* * *
Бон-сюр-Сон, сразу после заката
Забавно, но все на что меня в итоге хватило — это не глядя в лицо, вежливо и почти ровным голосом — поблагодарить Соланж, когда она закончила намывать мои плечи и спину. При этом, не смотря на такой, казалось бы «конфуз», в лучший городской кабак я спешил с легкостью победителя. Ну и, конечно же, принаряженный в самое «понтовое» из того, что нашлось среди моих вещей. Хотя и не сказать, чтоб сильно старался…
На свой дорожный «дублет»* — фактически просто теплую кожаную куртку со стёганой подкладкой изо льна, которая в обычное время служила мне поддоспешником — я накинул плащ в итальянском стиле — так называемый «хук»*. В моду они вошли уже лет 30 как, то есть еще до рождения Дирка, но по-прежнему считались «последним писком».
Отороченная соболем короткая бархатная накидка с прорезями вместо рукавов, и впрямь выглядела очень богато. Все остальное на мне было практичного коричневого цвета, а вот «хук» — темно-красный, скорее даже — бардовый. Вместе с богато украшенными серебром ножнами, плащ и в самом деле придавал мне солидный и праздничный вид!
Было очень неловко, но я минут десять не мог оторваться от доставшегося в наследство от матери небольшого бронзового зеркальца. Тусклый кругляш размеров сантиметров в пятнадцать слабо отражал действительность, но вот Соланж на меня пялилась с самым настоящим восторгом. И это сильно затягивало осмотр…
Удостоился я одобрительных взглядов и от других горожанок.
Дирк вряд ли заметил бы это, высматривая «авансы» лишь от их дочерей, а вот я воспринимал потенциальными объектами и матерей тоже, а потому чувствовал себя — словно модель Victoria’s Secret на студенческой вечеринке.
Кстати, еще перед отъездом я с удивлением выяснил, что за время болезни умудрился не только исхудать, но и заметно вытянуться. Сантиметров на восемь-десять точно. Спасало меня лишь то, что одежду было принято шить «на вырост», и молодежь даже из преуспевающих семей почти сплошь щеголяла подвернутыми штанинами и рукавами. Поэтому когда я резко прибавил в росте, мне всего-то пришлось откатить запасённое. Ну и загрузить Соланж работой еще и по отпариванию складок.
…Когда наконец-то добрался до «Жареного петуха», в общем зале кабака своих товарищей не нашел, но хозяин меня знал, был предупрежден обо всем, поэтому без лишних разговоров провел в отдельный кабинет.
Курения в Европе пока еще не знали, но понятнее всего увиденное можно было бы описать фразой «дым коромыслом…»
Народ и в самом деле уже был «в дымину», но надо отдать должное: пусть половина кувшинов на щедро уставленном яствами и выпивкой столе уже полегла, однако мои компаньоны не выглядели людьми, чьи силы и решимость уже хоть сколько-нибудь серьезно подорваны.
Веселье, гам, пьяные выкрики и смех местных проституток, и в самом деле больше напоминающих обычных сельских тёток, чем опытных путан. Все это выглядело, как обычная домашняя вечеринка где-то в 90-ые.
Не очень-то разнообразно, но обильно и по-доброму.
Меня тут же усадили за стол, выдали громадный кубок с вином, и под абсолютно привычно-земные крики «пей до дна», принялись расписывать случайным шлюхам, какой же я, оказывается, герой!
Все это еще больше погрузило меня в посетившее на пороге ощущение «дежавю», и я с удивлением понял, что, кажется, сейчас напьюсь. Вдрызг, и без оглядки на будущее.
Правда, прежде чем это случилось, явно поддавший, как и остальные Вальдемар, дружески приобнял меня, и заговорщицким тоном сообщил, что местные купцы, услышав о том, что мы с легкостью перебили гарнизон Ла Роша, влёт предложили нам персональный заказ, что давало возможность не искать других целей в ближайшее время.
— Завтра, когда немного отойдешь, нужно будет обсудить! — уточнил лиценциат, и больше мы к этой теме в тот вечер не возвращались.
* * *
* Ярд — равен трем метрическим футам (36 дюймам) или 0,9144 метра.
* Дублет(фр. doublet) — мужская верхняя одежда, распространённая в Западной Европе в период с 1330-ых по 1660–1670 гг. Это был первый образец, который плотно сидел на теле. Первые дублеты были до середины бедра, позже они стали укорачиваться. Иногда шились с раздельными рукавами, а в XV веке у них появился стоячий ворот.
* Хук(фр. huque) — накидка, отороченная мехом. По всей видимости, напрямую происходит от римской накидки — пенулы. В XIII веке была частью женского костюма, в XIV-XV веках — мужского. Хук пришел во Францию из Италии, употреблялся также в Нидерландах. Швейцарская разновидность, представляла собой плащ с капюшоном — «худом». В военном обиходе составлял часть костюма лучника, надевался поверх кольчуги или бригантины. Позднее — превратился в куртку с пышными рукавами.
Глава 10
Остров
Река Сона выше по течению, полдень
(18 февраля 1402 года)
Массивный детина из команды «Святого Германа»*, про таких обычно говорят «поперек себя шире», фактически нависал надо мной, но на самом деле ничего угрожающего это не означало. Скорее уж наоборот — если бы он просто стоял на своем месте и не открывал рта, я был бы ему еще и чертовски благодарен — солнце сегодня припекало почти по-весеннему. Но нет, пустые надежды. Об этом не стоило мечтать еще примерно часа два-три.
— Господин Дирк, ну теперь-то, когда мы стали почти друзьями, вы наконец-то можете признаться, что же такое предложили «сделать» той падшей женщине, что она своими дикими воплями перебудила не только всех нас, но, думаю, и весь ближайший квартал?
«…Предатели!» — беззлобно подумал я, и нарочито печально вздохнул, когда мои компаньоны принялись ржать, что твои жеребцы стоялые. Как, собственно, и вся остальная команда речной барки, на борт которой мы погрузились сегодня еще до рассвета.
— Вино и впрямь отличное, — я сделал еще один глоток из фляжки, и с сожалением вернул ее здоровяку-хозяину, — но уверяю вас, нечего мне рассказывать! Шлюха просто все не так поняла…
— Ваше право, — «согласился» боцман, — можете не рассказывать, а только хочу заверить, что у каждого из нас было что-то, чем мы отнюдь не гордимся, но совсем не против повторить. Просто мы уже знаем, что делать это надо совсем не в маленьком городке, но одной из торговых троп. А где-нибудь в местах повеселее…
«Задушевный» спич вызвал очередной взрыв хохота и капитан, а по совместительству и владелец барки, решил заметить непотребство. Хотя еще пару минут назад он может и не принимал прямого участия в нем, но с удовольствием хмыкал, оценивая самые удачные подколы своих людей.
— Боцман, двух матросов на нос, и пусть подготовят якорь! Мы не сразу пристанем к берегу, а для начала немного подождем на середине протоки. Присмотримся, что там и как сегодня, и дадим возможность господину лиценциату решить, стоит ли высаживаться вообще…
Все его
