не просил, мы сами ее предложили.
— У вас для этого была какая-то особая причина?
Офицер службы безопасности откинулся на спинку неудобного стула и скрестил руки на груди.
— Конечно. Мы же известные борцы за все хорошее против всего плохого, так что ваш кузен попал как раз по адресу.
Видя, что Ник явно не в состоянии оценить чувство юмора майора, советник Литгоу сжалился над ним и пояснил.
— Мы защищаем интересы семьи Мортимер как держателей Ключа. К несчастью, вы, Николас — дитя противоречия и принадлежите обеим враждующим сторонам. Как сказал бы мой друг, вы находитесь между молотом и наковальней, поэтому вам придется выбирать, а времени на долгие раздумья, к сожалению, нет.
Глава 7
По вселенским меркам планета Кали была молода, завораживающе красива, абсолютно дика и непредсказуема. Бурные процессы, происходящие в ее недрах, сопровождались частыми землетрясениями, извержениями, разрушительными бурями и штормами. Появлявшиеся в коре трещины и провалы постепенно заполнялись едкой горячей жидкостью, образуя озера и даже целые моря, а их ядовитые испарения выпадали на поверхность планеты в виде дождя. Оранжевое небо почти всегда было затянуто мрачными свинцовыми тучами, лишь изредка сквозь них проглядывало злое красное солнце, похожее на воспаленный глаз усталого творца.
Единственным спокойным местом на планете была долина, окруженная кольцом островерхих черных гор. Именно здесь, над относительно устойчивой тектонической плитой космический разведчик Демиен Мортимер когда-то обнаружил залежи мурана. Он сам пробурил в долине первую штольню, и с тех пор шахты по добыче этого минерала являлись собственностью его потомков.
Вначале разработки велись вахтовым методом. Из-за экстремально сложных и жестких условий весь персонал, включая шахтеров, разведчиков недр и специалистов по оборудованию сменялся каждые полгода. Добыча шла медленно, с большими задержками, потому что полет с Абсалона на Кали длился около трех месяцев. Но с появлением новых двигателей, работающих на обогащенной мураном смеси, время в пути сократилось в несколько раз. Доходы от его добычи сразу подскочили, и появилась возможность создать в Мурановой долине развитую инфраструктуру.
Люди постепенно адаптировались к местным условиям, и перестали по окончании вахты возвращаться на Абсалон. В основном это были шахтеры, персонал космодрома и те, кто обслуживал системы жизнеобеспечения. Численность населения понемногу увеличивалась, колония росла, и теперь больше двадцати тысяч человек, родившихся и выросших на Кали, считали планету своим домом.
Все строения в долине были низкими, приземистыми и очень прочными, разрушить их было практически невозможно. Они возводились из местного камня и почти полностью сливались с черной сыпучей почвой. Покатые крыши однотипных домов были сплошь утыканы стрелами громоотводов, а территория космодрома больше напоминала лес из металлических деревьев.
Мощные разряды молний с удручающей периодичностью расцвечивали красноватое небо гигантскими изломанными линиями. Они были смертельно опасны для людей, но одновременно являлись доступным и дешевым источником энергии. Защиту планеты от внешнего вторжения обеспечивал Имперский военный флот, а все расходы на содержание колонии покрывал Фонд космической разведки.
Сменилось уже несколько поколений колонистов, но столь необходимое людям вещество по-прежнему добывалось в невыносимых условиях и исключительно вручную. Муран был чрезвычайно капризен и требовал к себе особого отношения. Так же капризны и требовательны были те, кто его добывал. Для извлечения баснословно дорогой жилы из породы требовались осторожность и ювелирная точность. Одного неверного движения оказывалось достаточно, чтобы хрупкий минерал рассыпался в пыль и утратил значительную часть своих уникальных свойств, поэтому на разрабатываемый участок допускались только мастера своего дела. Нельзя было ни охлаждать, ни увлажнять воздух в жарких штольнях, поэтому рабочая смена длилась всего четыре часа.
Самые опытные добытчики не пользовались специальными защитными костюмами, ограничиваясь прочной одеждой и кислородными масками. Сформировалось особое сообщество людей, своеобразная каста, в которой мастерство добычи мурана стало определяющим. Они знали себе цену, умели постоять за свои права и в случае необходимости могли выступить единым фронтом. В Мурановой долине существовало неписаное, но незыблемое правило: распоряжаться на рудниках мог только Мортимер по крови. Ни один из внешних управляющих, которых в кризисный период назначал Фонд, не продержался на своей должности больше двух декад.
Себастьян терпеть не мог визиты на Кали, потому что отношения с обитателями Мурановой долины у него упорно не складывались. Вот уже битый час он слушал разглагольствования Эйдана Данли, который и был идейным вдохновителем нынешнего саботажа. Как, впрочем, и всех предыдущих. Когда молодой Лангвад вступал в права наследования, рабочие с рудника устроили ему форменную проверку на прочность, и, само собой разумеется, он ее не прошел.
Но теперь все изменилось. Себастьяну давно хотелось грохнуть кулаком по ненавистной оранжевой столешнице и показать всем набившимся в совещательную комнату колонистам, кто здесь настоящий хозяин. Его удерживало только присутствие Анны. Шахтеры из Мурановой долины никогда не стеснялись напоминать о себе и, если не получали нужного ответа, тут же приостанавливали все работы по добыче.
Дождавшись короткой паузы в нескончаемой череде претензий, Себастьян набрал воздуха в грудь.
— Я уже в третий раз пытаюсь вам сказать, что на космодроме сел грузовик, который привез новые теплицы, их как раз сейчас разгружают, — он говорил нарочито спокойно, чтобы снизить градус эмоций. — Как только определимся с местом, сразу начнем монтаж конструкций. Так как экосистема, созданная в моей лаборатории, потребует большего, чем обычно, количества воды, мы привезли с собой запас, чтобы не напрягать ресурсы колонии. Система замкнутая, рассчитана на множество циклов, так что этого запаса вам хватит надолго. Растения и семена прибыли тем же кораблем, первый урожай можно будет снимать уже дней через шестьдесят-семьдесят. Я сам обучу местных специалистов всем тонкостям работы на новом оборудовании. Есть еще вопросы?
— Конечно, — раздался обманчиво дружелюбный женский голос, и Себастьян мысленно застонал.
Глава 8
В проеме двери стояла высокая молодая брюнетка. Ее гладкие блестящие волосы были заплетены в сложную косу, чем-то напоминавшую эльфийскую, а пронзительные синие глаза медленно, оценивающе оглядывали гостей. От предчувствия очередной стычки у Лангвада между лопатками выступила испарина, но его лицо осталось бесстрастным.
— Здравствуй, Оливия, ты опоздала.
— Я немного задержалась, потому что присутствовала при разгрузке корабля. Ты привез не все, что обещал, к тому же с большой задержкой, заставил себя ждать, чем вынудил нас пойти на крайние меры.
Женщина нарочито неспешно уселась на свободное место и сложила руки на столе. На ней был простой рабочий комбинезон черного цвета с ярко-голубыми светоотражающими полосками, который выгодно оттенял ее смуглую кожу и синие глаза.
— Я долгое время находился далеко за пределами Империи, поэтому пропустил назначенную встречу…
— Две встречи, Себастьян, этого даже твой дед себе не позволял. Игнорировать наши
