исказил факты, но он мерзавец, так что этого следовало ожидать».
Я кладу вилку и опускаю голову на руки, чувствуя себя обезумевшей от слов моего бывшего босса.
Я знаю, что я ничего не должна этому засранцу, но, тем не менее, его слова испортили мне день. Зачем ему нужно было звонить? Зачем ему нужно было ругаться на меня и намекать, что я всего лишь игрушка для братьев-миллиардеров? Дженсен продажен и склонен к манипуляциям, это точно.
«И всё же, — думаю я, когда поднимаю голову от своих рук и осматриваю окружающую меня сцену, — мне нравится быть праздной дамой». Блюда подаются быстро, я ни в чём не нуждаюсь, а братья Костас ужасно балуют меня каждый день.
И всё же я не уверена, что мне этого достаточно.
«Смогу ли я продолжать заниматься этим надолго?» — спрашиваю я себя, ковыряясь в тарелке с обедом, внезапно перестав чувствовать голод. «Я влюбляюсь в Тома и Габриеля, но достаточно ли этого для меня? Кроме того, что произойдёт, когда они закончат? Мне просто вернуться в свою старую квартиру?»
Мысль о возвращении в мою унылую квартирку наводит тоску. Моя маленькая студия с двухконфорочной плитой и разводами от воды на потолке кажется жалкой и ужасной после того, как я наслаждалась жизнью в особняке. Более того, что бы я сделала ради работы? Была бы я действительно счастлива, вернувшись в корпоративный мир, где я каждый день часами просиживаю в крошечной серой кабинке? При ярком солнечном свете это звучит особенно удручающе.
«Я чувствую себя мухой, попавшей в паутину», — думаю я с жалостью к себе.
Не знаю, чего я хочу, и у меня такое чувство, что братья Костас не слишком хорошо отнесутся к моим сомнениям. В конце концов, они купили женщину ради её тела, и теперь мне напомнили об этом факте.
Я набрасываюсь на свой ланч, представляя, что это голова Дженсена, и жду, пока пройдут часы, пока Том и Габриель не вернутся домой. Я знаю, что мне нужно поговорить с ними; я просто понятия не имею, что сказать и как это сделать.
Спустя несколько часов, два бокала розового вина и один долгий роскошный душ я, наконец, чувствую, что готова поговорить с Томом и Габриелем о своих проблемах.
Я увидел их ранее днем, когда они оба вернулись домой с работы, выглядя шикарно в своих костюмах и галстуках. Мне удалось сохранить хорошее настроение, несмотря на моё огорчение, и поприветствовать их лёгкими поцелуями в щеку. И, насколько я знаю, ни один из братьев не подозревал, что у меня на уме было что-то ещё, кроме нового романа, который я читаю.
Но сейчас, стоя перед зеркалом в полный рост и разглядывая себя в новом облегающем платье, я внезапно начинаю беспокоиться о предстоящем разговоре.
Я не боюсь Тома или Габриеля, и, на самом деле, у меня есть сильное подозрение, что они прислушаются к моим опасениям и потакают мне. Они поощряют мои вопросы и всегда требуют открытости.
«Кроме того, я даже не уверена, что у меня есть проблема с моей ситуацией», — признаюсь я себе, приглаживая свою растрёпанную гриву. «Просто с ролью Дженсена в этом и пытаюсь понять, что будет дальше».
Я надеваю изящный золотой браслет на запястье и отступаю назад, чтобы оценить себя в зеркале.
Я слегка удивлена, заметив, насколько элегантно я выгляжу. Мягкое светло-голубое платье доходит мне до колен. Вырез глубокий v-образный, а рукава слегка пышные, что делает меня одновременно соблазнительной и невинной.
Я понимаю, что мне нравится, кем я становлюсь с ними. Не только из-за красивой одежды, но и потому, что они ценят моё мнение.
Почувствовав себя спокойнее, я надеваю туфли-лодочки на низком каблуке и спускаюсь вниз к ужину.
Хотя мы не каждый вечер наряжаемся к ужину, Том и Габриель сказали мне, что предпочитают относиться к ужину как к элегантному мероприятию. Сначала я была насторожена, поскольку у меня было так мало подходящей одежды, но теперь я наслаждаюсь нашими необычными вечерами вместе.
«Это действительно добавляет сказочной тематики», — я улыбаюсь, входя в гостиную, где два брата наслаждаются коктейлем перед ужином.
Я останавливаюсь в дверях, чтобы понаблюдать за своими красивыми мужчинами. Каждый одет как обычно: Том в чёрном костюме с белой рубашкой, в то время как Габриель одет в тёмно-синий костюм, также сочетающийся с белой рубашкой. Я улыбаюсь контрасту между белоснежными рубашками на пуговицах и их загорелой кожей. Оба мужчины выглядят как опасное сочетание приключений и доминирования, и я всё ещё не могу поверить, что они хотят иметь со мной что-то общее.
Прежде чем я успеваю понаблюдать за ними ещё немного, Габриель замечает меня, стоящую в дверях, и подходит ко мне, держа в руках только что налитый бокал вина.
— Вау, милая, — улыбается он мне, — ты выглядишь сногсшибательно, — он берёт меня за руку и кружит, оглядывая с ног до головы с жадным восхищением. — Этот цвет тебе идеально подходит.
С другого конца комнаты Том, всегда немного более сдержанный, чем Габриель, лучезарно улыбается, в его тёмно-синих глазах читается признательность.
— Ты казалась немного подавленной сегодня днём. Как прошел твой день, дорогая? — спрашивает Габриель, ведя меня в гостиную.
«Значит, они всё-таки заметили», — думаю я, в очередной раз впечатлённая тем, как внимательно мужчины обращают на меня внимание. Вслух я отвечаю:
— Ну, в основном всё было хорошо. Мне действительно нравится этот новый роман. Плюс, я не могу прийти в себя от того, насколько потрясающая еда у шеф-повара.
— Ты уходишь от ответа, Мишель, — Том нежно смотрит на меня, на его красивом лице отражается беспокойство.
Я вздыхаю, зная, что не смогу скрыть того, что произошло. Неуверенно делюсь своей историей.
— Итак, мне позвонили сегодня днём. — Две пары пронзительных голубых глаз не отрываются от меня. — Дженсен Дрейпер.
— Что он сказал? — ровным тоном спрашивает Габриель, выражение его лица ничего не выдаёт. Я делаю глубокий вдох.
— Он сказал… ну, это довольно мерзко, на самом деле, — я делаю глоток вина, пытаясь сформулировать наилучший способ рассказать братьям о том, что сказал Дженсен, чтобы это не прозвучало
