Офицеры его отлично поняли. Элиза не поняла, но промолчала.
Вернувшись обратно, они увидели, что вместо лестниц, открывавших путь в Сарсайскую долину, готовы уже два широких настила. Их установили под руководством и при активном участии самого маршала, потому что никто, кроме него не видел, куда их крепить. По закрепленным настилам господин маршал принялся заводить тардов, тащивших подводы вверх. Затем тардов отцепляли, и подводы скатывались по настилу вниз, в долину. Оставшиеся в долине офицеры разгружали повозки. Еще нескольких крепких воинов маршал переправил в долину им в помощь, предварительно оглушив ударом по голове. Элиза морщилась, но молчала. Господин Гаорин был суров. Когда пушки, лафеты на колесах и подводы с боеприпасами и даже одна тяжеленная мортира, с которой особенно долго мучились, были, наконец, переправлены через скальную гряду в Сарсайскую долину, настал черед военных медиков. Один из поднявшихся по перевалу из Нархасса полковых врачей передал Гаорину увесистый пакет. Тот вытащил из него письмо, написанное крупными угловатыми буквами. И лишь только начал читать, как на лице его сверкнула довольная улыбка.
- А еще некоторые упрекают меня в излишней фамильярности и частом общении с простыми людьми, - заявил он, с ехидством, оглядев стоящих рядом офицеров, сплошь из знатных родов Империи. - Знатных людей приходится перетаскивать через иллюзию, оглушая до беспамятства, а простая матушка лекарка, не задав мне ни единого вопроса, присылает описание проникновения через охранную иллюзию, которое будто бы более ста лет используют простые люди.
На довольно улыбающегося маршала все его офицеры глядели чуть ли не мигая. Доверие доверием, но никому не улыбалось терпеть оглушающие удары по голове.
- Выпиваешь сонное зелье из этого пузырька. Мерный стаканчик на стандартный стакан воды, - зачитал маршал, - и тебя отрубает ровно на пятнадцать минут. За это время обученная животина протаскивает тебя через иллюзию. Только проследи, чтобы не погрызла животина та, пока ты в себя приходишь. Собаки это почему-то любят.
Наступило молчание.
- У нас не собаки, - все еще улыбаясь, закончил Гаорин. - У нас тарды. Проблема решена. Те, кто должны попасть в долину, ложатся в повозку, запряженную тардом, выпивают снотворное, и в сонном виде попадают в пункт назначения
- А кто поведет тарда? - спросил кто-то из офицеров. - Если мы не успеем их обучить?
И маршал молча посмотрел Элизе в глаза.
На дороге от крепости возник стремительно скачущий всадник. И стало ясно, что выдрессировать тардов они никак не успеют. Ри Аканаярэ, прискакавший из крепости на перевале, сообщил, что маршал им срочно нужен. И не в качестве извозчика, а в качестве главнокомандующего. Данные разведки были неутешительными. С другой стороны перевала, с Содзоварской стороны, не очень-то скрываясь, подходили регулярные войска.
- Они не дадут нам перевооружить крепость на перевале, - неторопливо проговорил молодой Акаянарэ, перегнувшись через поручни седла. - В их интересах напасть как можно раньше. Завтра, скорее всего.
- Я должен поговорить с разведчиками лично, - сосредоточенно о чем-то размышляя, ответил Гаорин. - Содзоварцы что, не прикрыли войска иллюзией?
- Годзурэ сказал, что шли, не скрываясь. Иллюзией, скорее всего, прикрыта артиллерия. Давайте со мной, господин маршал в крепость. На тарде двухместное седло.
- Элиза, - Эллар Гаорин развернулся к ней. - Ты поняла? К завтрашнему дню полевой госпиталь должен быть развернут в долине.
- Я поняла.
Она вздохнула, провожая скачущего прочь тарда взглядом, и повернулась к приблизившимся докторам и солдатам санитарам. Их дело - дело докторов полевого госпиталя будет только оказать первую помощь. В основном, докторам придется удалять пули и осколки снарядов, заливать раны "армейской мазью", отлично останавливающей кровотечение и препятствующей дальнейшему воспалению. В таком виде раненые должны будут транспортироваться в Нархасский госпиталь, а там уже главный врач Икадэ с помощниками и помощницами начнет, продолжит и кончит грамотное лечение раненых.
Элиза помогала переправиться в Сарсайскую долину всем докторам, санитарам, повозкам с оборудованием, тардам, относящимся к госпиталю, до тех пор, пока все было не переправлено, и на берегу маленького тихого озера не начал разворачиваться полевой госпиталь. Люди работали слаженно, каждый знал, что ему делать. Элиза была больше им не нужна. Идеальная, отлаженная дисциплина вообще была характерна для войск Империи, несмотря на некоторые вольности, время от времени допускаемые ее первым маршалом. И в этот раз ничего нигде не застряло, все, что нужно, было переправлено из Нархасса, ничто нигде по дороге не разбилось и не разлилось.
Элиза поднялась отдохнуть на заезженный, уже серый от грязи деревянный настил и уселась наверху, на гребне, подстелив чистую рогожу. На перевал опустился тихий солнечный нежаркий вечер. Там где она сидела, ее никто не мог видеть, а она видела сразу и Сарсайскую долину и крепость на перевале. Поэтому сразу заметила скачущего к ней Гаорина, так же как и он заметил ее. Заметил, поднялся по настилу и сел рядом. Элиза сразу почувствовала его напряжение и вопросительно посмотрела в глаза своему господину маршалу. Серые глаза Эллара Гаорина потемнели от сдерживаемого волнения. Он подыскивал слова.
- А как матушка Орна узнала о том, что нам нужно преодолеть иллюзию? - спросила Элиза, чтобы разрядить напряженно повисшее молчание.
- Мы ночью просигналили в Нархасс с перевала, сообщили, что здесь будет бой и о найденной Сарсайской долине. Про охранную иллюзию, понятно, не сигналили, но они и сами поняли. Перевал с нашей стороны хожен-перехожен. Откуда взялась долина, да и еще проклятая Сарсайская? Послушай, Элиза...
- Да?
- Завтра будет бой. Как ты понимаешь, содзоварским боевым магам мы своих противопоставить не можем. С учетом всего, мы все равно содзоварцев в Сарсайскую долину не пропустим, но потери будут огромными. Прошу тебя, попроси своего Духа, чтобы завтра боевые иллюзии на наших воинов не действовали. Мы тогда будем бить не по наитию, а по наводке...
Он замолчал, потому что отстраненно молчала Элиза. Она не чувствовала рядом, за тонкой гранью реальности золотого сияния своего Хранителя.
- Мой план ведения боя не предполагает бойни для содзоварцев, если он не будут прикрыты иллюзией, - с тревогой, волнуясь, снова заговорил маршал. - Я оставил им путь для отступления... И, если они все же будут прикрыты иллюзией, мы их все равно перебьем. Слишком узок перевал с нашей стороны, чтобы они смогли его пройти... Но для этого мы все скорее всего погибнем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
