Читаем без скачивания Гибкий график катастроф - Инна Георгиева

— Скажи «спасибо», что нас хотя бы не заставили менять репертуар, — пробурчал Толян. — Только я все равно не понимаю, на хрена все это нужно.

— Ради женщин, конечно, — криво ухмыльнулся Лектор. — Для них в эту субботу бесплатный вход, бесплатные напитки и бесплатный цирк.

— Ты вообще в курсе, какие женщины ходят в «Домино»?! — резким движением Гугля содрал шарф с шеи. — Роберто должен поставить металлоискатели на входе, иначе в субботу в нашем клубе появится еще и бесплатный тир. И я почему-то догадываюсь, кто будет мишенью!

— Не переживай, друг, — буркнул Хаск. — В тебя за барабанами будет сложно попасть. А я как большая розовая туча. Сдохну первым.

Я криво ухмыльнулся:

— Не сдохнешь.

Толян перевел на меня вопросительный взгляд, но я только посильнее сжал стойку микрофона в кулаке.

— У меня появилась идея, друг. Роберто хочет шоу — мы его ему устроим. Но только в своем стиле.

Огонек в глазах друзей показал, что предложение им понравилось. Оставалось только правильно все организовать. И я даже знал, к кому можно обратиться за помощью.

Домой возвратился в приподнятом настроении. Которое, увы, продержалось недолго: стоило только распахнуть дверь в собственную спальню.

Первой в глаза бросилась Полина: черная, худая, длинноволосая. Матерь Божья! Я ко всему привыкший, но едва не метнул в нее лампой от неожиданности. Сочувствую Богдану: ему с такой «красоткой» приходится ночевать. В одной комнате, при выключенном свете, а если брать в расчет ее экзотическое чувство юмора — так я вообще удивлен, что брата до сих пор в психушку не забрали.

— Ты что здесь делаешь?! — спросил, учитывая обстоятельства, очень даже вежливо.

— Тебя жду, — криво улыбнулась готесса и кивнула на постель. С нее медленно поднялась чем-то испуганная Ева, но подойти не захотела: остановилась у изголовья кровати, свела брови на переносице и заявила:

— В моей комнате демон.

Я тихо выдохнул и, бросив сумку на пол, приподнял бровь:

— Поподробнее, пожалуйста.

— Это не Азриэль.

Ага, конечно! Ведь обычно по земле шастает множество бесхозных демонов. Особенно много их в доме у заклинателя. Прямо табунами ходят, не знаю как обратно отправить.

— Ты уверена? — спросил со вздохом. — Азриэль умеет изменять внешность. Может, ты его просто не узнала?

— Тогда уж это он меня не узнал, — проворчала Ева. — Демон не реагирует на приказы, не отвечает на вопросы, только стоит в углу и смотрит на дверь. Может, он сломался?

Я закашлялся, пытаясь скрыть смех:

— Это вряд ли.

— Посмотри сам, если мне не веришь!

Пожал плечами:

— Ну, показывай.

Сразу признаюсь: я ее слова всерьез не воспринял. Не потому, что не доверяю, просто для нее панику на ровном месте создать — чуть проще чем элементарно. Демон ее не слушается… Блин, может, она его с перепугу с настоящим ковром перепутала? В полпервого ночи что только не привидится.

С другой стороны: в чем-то ее переубеждать — неблагодарное, а порой еще и опасное занятие. Потому, еще раз вздохнув и смирившись с тем, что душ откладывается на неопределенное время, я вышел из комнаты.

Ева топала впереди так быстро, словно боялась, что демон ее не дождется и исчезнет. Она первой добежала до спальни и на мгновение обернулась, окатив меня предвкушающим взглядом. У меня появилась дикая мысль, что, возможно, я чего-то не учел и у Евы действительно появился новый «поклонник». Это, конечно, было бы очень странно, но Азриэля ведь она смогла очаровать?

— Приготовься, — подливая масла в огонь, прошептала из-за плеча Полина.

Мысленно пожелал ей умолкнуть и поскорее исчезнуть за линией горизонта.

А затем ступил в заботливо распахнутую Евой дверь. Ступил и замер, пытаясь понять, куда смотреть.

В комнате было пусто. Не считая, собственно, меня и ведьмы, скрестившей руки на груди и выжидающе на меня уставившейся. Полина с каменным лицом осталась в коридоре и на мои вопросительные взгляды не реагировала. А зря. Мне, если честно, было о чем ее спросить. Например, что именно они пили до моего прихода и когда Еву отпустит?

— Как ты можешь это объяснить? — спросила ведьма, пока я старательно оглядывался по сторонам, хотя уже понял, что ничего нового в комнате не увижу.

— Единственный демон, который здесь сегодня побывал, это Азриэль, — сказал, прислушиваясь к ощущениям. — Сейчас он на первом этаже, в районе кухни. Никого другого из-за Завесы здесь нет и не было.

— Тогда кто это такой?! — прошептала Ева и… указала на комод. Я поскреб в затылке, но на всякий случай подошел к шкафу поближе, пригляделся, даже поскреб ногтем дверцу.

— Это точно не демон, — сказал уверенно.

Девушка сглотнула:

— Я в курсе. Тот, о ком я говорю, стоит левее.

Мы с Полиной переглянулись и, кажется, впервые в жизни поняли друг друга без слов.

«Что будем делать?» — спросил мой взгляд.

«В больничку бы ее надо, — ответили глаза Казаковой. — На препаратики».

«А если без фанатизма?» — нахмурился я. Хорошенькие у нее, однако, методы: прямо не подруга, а шпион инквизиции. Чуть что — сразу под электрошок.

— Это ты в чем меня сейчас пытаешься обвинить?! — уже не скрываясь, рявкнула Полина. Ага, правда глаза режет!

— Сама знаешь! — прорычал в ответ, на всякий случай становясь между Евой и этой черной мамбой.

— Да я бы никогда в жизни… — начала было она, но тут вмешалась «потерпевшая».

— Погодите минуточку! — воскликнула она, всеми десятью когтями впиваясь мне в ладонь. — Вы что, опять окопались?! А меня предупредить забыли? Ну чтобы я, например, не лезла к вам со своими мелкими, никому не интересными проблемами во время очередной священной войны!

Мне стало неловко. Особенно когда Полина прыгнула в комнату и, грозно тыкая в меня пальцем, возопила:

— Ты хоть представляешь, что он обо мне только что подумал?!

— Да я о тебе вообще не думаю, — отмахнулся как от надоедливого пекинеса и обернулся к Еве. Посмотрел на нее: вот я дебил… Девчушка-то реально напуганная своими видениями. На глазах слезы, губы дрожат, пальцы побелели, те самые, между прочим, которыми она мне в руку вцепилась — мог бы и раньше догадаться, что еще немного, и ее просто накроет волной истерики. Маленькая моя ведьмочка!

Не задумываясь, обхватил ее ладонью за шею, притянул к себе, прижался губами к макушке:

— Что бы это ни было, мы во всем разберемся.

— Но ты же ничего не видишь! — с отчаянием прошептала она.

— Зато я верю, что видишь ты.

Она подняла лицо.

— Правда? — выдохнула так, словно боялась услышать ответ.

Я кивнул:

— Да. Верю.

Черт, а разве могло быть иначе? Если женщина, которую ты любишь, говорит, что видит призрака, тебе остается только согласиться, пускай даже весь остальной мир вопит о том, что этого не может быть. Любовь, в конце концов, строится на доверии, и если она доверила тебе свои страхи, будь добр: бери соль, дробовик, протонный излучатель или что там еще используют охотники за привидениями — и вперед искать доказательства! Нужно только придумать, с чего начать…

— Возможно, этот… фантом… как-то связан со снегом в Италии? — задумчиво предположила готесса. Я поднял на нее хмурый недоверчивый взгляд. — А что?! — с видом оскорбленного достоинства развела она руками. — Я тоже верю, что у Евы глюки неспроста!

— У меня не глюки! — гневно выпалила ведьма. — Он правда здесь стоит. Вот на этом самом месте! А то, что вы его не видите… наверняка этому есть какое-то объяснение!

— И, знаешь, кто может его нам дать? — внезапно пришла мне в голову интересная мысль. — Некромант!

— Да ладно! — округлила глаза Полина. — Это же вилами по воде! Некроманты оживляют трупы, а не призывают души на землю. Будь это иначе, их бы почитали как богов, а не считали порождениями тьмы!

— То есть моя идея кажется тебе менее реалистичной, чем то, что в Неаполе метель, а у нас в результате этого появилось привидение в спальне? — проскрежетал я зубами. — Его сюда ветром надуло или как?!

Ева нахмурилась:

— А откуда ты знаешь об Италии?

— Да об этом во всех новостях трубят, — объяснил и только потом сообразил, что она спросила. — А ты, кстати, откуда узнала? Euronews не числится среди твоих любимых каналов.

Девчонки обменялись выразительными взглядами, потом Ева пожевала нижнюю губу (она всегда это делает, когда волнуется) и нехотя ответила:

— Нам… товарищ сказал.

Блин, ну не умеешь врать — не берись! Зачем эти бессмысленные потуги, если в результате все равно придется во всем сознаться.