И вернулась на диванчик к книге, но нет-нет да и поглядывала в окно на тренировку Эсгала. Этот мерзавец, сам-то облаченный лишь в какой-то потрепанный серый халатик, ночной был куда шикарнее, сел в позу лотоса прямо посреди площадки, сложив пыльные босые ноги, и начал глубоко дышать, лицо приняло самоуглубленное выражение типичного буддиста. А потом воин медленно оторвался от земли, вознесся вверх и завис в воздухе метрах эдак в полутора над грешной землей.
— О блин! — невольно восхитилась Элька и скосила глаза на Гала еще больше, подавляя закономерный порыв высунуться из окна и гаркнуть что-нибудь эдакое во все горло, чтобы надменный мужик, вздумавший учить ее, как нужно одеваться, вернулся на бренную землю и поосновательнее приложился о камешки задницей, а то и физиономией! Вот только девушке показалось, что, учини она такое безобразие, Гал может и взаправду за ремнем отправиться.
Сладостные мечты о мести прервал визит Рэнда. Как всегда стукнув в дверь для проформы, вор влетел в комнату и радостно провозгласил:
— Привет! Завтракать пойдем?
— Какие вы заманчивые предложения девушке делаете, сударь, отказаться не могу, — потупив глазки, скромно согласилась Элька и уже нормальным тоном, не без удовольствия ловя усмешку в глазах Фина, продолжила: — Конечно, пойдем, сейчас оденусь, подожди.
— Валяй, — согласился Рэнд и плюхнулся в кресло.
Элька исчезла в спальне и возникла спустя десять минут в коротеньком до безобразия темно-синем топике в прозрачный крупный горошек и коротенькой, выше всяких безобразий, юбчонке с запахом. Пушистые волосы девушки свободно рассыпались по плечам.
— Здорово! — искренне высказал свое мнение Рэнд, поглаживая крыса, и восторженно присвистнул. — Клянусь пальчиками Ловкача, нравится мне твой гардеробчик!
— Мне тоже, — ухмыльнулась Элька, кокетливо покружившись, чтобы Фин рассмотрел ее получше и восхитился еще больше. — А вот Гала он почему-то не устраивает. Ну да я ему ни единой кофточки все равно не отдам! Пусть даже не просит! Только что выговаривал мне насчет приличий в одежде! Вредина!
— Ничего он не понимает в дамской одежде, — искренне заверил вор девушку, с удовольствием скользя по открытому взорам телу, и спросил: — Пошли кушать? А то Рэт уже с голоду пухнет!
— Что правда то правда, — с чистым сердцем согласилась Элька, поскольку за эту недельку крыс изрядно округлился. А как не округлишься, когда все, кроме Гала, норовили запихнуть в бедную голодную зверушку кусочек побольше да повкуснее. Особенно усердствовали Элька и сердобольная в отношении любой животинки Мири.
В столовой уже были все, кроме Гала.
— Светлого дня! — поздоровались с новоприбывшими Мири и Макс.
— Привет! — услышали в ответ.
— О, мадемуазель Элька, вы с каждым днем все восхитительнее! — пылко воскликнул мосье Лукас и, приблизившись, запечатлел на руке дамы галантный поцелуй.
— Не все сегодня с тобой согласны, — хихикнул Рэнд.
— Назовите мне имя негодяя, осмелившегося утверждать обратное, и я вызову его на дуэль! — тут же горячо заверил всех маг.
— Не советую, — глумливо заметил вор и кивнул в сторону входящего в столовую воина. — Это он сегодня разнес одеяния нашей Эльки в пух и прах.
— Но почему? — недоуменно поднял брови Лукас, благоразумно больше не поднимая вопрос о дуэли.
— О, лейтмотивом его речи было грозное: прикройся, распутница! — хихикнула девушка. — Наш воитель ничего не понимает в моде.
— Не вижу ничего смешного, — отрезал Гал, решительно проходя к своему месту за столом.
— Чего это ты сегодня такой свирепый? — недоуменно поинтересовался Рэнд, плюхаясь на свой стул и выпуская на стол Рэта. — Не выспался, что ли?
— Какой сон, мосье, полнолуние на носу! А луна здесь дивная, серебряный свет прямо в душу льет! — подхватил шутку Лукас, отодвигая стул для Мири, с интересом слушавшей эту пикировку.
— О да, хочется выть, режутся клыки, кровь бурлит, настойчиво требует сырого мяса, погони и предсмертного крика жертвы, — со смешком продолжила Элька.
Эсгал резко повернулся к девушке и, сузив безумные зеленые глаза, впился в ее лицо взглядом. Злость, боль, изумление, вопрос и какой-то неистовый огонь были в безднах темного малахита.
— Давайте есть, пока никто от голода не озверел по-настоящему, — с мягкой шутливостью предложила Мири, инстинктивно почувствовав, что время шуток кончилось, и если что-то другое придет на их место сейчас, то это «что-то» никому не понравится.
— Ага, — согласилась Элька, невольно вздрогнув. У нее почему-то мороз прошел по коже от хищного взгляда воина.
Даже когда Эсгал сердито отчитывал ее утром, он так странно не смотрел. Поспешно переведя взгляд на куда более безобидного Макса, предпринимающего уже третью попытку взять с блюда безбожно выскальзывающую из пальцев булочку в шоколаде, Элька вздохнула с облегчением — все шло своим чередом. Команда чинно принялась за еду. Можно сказать, в силу вступил обычный распорядок дня. Вот только после трапезы девушка отправилась в зал на занятия одна. Гал назначил ей упражнения и, сказав, что у него есть дела, удалился, пообещав зайти перед обедом, проконтролировать. Решив, что таким образом воин демонстрирует ей свое неудовольствие и в то же время изумившись тому, что Гал позволил себе такую демонстрацию по отношению к любимому делу, она начала тренировку в одиночестве. Есть Гал или нет, заниматься стоило не ради него, а ради себя самой, хотя скупая похвала воина, которую он изредка ронял, как кусок хлеба голодному псу с помойки, была ей ужасно приятна.
Но мысль о том, что она тут парится в спортзале одна-одинешенька, была не слишком приятна, особенно при сознании того, что остальные проводили время куда как веселее. Лукас с Рэндом забавлялись в комнате магии, и отдельные восторженные вопли вора долетали даже до зала, Мирей возилась в саду, оглаживая листочки молодых растений на своих делянках, а Макс миловался с техникой на втором этаже.
Ближе к обеду эти мысли стали совершенно невыносимы. Скорбно вздохнув, Элька отложила лук, в очередной раз со скрытым ожесточением повыдергивала из мишеней стрелы и решила побегать по парку. Тоже упражнение, а все-таки на солнышке и под открытым небом. Выбравшись из комфортабельного зала, потрусила по дорожке в сторону магической стены, и ее настроение по мере удаления от подвала начало неуклонно улучшаться. Теплый ветерок щекотал девушке шею, унося остатки недовольства. Как можно было сердиться в такой чудесный день? И, словно поощряя ее за эти мысли, мир приготовил для Эльки потрясающее зрелище.
У поворота дорожки, там, где шла магическая стена и открывался чудный вид на окрестности, потенциальная хаотическая колдунья остановилась в легкой полутени деревьев, решив устроить маленький заслуженный перерыв. Жадным до новых впечатлений взглядом Элька окинула равнину и углядела на ней среди всевозможных оттенков зелени с мелкими цветными вкраплениями цветущих зарослей какое-то желто-черное размытое пятно, с бешеной скоростью приближающееся к владениям команды. Это пятно стлалось над разнотравьем и с каждой секундой становилось все более отчетливым, пока не превратилось в великолепного гепарда, несущегося по равнине. Наверное, гепард, ведь именно так назывались желтые звери в «черную пятнышку», похожие на кошек. Огромный, холеный, он казался почти невесомым, так легок был его бег и потрясающе грациозен. Шкура отливала на солнце жидким золотом. Чувствуя себя в полной безопасности за магической оградой, Элька продолжала любоваться редкостным зрелищем, раньше она видела таких животных только по телевизору, но в реальности зверь казался еще прекраснее и был далеко не столь безобидной киской. Понемногу Элька начала различать детали: гигантский гепард держал в зубах здоровенный кусок сырого мяса, бывший когда-то по меньшей мере половиной какого-то отнюдь не мелкого копытного животного. Проходили секунды, и девушка не отрываясь, словно фанат зоологии, наблюдала за гепардом, а тот был уже почти рядом и, казалось, несся прямо на нее.
Зверь в долю секунды преодолел последние метры до невидимой преграды и со всего маху ударился об нее головой. Что-то заискрило. Грациозный прыжок прервался на середине. Гепарда в силу неумолимой инерции отбросило назад, и он кубарем покатился по траве, так и не выпустив из зубов добычи. Потом встал, отряхнулся одним плавным движением, сбрасывая с роскошной шкуры веточки и налипшие листья, и недоуменно, даже с долей возмущения, посмотрел на ограду, даже челюсти разжал, дав мясу упасть на землю.
Эта озадаченность во взоре зеленых глаз с вертикальными зрачками показалась Эльке ужасно знакомой, а в следующую секунду она уже сообразила почему. Понадеявшись, что не сошла с ума, девушка выступила из-за деревьев и заявила:
