— Сын мой, ты никогда не огорчал меня. Я прошу тебя, почитай Бога и Церковь, как это делал я. Я принес большую пользу, и, надеюсь, ты тоже принесешь ее, молю тебя именем королевы, которой я причинил столько зла…
По словам летописцев, «он заплакал и больше ничего не говорил». Вскоре он умер. Королю было пятьдесят восемь лет.
Королева пережила его на тринадцать лет, ведя затворнический образ жизни в домике, построенном ею на острове Эссон в Корбее. Там она и умерла в 1236 году, до конца своих дней вспоминая о десяти счастливо проведенных годах рядом со своим властелином Филиппом Августом…
ЛЮБОВЬ ТИБО ДЕ ШАМПАНЬ К БЛАНКЕ КАСТИЛЬСКОЙ СПАСАЕТ КОРОНУ ФРАНЦИИ
Шансонье Тибо неоднократно заставлял краснеть королеву Бланку.
Артур Беллой
В 1199 году при дворе Кастилии жили две очень красивые принцессы. Одну из них звали Уррака, другую — Бланка. Одной было двенадцать, другой — одиннадцать лет.
Сказать, что они жили весело в мрачном Валенсийском замке, означало сказать неправду. Обе девочки здесь ужасно скучали.
Их единственное развлечение заключалось в молитвах о том, чтобы мавры покинули Испанию, а это трудно считать беззаботным времяпрепровождением.
В те времена зеленое знамя ислама развевалось над Гренадой, Кордовой, Севильей так же, как и над крепостью, которую неверные называли Джебель-аль-Та-рик, а христиане переименовали ее название в «Гибралтар».
Вечерами, после вечерней молитвы, Урраке и Бланке иногда разрешали послушать в большом зале дворца боевые песни или рассказы заезжего менестреля о страшной резне. После чего их, дрожащих от ужаса, отправляли спать.
Однажды зимним днем Алиенора Аквитанская (вспомним она была матерью английского короля и бабкой принцесс) приехала в Валенсию и своим визитом подняла переполох в замке.
Старая королева, которой было уже восемьдесят лет, приехала договориться со своим зятем Альфонсом VIII Кастильским о браке. Речь шла о браке одной из самых маленьких принцесс и Людовика Французского [22].
Алиенора объяснила с привычной ей горячностью, что этот брак будет гарантом мирного договора, который хотят подписать ее сын, Иоанн Безземельный, и Филипп Август, французский король.
Альфонс Кастильский сначала испугался, что английский король будет беззастенчиво распоряжаться племянницами, но затем его заинтересовала перспектива стать в один прекрасный день отцом французской королевы, и он дал согласие.
— Какую жену хочет принц? — спросил он. Алиенора ответила, что принц пока не решил, ибо ему только двенадцать лет.
— В таком случае, — сказал Альфонс, привыкший обстоятельно заниматься любыми вопросами, — надо задать этот вопрос королю Франции.
Гонцы уехали в Париж. Филипп Август был гостеприимен, но решения не принял, так как подозрительно отнесся к возможному браку.
— Передайте вашему господину, королю Кастилии, что я ему вышлю свой ответ, — сказал он.
И отправил своих опытных и знающих толк в женщинах послов в замок в Валенсию, с заданием привести ему ту принцессу, которая им покажется более привлекательной.
В одно прекрасное утро сестры увидели большую группу всадников.
— Это французы! — сказали им.
И отправили в спальню.
Послы были торжественно встречены Альфонсом VIII и его придворными. После небольшоcover.jpgго застолья позвали принцесс.
Французы решили сразу, что более красивая старшая, и приготовились, не мешкая, объявить, что Филипп Август остановил свой выбор на ней. Альфонс VIII с. ее представил:
— Принцесса Уррака!
Послы, услышав такое странное имя, как повествует нам летописец, «испытали заметную досаду» и повернулись к другой девочке.
— Принцесса Бланка, — сказал, улыбаясь, Альфонс. Французы вздохнули облегченно. Поблагодарив короля, они сказали, что его старшая очень красива, но она носит имя, которое может послужить помехой к браку с принцем Людовиком.
— Никогда, — говорили они, — королеву Франции так не называли. Поэтому есть опасность, что наш славный народ будет неприятно удивлен, когда услышит это имя, и попытается сочинить о ней какие-нибудь иронические песни. Поэтому мы имеем честь просить у вас руки вашей дочери Бланки для принца Людовика.
Так имя более молодой дочери Альфонса де Кастиль дало ей возможность сыграть большую роль в истории Франции.
В марте 1200 года Бланка попрощалась с родителями и в компании бабушки отправилась во Францию. В день Пасхи они были в Бордо. Здесь королева вдруг приняла решение уйти в монастырь и, оставив свою внучку на попечение архиепископа Эли де Мальмора, направилась в аббатство под Фонтевро.
Бланка приехала в Нормандию в мае, где в замке на берегу Сены ее ожидал Иоанн Безземельный. Гонец переправился через реку в соседний замок уведомить Филиппа Августа и Людовика, что принцесса прибыла и можно подписывать договор.
На следующий день, 22 мая 1200 года, в поле, на равном расстоянии от обоих замков, государи, которые так часто встречались как противники на ристалищах, увидели друг друга в парадных одеждах, в мантиях, подбитых мехом.
Встреча состоялась в шатре, богато украшенном фламандскими гобеленами. Перед входом развевались английское знамя с тремя ярко-красными леопардами и знамя, украшенное геральдическими лилиями…
Последний раз перечитал Филипп Август текст, подготовленный королевскими писарями. Иоанн Безземельный уступал королю Франции Вексен, Эврексен и Эвре. В придачу для наследника французского престола он передавал владения Иссуден и Грасей, а также двадцать тысяч серебряных марок. Наконец, и это, быть может, был главный пункт договора, он обещал передать Людовику все остальные владения, принадлежащие ему во Франции, если останется без наследника.
— Этот брак позволит твоему сыну стать моим племянником, — сказал Иоанн Безземельный, — откроет эпоху мира.
— Теперь между нами не должен стоять вопрос войны, — ответил Филипп Август.
И короли подписали договор. Их появление вместе было встречено овацией.
«Мир на столетие», — думал простой народ, всегда готовый восторгаться.
Свадьба должна была состояться на следующий день.
Поскольку Франция была подвергнута Интердикту Рима из-за несправедливого тюремного заключения королевы Энжебурж, священники не имели права благословить новых супругов. Пришлось принцу Людовику отправиться в Англию.
Это не радовало Филиппа Августа, который, несмотря на договор и красивые слова, сохранял осторожность, опасаясь возможного пленения своего сына. Для полной гарантии он попросил Иоанна Безземельного на время приехать во Францию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
