работала товароведом мама моего друга Ломова Димы, Денис пожал руку что-то недовольно выговаривающему ему Жирафу, после чего они перебежали дорогу и скрылись из зоны моего зрения. Двадцать минут я смотрел через витрину «Коопторга» и моросящий дождь на двор ухоженного дома сталинской эпохи, чувствуя жгущий неприязнью взгляд продавца молочного отдела, которую раздражал гражданин, прячущийся от непогоды напротив ее рабочего места и надеялся, что Дениска с Жирафом не ушли дворами куда то дальше. На мгновение я отвлекся на барышню, что забежала в магазин, отряхивая от влаги большой черный зонт — женщины в моей жизни давненько не случались. Барышня была очень интересной, поэтому я, под лошадиное фырканье продавщицы за спиной, сделал маленький приставной шажок в сторону девушки. Внезапно боковым зрением я заметил знакомые силуэты — Денис и Жираф, в компании двух больших сумок, торопливо шествовали через двор в противоположную сторону. Под недоуменным взглядом девушки я как бешенный мустанг, чуть не сбив входящую в магазин бабуля, промчался мимо нее. Между мной и преследуемыми было около ста метров, мне надо было незаметно подобраться поближе и задержать хотя бы одного, главное, чтобы при нем была сумка. Парни, не оглядываясь, прошли на параллельную улицу, и к моему неописуемому горю сели в оранжевую «копейку», которая шустро сорвалась с места. Когда я, выхаркивая горящие легкие, выбежал на дорогу, оранжевая корма малолитражки лисьим хвостом уже заворачивала у правый поворот. Мой мозг лишь успел зафиксировать две белые цифры на черном фоне государственного регистрационного знака — «двадцать пять». В любом плохом надо находить что-то хорошее. В противоположность упорхнувшим из-под моего носа жуликам и ожидающего меня, через пару часов, выездом в этот дом, где я буду около часа смотреть на выброшенные на пол вещи и слушать вой хозяев, что милиция ни хрена не хочет ловить распоясавшихся бандитов, остается светлое пятно — симпатичная девушка с черным зонтом, брошенная мной в магазине. Я опять побежал. Через пару минут влетев в храм кооперативной торговли я был вынужден довольствоваться довольным ржанием продавца молочного отдела — девушка уже ушла.
— Добрый день, Владимир Борисович — я вошел в кабинет и стал развешивать намокшую ветровку на вешалке, чтобы она успела хоть немного просохнуть. Мой непосредственный шеф, как всегда в костюме и галстуке, сидел над литерным делом. Сейф был открыт, несколько дел секретного делопроизводства лежало на столе перед капитаном, который почему-то не ответил на мое вежливое приветствие.
— Владимир Борисович?
Фигура за столом, с ровной, как на строевой подготовке, спиной, сидела не шевелясь. Я встал напротив и увидел абсолютно бессмысленные, но широко открытые глаза на красном, как молодая редиска лице. Очевидно капитан изволил где-то принять «на грудь», но как старый солдат, обладал способностью спать в любом положении.
Я помахал ладонью перед круглыми, как у совы, глазами, пару раз щелкнул пальцем. Пациент был скорее жив, чем мертв, но на внешние раздражители не реагировал.
Телефон прямой связи с дежурной частью, что не имел ни диска, ни колесика уровня громкости, взревел мерзким жужжанием и деловитый голос дежурного по отделу попросил кого— то из господ –квартирников изволить выехать на только что заявленную квартирную кражу— карета уже подана. Это было очередное ноу-хау руководства — вместо дежурного опера на преступления по нашей линии отправляли кого-то из нас, для полного погружения в обстоятельства преступления. Так как из наличных господ квартирников самостоятельно передвигаться мог только я, я вздохнув, пообещал подойти через минуту, после чего собрал секретные папки и сложил их в сейф шефа, сунув ключ от него в карман пиджака капитана.
— Дядя Паша, дело есть на миллион. Вы мне двести рублей не займете? — поздний звонок моего агента вырвал меня из состояния злобного полусна. Выслушав вой и стенания хозяев вскрытой квартиры из полногабаритного дома напротив «Коопторга», у которых имелся двоюродный брат, я так и не понял, с чьей стороны, что, в случае, если я в течении суток не верну хозяевам похищенное, сдерет с меня шкуру, я дежурно обошел всех соседей, что, ожидаемо ничего не видели и не слышали. После этого, провожаемый многообещающими взглядами потерпевших, я выехал с дежурной группой еще на две квартирные кражи, и домой попал около одиннадцати часов вечера или ночи. Ожидаемо, объекты советской торговли были уже закрыты, холодильник был пуст, поэтому мы с демоном на двоих ели банку тушеной свинины на двоих. И если Демона все устроила, то я без хлеба есть эту жирную массу не мог, поэтому половину своей половины отдал облизывающемуся и радостно взвизгивающему псу. Но я смог настроить себя, чтобы не послать Рыжего подальше.
— А зачем тебе двести рублей и когда ты мне их отдашь?
— Да парни позвонили и сказали, что завтра готовы очень жирный хабар принести, а у меня с монетами беда. А отдам я после выходных. Вы же знаете, расторгуюсь и верну.
Мой секретный сотрудник вконец перестал меня бояться, привыкнув, что я только фиксирую, что из похищенного он получает от вороватых фельдшеров и довольствуюсь данными жителей периферии, что покупают у Рыжего по дешевке неплохие импортные вещи, периодически даже что-то ему заказывая.
— Игорь, я тебе деньги достану, но не завтра, а после завтра, с утра. Договорились?
— Ну, наверное. — голос Рыжего потускнел, этот барыга надеялся получить у меня все и сразу.
— Четыре кражи за сутки в районе! — ревел, как океанский шторм, начальник РОВД: — Четыре кражи. У нас четыре человека по данной линии работают, а результата ху…
Начальник розыска! Александр Александрович! Ты не надейся, что ты отъедешь за счет краж этого, как его…Глазырина, что Громов, наверное, сотню тебе приволок. Если за двое суток что-то новое не раскроешь, то выводы последуют — вам всем не понравится, я тебе обещаю. Меня на пенсию отправят, а вы в народное хозяйство все пойдете.
Через десять минут нам открыли подоплеку начальственного гнева.
— Парни — начальник УРа нервно отбивал пальцами чечетку по поверхности стола: — у вчерашних потерпевших из дома двенадцать по улице основоположников какой-то сват-брат или еще хрен знает кто в нашем УВД, в отделе кадров сидит, подполковник, ко всему еще. И в его силах устроить всему нашему РОВД внеочередную аттестацию или еще какую бяку. А вы знаете этих клерков — они кровь пить с «земли» умеют и делают это с удовольствием. Поэтому, собираемся с силами и раскрываем именно эту кражу. Всем все понятно? Тогда по
