же данолы захватив Лелорию на время отступили. Насколько он знал, они помогали оритам в войне с Эвитами.
Другое его тревожило. Его помощь данолам должна была, как то отразиться на политике Хоммора. Но его отец молчал. А теперь перед ним лежало письмо из столицы, и Тонконюх опасался его открывать. Вздохнув, Тонконюх вскрыл письмо.
Это было послание от его брата Зоркоглаза. Зоркоглаз сообщал, что в столице король объявил его, Зоркоглаза своим наследником. Отныне все вопросы решает Зоркоглаз. Зоркоглаза интересовало, почему Лонх участвовал в войне, которую Хоммор официально поддерживал с другой стороны.
Зоркоглаз намекал на подозрения в предательстве. Он требовал отныне новой дани с Лонха. Учитывая его доходы, налог повышался. Новый налог пойдет в казну наследника. К тому же необходимо поставить наблюдателей из столицы, чтобы дать оценку правления Тонконюха. В столице полагают, что Тонконюха следует убрать из Лонха.
Тонконюх отложил письмо. Все прочитанное было очень странно. Ему пытаются навязать мнение столичных советников. Но по закону Лонх независим в выборе политики. Любое княжество принимает законы и вводит налоги, которые действуют лишь в границах этого княжества. Диктовать волю короля никто не может.
Король может вмешиваться в усобицы князей. Смещать этих князей, если нарушается мир и благополучие королевства. Король имеет право призывать князей в свое войско. Вводить единые налоги. Потом это назначение наследника. Наследника должны поддержать все сыновья короля. А он не получал приглашение на оглашение. Значит, это была акция короля.
Такое ощущение, что его пытаются подставить. Но кому это выгодно. Зоркоглазу это не надо. Храбросердце. Только он имеет амбиции на корону. Он пытается перебраться в Лонх. Лонх всегда был уделом наследников.
А что же делать ему. Вопрос сложный. Первым делом надо укрепиться в Лонхе. Проще всего через брак породниться с лонхскими знатными лицами. Когда это произойдет, его отсюда изгнать станет невозможно. Это будет означать войну.
Лето подошло к концу. Наступала осень 1898 года. Король Островзор перебирал письма просителей. Отбросив бумаги он задумался. Два месяца назад он назначил наследником Зоркоглаза. И, к сожалению реакции не последовало.
Он был бы спокоен, если бы принцы собрались в столице и потребовали поменять решение. Их молчание говорило о том, что они не принимают все в серьез. А это его сильно напрягало. Он не чувствовал уверенность в том что положение любимого сына твердо
Вошел Зоркоглаз и бросил свиток с посланием на стол.
– Что это, – спросил Островзор?
– Кровь, много крови, – ответил Зоркоглаз, – Письмецо от брата моего Тонконюха. Соизволил-таки написать. Он нагло сообщает мне, что титул наследника недействителен. Что я вмешиваюсь в политику княжества, и потому он объявляет об отделении от Хоммора, пока не соберется Совет ходонов.
– Это все.
– Нет. Он прислал письмо и вам мой отец.
Островзор взял второй свиток и вскрыл его. Он прочитал его и помрачнел. Он глухо произнес:
– Это и вправду кровь. Он скрепил союз с ходонами браком. Я полагаю, послание получил и глава Совета ходонов. И возможно даже Храбросердце. Пока они интриговали и, боролись за Лонх, все было хорошо. Но если они объединятся.
Зоркоглаз задумался. Он медленно произнес:
– Я могу ошибаться. Но мне кажется, что Храбросердце слишком алчен. Он попытается сам действовать. И тогда мы разберемся с ними поодиночке.
– Если это так, то мы действительно сможем победить, – грустно произнес Островзор, – Но плохо, что Тонконюх не поддержал тебя. Он мог бы много нам дать. Жаль.
Тонконюх кутался в теплый плащ, стоя на вершине башни. Он находился в Пакори-Ками, а на другом берегу уже располагались земли Хоммора. Он даже отсюда видел башни Холура. Но сейчас его одолела печаль. Он так мечтал вернуться но не для того чтобы развязывать междоусобицу.
Рядом стоял генерал Лан Пирот.
– Как видишь. Мы далеко не продвинулись. Путь до Кольвена хоть и короток, но полон крепостей, фортов и застав. Там понастроены башни и валы. Пробиться через этот путь будет дорого. Поэтому мы застряли здесь. Гудвин строит укрепления на реке Манч. Хочет переправить войска и ударить по Кольвену.
Тонконюх задумался. План конечно неплохой. Силы Гингемы при этом разрываются. Она вынуждена не только защищать свои крепости но и отражать атаку через реку. Он задумчиво произнес:
– Гудвин велик и мудр. Он знает что делает.
– Да, да. Знает. Я даже не сомневаюсь что он победит, – произнес Лан Пирот. Он не стал говорить этому хоммориту свои тайные мысли. Гудвин стареет и скоро придет время новых владык. Слава победителя Манчкинии могла бы принесли ему великие почести. Но, к сожалению, главнокомандующим назначен принц Тевальто. Он опирается на совет фельдмаршалов. Поэтому Лан Пирот пока вынужден прозябать здесь.
Тонконюх вернулся в гостиницу. Свое путешествие в Пакори-Ками он совершил с надеждой найти Гудвина или Урфин Джюса. Но, как оказалось, главное наступление готовится совершенно в другом месте. А ему так была нужна помощь. Нужны хорошие воины и командиры.
Он сел за стол и заказал себе ужин. Похоже, придется ехать в Когиду. Может там он найдет то, что ему нужно. Когда он был просто слугой, то лишь выполнял приказы. Он никогда не задумывался как все эти принцы и принцессы ищут союзников, набирают войско. Теперь придется учиться всему самому.
Тонконюх задумчиво смотрел на полупустой обеденный зал и размышлял. Все его действия глупы и неуклюжи. Что он делает? Бежит как собачка за хозяином. Гудвин все решит. Как же. Решит. Все что делал Гудвин, всегда приносило выгоду только ему одному. Нет. Это не вариант.
Надо действовать решительно. Храбросердце хочет власти. Отец хочет отдать корону Зоркоглазу. Ну что же. Пусть столкнутся и уничтожат друг друга, а он им в этом поможет. Тонконюх встал и пошел к себе. Он знал теперь что нужно делать.
33
Наступление дождливого сезона не охладило пыл горячих голов. Наемники, воевавшие за Гингему в Лелории, прятались в лесах. Но вскоре по всем городам и деревням Манчкинии пошли слухи о новой войне. В Хомморе наемников ждала слава и деньги.
Отряды головорезов начали просачиваться в Хоммор. Северный город Ханумар ожил. Большой лагерь наемников привлекал торговцев и купцов. Наемники, поступая на службу, получали сразу годовое жалование. Ходили слухи, что оплата шла от самого Гудвина. Но это никого не волновало.
Весной 1899 года прибыло новое войско. Это были уже не шемриты, а настоящие воины. Их вел могучий полководец Эрам Билан. После хорошего приема в честь гостей принц Храбросердце собрал военный совет.
Эрам Билан слушал имена тех, кого называл принц Храбросердце и внимательно смотрел на них. Принц Кривоног. Капитан наемников Карото. Лейтенант Карум. Все это вызывало вопросы.
– Зачем здесь наемники. Мы и без них справимся.
– Они хорошие воины, – возразил Храбросердце, – А эти два офицера прошли войну с арзалами. Они держат всю
