Крисса сморгнула выступившие на ресницах слезы и улыбнулась:
– Если бы я знала тогда, как я ошибалась!.. Ты не представляешь, как я жалею, что была такой наивной дурочкой и никого не желала слушать! Если бы Сюзанне удалось уговорить меня повременить с доверием и прочими сантиментами в адрес Квинта, все могло бы сложиться по-другому. Но я была твердо уверена, что знаю, что делаю.
– Не плачь, солнышко, – тихо, очень нежно сказал Айрин, крепко обнимая ее за талию. – Ведь все это уже позади! Научись относиться к событиям того времени как к прошлому. Так или иначе, а его не изменишь, надо с этим смириться. Холодает, – заметил он, задумчиво глядя на ползущую по небу тяжелую тучу. – Пойдем домой.
Какое-то время они шли молча, сосредоточенно глядя себе под ноги, перепрыгивая с одного валуна на другой. Когда почва немного выровнялась, Крисса решительно тряхнула головой и твердо сказала:
– Да, ты прав. Это всего лишь прошлое, у меня нет причин бояться его или грустить. Я расскажу, что случилось дальше. На самом деле, все это лишь предыстория.
Айринкельн ободряюще улыбнулся ей, крепче сжал ее ладонь в своей руке. Кристина снова заговорила. Она твердо решила рассказать своему жениху абсолютно все.
* * *
За окном второй день шел нудный дождик, и Кристина маялась от скуки. Им с Квинтом не повезло застрять в на редкость тихом и глухом местечке, где вообще ничего не происходило. Народ был какой-то угрюмый, как будто никто не желал расставаться со своими заботами и проблемами даже на вечерних посиделках в трактире. И выступления менестрелей здесь встречали довольно прохладно, хотя и платили вполне достаточно, не хуже, чем в прочих городах и деревушках. Молодые люди жили в Баэри уже почти неделю. При переходе через лесной ручей, встретившийся по дороге, Квинт случайно поскользнулся на мокрых камнях и подвернул ногу. По словам врача, переход до деревни еще усугубил положение, так что проходить эта неприятная травма будет долго. Во всяком случае, еще пару недель придется отказаться от длительных переходов и танцев… Юноша не возражал. По его словам, каждое движение отдавалось в пострадавшей лодыжке тупой, ноющей болью, а потому целыми днями лежал на кровати в их комнате или сидел внизу, в общем зале, потягивая пиво. Было очень скучно… Такое отсутствие событий тяготило Криссу; она привыкла к смене мест, к обилию веселых, бесшабашных собеседников из местных жителей или встречных менестрелей, и потому молчаливый Баэри нагонял на нее тоску. Некстати вспомнились веселые ваганты Мыша, Сюзанна с ее резкими и категоричными суждениями, их бегство из Эйсби… Вдохновения не было, играть скучному люду каждый вечер скоро надоело, да и погода не располагала к веселью. Небо постоянно хмурилось, из приоткрытого окна тянуло сыростью, с деревьев облетала желтая листва…
Все лето молодые люди провели в Маланадэйне и лишь к концу августа стали потихоньку продвигаться к намеченной еще в Порт Давене цели – королевству Тар-Кайян. Там, по словам Квинта, можно будет и перезимовать, с тем чтобы весной, как только сойдет снег, двинуться в Дзарот и Аллемайн. Повсюду люди встречали огненные номера Кристины восторженно, а уж если в представлении принимал участие Квинт, показывая различные фокусы, танцуя на канате или демонстрируя свое искусство глотателя огня, менестрелей по нескольку раз вызывали на бис. Большие представления молодые люди устраивали только в более или менее крупных городах. Все-таки в деревнях и пригородах, заявил Квинт с видом знатока, живет слишком много суеверных зануд, которые настороженно относятся к фокусам с огнем и считают, что это исходит от бесов. Такое высказывание очень повеселило Кристину. Ведь дома, в Кайринах, она часто слышала подобное от отца, и она охотно согласилась беречь свой талант для более понимающей публики.
Что касается их взаимоотношений, то эйфория Криссы и не думала проходить. Юноша был по-прежнему внимателен и очень нежен, он не уставал повторять, что наконец-то обрел в лице девушки свое столь долгожданное счастье, и она уже начинала подумывать, что рано или поздно дело все же дойдет до свадьбы. Не то чтобы Кристине прямо так уж сильно хотелось становиться женой Квинта; просто мысль о том, что любимый человек всегда будет рядом, наполняла ее таким теплом и счастьем, что ради них можно было согласиться на все. Девушка видела, как смотрят на Квинта прочие барышни, как усердно они строят ему глазки, и только снисходительно улыбалась. Юноша ни разу не взглянул на них. Казалось, для него действительно существует одна лишь Крисса. Она часто думала теперь, что не так уж и много вымысла в романах; во всяком случае, и в жизни встречаются истории-исключения, какой и стала ее собственная.
– Слушай, Крисса, – вдруг отвлек ее от раздумий голос Квинта. – У меня тут появилась одна идейка… Думаю, она неплохо разнообразит наш репертуар.
– Ну-ка, интересно, – девушка пристроилась на краешке его кровати и заинтересованно взглянула ему в глаза. – Что за идейка? Я просто умираю со скуки!
– Прости, малыш, это все из-за меня, – повинился он, красноречиво указывая взглядом на свою ногу. – Сколько раз говорил себе, смотри под ноги внимательнее!.. И вот, на ровном месте. Позор мне, как канатоходцу.
– Да ладно, с каждым могло случиться, – улыбнулась Кристина. – Ну, так что за идея?
– Когда ты танцуешь, по твоим рукам или по складкам юбки пробегают язычки пламени. Они не могут ничего поджечь и не жгутся, так?
– Так. Они остаются совершенно безвредными до тех пор, пока я не сплету заклинание иначе.
– А ты сможешь сплести заклинание таким образом, чтобы пламя было не на тебе, а на сцене?
– Смогу, конечно!.. А зачем? – нахмурилась девушка.
– Постараюсь объяснить. Поскольку в твоих жилах течет кровь народа озера, ты можешь реагировать быстрее, чем мы, люди. И, следовательно, ты сможешь танцевать, попадая точно между язычками пламени.
– Что?! Да ты с ума сошел! – рассмеялась она. – Это невозможно! Это же огонь, Квинт! Доски или землю он жечь не будет, это так, но если он коснется кожи – это будет самый натуральный ожог! Заклинание будет сплетено иначе, не так, как обычно, так что пламя будет самым настоящим, по рукам и костюму пробегают лишь сполохи, их не нужно поддерживать.
– Но ведь ты повелительница огня! – обезоруживающе улыбнулся юноша. – Это значит, что ты сможешь сама контролировать пламя. Музыку мы сможем замедлить в любой момент, пламя будет зависеть от тебя, а не наоборот! Не спорю, это может и не получиться сразу, но надо попытаться! Представляешь, какой фурор мы произведем!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
