не меньше двух десятков людей разного возраста и пола. Одни спали на самодельных нарах, кто-то бродил меж тех без дела, другие ели горячую, здесь же приготовленную пищу и общались, устроившись возле жаровен на ящиках.
Салли со вздохом сказала:
— Да, вот так вот и сбегаются целыми селами… под крыло к чудовищу. – Не удержавшись со смехом добавила женщина. - В последнее время особенно много крестьян приходит с земель барона Фрэйра. Каких только ужасов они про него не рассказывают!
— Фрэйра? – Удивилась Валери. – Не может быть… все знают господина Салазара, как достойнейшего человека! Здесь какая-то ошибка…
— Как же ошибка, миледи? – Внезапно раздался голос за спиной девушки.
Невысокий, сутулый мужчина с изборожденным морщинами лицом с поклоном вышел вперед.
— Меня зовут Най, я служил у барона с двенадцати лет. – Откашлявшись, представился он, сминая край рубахи, будто нервничая, а потом развернулся к девушке спиной и задрал ее до шеи, явив свету
