из эскорта пустые бокалы, обменяв их на полные. А голову ее так и тянуло повернуть в сторону угла, где под абажуром торшера в кресле сидел тот самый оборотень. И Ира не сдержалась. Всего на секунду ей почудилось, будто рядом с креслом, где сидел оборотень, выросла тень волка. Ира зажмурилась, и, открыв глаза, поняла, что видение исчезло. Непроизвольно перевела взгляд на лицо двуликого и после прокляла себя за любопытство, натолкнувшись на его заинтересованный горящий взор. Две точки пылающих алым зрачков так и завораживали ее, манили своей сверхъестественной силой. Оборотень, медленно обнажая клыки, растянул губы в плотоядной улыбке и похлопал ладонью по подлокотнику кресла, приглашая ее сесть рядом. Ира удивленно приподняла брови и вместо того, чтобы испугаться улыбнулась одним уголком рта, улетая в какую-то сказку от осознания одной мысли — этот мужчина не против общения с ней. Он посчитал ее привлекательной — отбивалась дробью в голове. Ира — то ли прогоняя навязчивый морок, то ли возвращаясь с небес на землю — отрицательно качнула головой и сама того не заметила, как одними губами шепнула: «Я на работе». Оборотень странно прищурился и кивнул, будто соглашаясь, вот только непонятно — с ней или с некими своими мыслями.
Ира повела плечом, ощущая на себе пристальный, прожигающий ей между лопаток дыру, взгляд, но справилась с желанием снова поглазеть на оборотня и с деланно-равнодушным видом направилась в другой зал. Собрав там бокалы, она вернулась на кухню. Поставила поднос на стол, налила себе в стакан воды, сделала пару глотков и мечтательно уставилась куда-то в одну точку. Кто-то из персонала едва об нее не споткнулся, забурчал нечленораздельные ругательства, и Ирина очнулась. Снова подумав об этом странном оборотне, едва не утонула в накатившей на нее невыносимо душной волне жара.
Спустя минуту девушка улизнула в коридор, ведший к туалетным комнатам. Задрала маску на лоб и плеснула прохладной водой в лицо, похлопала по щекам и вымученно улыбнулась своему отражению. Господи, да напрасно всё! Ее опять начали изнутри грызть сомнения. Кто ж позарится на такую зажатую девицу с потухшим взглядом? Тем более, обслугу. Но… но этот необычный оборотень дал недвусмысленно понять, что она интересна ему. Да и сам вызывал в ней жуткий интерес, рождал незнакомые эмоции, которые превращали ее кровь в бурлящий вулкан, полыхающий огнем. Ира расправила плечи — она привлечет его внимание на свой страх и риск, а там будь что будет!
Вытерев руки и лицо, она надвинула маску на место и вышла. Огонь, от которого пылали ее щеки, казалось, стек прямо вдоль шеи к груди, проложил дорожку прямо к низу живота, где закрутил тугую, наполненную желанием спираль. Ира потрепала воротник блузки, пытаясь освежить горящую кожу и повернулась. Чуть не икнула от неожиданности и подступившего к горлу комка страха. Ноги ее вросли в пол, и дыхание сперло…
Прямо перед ней, опираясь плечом о стену, стоял и явно поджидал ее ОН! Тот самый, который закусить ею хотел.
Глава 22
Оборотень скалился, демонстрируя острые белоснежные клыки, а Ира почувствовала себя каким-то лакомством. Он едва ли не облизывался, разглядывая ее. Воздух вокруг него казался вязким и густым, наполненным его запахом, его желанием и возбуждением. Дыхание ее участилось, стоило ей вновь окунуться в свои непристойные мечты. Двуликий резко потянул носом, и ноздри его жадно раздулись.
— Чую, девочка, ты уже на всё согласна, — уверенно заявил он, с явным интересом вскидывая вверх широкую черную бровь.
Раньше от подобных слов она бы съездила нахалу по морде, но сейчас подавила в себе ростки бунта. Она здесь совсем за другим. Нужно поблагодарить его, ибо он значительно облегчил ей задачу. Сейчас важно не ошибиться.
— Прислуге запрещено…, — начала было она.
— Но ты ведь согласна? — вкрадчиво поинтересовался он. — Тем более твоя смена подходит к концу, а там и без тебя справятся, — он сделал к ней шаг навстречу. — Какую компенсацию хочешь за свою компанию и свое тело?
При другом раскладе она бы обязательно оскорбилась, но тут сглотнула противный ком. Гордость путь лесом идет! Она не должна упустить этот шанс, чтобы не в мечтах представлять, как будет качать на руках темноволосого малыша, а узнать это по-настоящему. У нее даже перед глазами вспыхнуло мимолетное видение смуглого улыбающегося ей ребенка, отважно цепляющегося за ее палец. Сердце сладко замлело в груди, и решимость Ирины возродилась. И да, она сумеет защитить ребенка, если только он появится, чего бы ей это не стоило. Будет любить его и оберегать любыми способами, всеми доступными средствами. Она, уповая на помощь небес и покровительство луны, обожествляемой двуликими, будет сражаться за свою кровиночку, если только…
Взмахнув ресницами, Ира прямо и смело взглянула оборотню в лицо. Улыбнулась легко и непринужденно. И даже яростно дернувшийся кадык мужчины не испугал ее. Удивительно было другое — почему он, выпив столько, говорил четко и внятно. Держался ровно, каждое его движение казалось выверенным, да и на он стоял твердо.
Ирина тоже шагнула вперед, робко положила ладонь на его плечо и забормотала:
— А что если… просто часок-другой приятно провести время? — и с надеждой заглянула в черные глаза.
Оборотень поджал губы, пронзая ее своим пристальным почти диким взглядом, в глубине которого вновь всколыхнулись алые искры.
— Часок-другой не обещаю, а вот на ночь со мной останешься гарантированно.
Щеки Иры вспыхнули, благо — что половина лица была скрыта маской. Точно! Необычная просьба сама собой сорвалась с губ:
— Только можно я в маске останусь? Пожалуйста, — а у самой уже был полный рот слюны. Целая ночь наедине с незнакомым мужчиной? Оборотнем?! Да она точно рехнулась!
Мужчина прищурился, считывая ее эмоции, пытаясь увидеть мысли. И будто прочитав в ее сердце сомнения и стыд, улыбнулся. Так неожиданно тепло, что в груди Иры что-то затрепетало, треснуло и разлилось чем-то тягучим и приятным. Мужчина подцепил пальцами ее подбородок и чуть приглушенно спросил:
— Сколько же у тебя мужика не было, девочка?
— Почти год, — ворочая непослушным языком, почему-то честно ответила она и попыталась спрятать глаза. Всего на секунду в душе зашевелилась былая обида на Женю, который после неудачи с ЭКО и доверительной беседы с матерью, остыл к своей жене. И когда она тянулась к нему с лаской, отмахивался, ссылаясь на усталость. Тогда он и зародил в ней сомнения в собственной привлекательности.
Голос незнакомца вывел ее из состояния задумчивости, заставив гулко забухать сердце, и ток разбежался по венам.
— На меня
