— Это — знак вашего предназначения, — дождавшись, пока все хорошенько рассмотрят перстни, пояснил Связист. — Надевайте. Пригодится! Заклятье убедительности, наложенное на них, покажет любому, что вы именно те, за кого себя выдаете. — Посланцы Совета богов.
— А каким еще могуществом обладают сии предметы, мосье Связист? — поспешил досконально выяснить магическую подноготную талисманов Лукас перед тем, как нацепить перстень на палец.
— Я же сказал тебе, не мосьекай! — пренебрежительно фыркнул Связист, но на вопрос ответил: — Они будут переносить вас туда, куда нужно для разбора жалобы, и назад, к вашему дому. Для того чтобы перстень заработал, надо нажать на камень и четко сформулировать, где вы желаете появиться. Он и невидимым может становиться. Снять против вашего желания этот перстень так же невозможно, как вам потерять его. А если его надумает надеть кто-то другой, то запросто лишится пальца.
— Хороший способ борьбы с конкурентами и мести недоброжелателям, — рассудила Элька, надевая перстенек, и подумала, как скоро она станет похожа на смертельно опасную новогоднюю елку, если приобретение ювелирных украшений будет продолжаться такими же темпами. Ведь за первую неделю она уже успела обзавестись парой побрякушек.
Остальные тоже покорно надевали украшения. Даже Гал недовольно поджал губы, но надел перстень с изумрудом без скандала.
— Да, эти штучки еще и друг на друга настроены: чтобы перенестись к другому владельцу перстня, надо нажать на камень и заявить, с кем рядом хотите оказаться, — припомнила еще одну маленькую подробность Сила.
— Вы считаете, что мы уже готовы приступить к работе? — уточнил, предусмотрительно «не мосьекая», Лукас.
— К такой работе подготовиться невозможно, — обрадовал команду Связист, пожимая плечами, и тут же беспечно заявил: — Ничего, научитесь на собственном опыте. Учить-то вас все равно некому. Первые! Но не расстраивайтесь, я буду с вами.
— Предполагается, что это должно нас радовать? — резко спросил Гал.
— Ну конечно, — с воодушевлением подтвердил Связист, отбрасывая опустошенную бутылку. Та, не долетев до земли, куда-то пропала. — Меня Совет Сил окончательно к вашей команде приписал.
«Сдается мне, они это сделали, чтобы от тебя избавиться», — мрачно подумал воин, на сей раз предпочитая оставить свои мысли при себе.
— Мне тоже сдается, — ко всеобщему недоумению, почему-то вдруг ликующе заявила Сила. — Боятся они моей непредсказуемости!
Воин слегка вздрогнул, только сейчас до конца осознавая, что этот пьяный пройдоха — на самом деле действительно могущественная Сила, от которой ничто и нигде не способно укрыться.
— Зато это весело, — с искренним энтузиазмом продолжил Связист. — Я уже давно ничего по-настоящему любопытного в мирах не встречал, а тут такая возможность по самые уши во что-то новое вляпаться, да еще с официального разрешения Совета. Я уверен, нам с вами будет весело!
От этого заявления Гала прошиб нехороший озноб, и его подозрения относительно грядущих проблем лишь окрепли.
— Вот только, — вздохнул Связист, скорбно почесывая щеку с по крайней мере трехдневной щетиной. — Вы от меня слишком большой помощи в мирах не ждите, сами понимаете, есть ограничения, через которые даже я не попру, запреты на прямое вмешательство и так далее. Но чем смогу, постараюсь помочь.
— Значит, ты седьмой член команды? — доброжелательно улыбнулась Силе-посланнику Элька.
— Выходит, что так, хотя если углубляться в игру с омонимами, то только пятый, — как ребенок радуясь собственной фривольной шутке, от души расхохотался Связист.
«Он еще и похабник», — с тоскливой обреченностью подумал воин, все идеалистические представления которого о мудрости и возвышенности далеких, но справедливых Сил — чистых, беспристрастных энергетических сущностей, поддерживающих равновесие в мирах, сегодня дали хорошую трещину. Мири, воспитанная при лесном Храме Ирилии в духе аналогичных традиций, только изумленно моргала. Макс все принял спокойно, ибо уже дошел до той кондиции, когда человек не задумывается над философским смыслом мироздания, принимая любую, самую причудливую реальность такой, какая она есть.
— Ну если верить твоим рассуждениям о том, что все мы — частички Творца, то я, кажется, уже начинаю догадываться, от какого именно органа откололся Связист, — заявила Элька магу.
— Ха, мне нравится ход твоих мыслей, девочка, — обрадовался небритый мужик.
— За это надо выпить! — поддержал Рэнд Связиста.
— Хорошая идея, парень! — заорал тот, распугивая спящих птиц.
«Мне тоже надо выпить, — решил для себя Гал, присоединяясь к продолжающейся пирушке, для которой скатерка организовала новую батарею бутылок. — Трезвым такую реальность не вынести».
ГЛАВА 10
Сборы
Утро наступило неожиданно быстро и весьма чувствительно для тех, кто вчера злоупотребил знакомством с красным вином. Связист-то, осведомленный о подлых свойствах градусных напитков, схитрил и выкрутился, приняв форму чистой энергии. Его голова за полным ее отсутствием болеть тут же перестала. Куда хуже пришлось бедолаге Максу. Но еще случаются на свете добрые чудеса! Парень, на ощупь выползающий в коридор из своей комнаты, столкнулся с Мирей. С жалостью оглядев чуть живого, волочащегося, осторожно держась за стенку, юношу с всклокоченными волосами и опухшим лицом, эльфийка взялась за дело. Похмелье врачевать ей еще не доводилось, но благодаря большой целительской практике первый опыт прошел успешно. Через пару минут Шпильман заметно посвежел и ожил настолько, что, рассыпаясь в виноватых благодарностях спасительнице, смог отлепиться от стены и самостоятельно найти дорогу в столовую, чтобы присоединиться к обществу. Оказавшись на своем месте, Макс, поспешно отведя взгляд от батареи бутылок в баре, схватился за здоровенную бадейку кофе.
Завтрак прошел как никогда быстро — всем не терпелось взяться за обещанную работу, да и ужин на свежем воздухе был слишком сытен. Быстро покидав в рот выставленные заботливой скатертью разносолы, команда прошествовала, изо всех сил стараясь не побежать, в зал совещаний. Негодующе дернув кисточками вслед толком не поевшим торопыгам, скатерть одним махом убрала со стола недоеденные яства.
И вот уже шестеро в облике телесном и седьмой в виде чистой энергии собрались вокруг стола, в центре которого торжественно, словно святая книга на алтаре, возлежала огромная, весьма пухлая папка с массивными железными застежками. На ее плотной зловеще черной коже была выдавлена эмблема Совета богов, отливающая серебром.
Лукас одним мановением руки, — как всегда, жест был немножко театрален и представлял на всеобщее обозрение изящную кисть в манжете из переливающихся золотом и зеленью нитей, — перенес к себе папку. Воспользовавшись преимуществом телекинеза, маг мигом разрешил так и не успевшую начаться дискуссию о том, кто будет читать документы.
Рэнд и Элька с ухмылками переглянулись, оценивая ловкий ход, Гал лишь слегка дернул уголком рта, но промолчал. Максу и Мири было абсолютно все равно, кто именно первым возьмет в руки папку, лишь бы открыл поскорее.
Щелкнув замками, маг торжественно раскрыл папку, и взорам собравшихся предстала толстая кипа разномастных листков: жалоб, обращений, петиций, ходатайств и заявлений, словом, всего того, что миры обрушивали на Совет богов в тщетной надежде на ответ и помощь. Прежде тщетной.
— Это вам на первое время, еле запихнул все, что дали. По дороге к Силам Случая и Судьбы заглянул, попросил бумажки перетасовать своей волей, чтоб правильно они легли и вы по сужденному порядку их смотрели. А с этим разберетесь, я еще принесу, там много осталось, — обрадовал команду Связист.
— Да, сдается мне, простоя в работе не будет, хорошо хоть в контракте выходные указаны в каждой девятидневке, — оценив объем папки, хмыкнула Элька, не слишком понимая теорию перетасовки документов, выдвинутую Связистом, но отлично усвоив, что бумажек этих были, есть и будут агромадные кучи. Впрочем, философский закон бесконечности потока кляуз девушка постигла еще в своем мире, и ничего нового Сила-посланник ей не открыл.
Лукас аккуратно вытащил первую пачку листов плотной бумаги в каких-то зеленых разводах, одновременно обращаясь к собравшимся:
— Раз все уже рассортировано до нас, не будем перечить Силам Судьбы и, думаю, начнем с первого документа?
— Читай, читай. Четко и с выражением. А если к концу петиции у нас не хлынут слезы, отберем бумажку и прочтем еще раз сами, — фыркнул Рэнд, развалившись в кресле и всем своим видом являя глубочайшую готовность к прослушиванию.
Торжественность момента, не испохабленная даже Связистом, была безвозвратно испорчена, и Лукас, отвесив шутовской полупоклон, принялся читать. Перстень-переводчик без проблем справлялся с заковыристым документом, а вот у слушателей и самого чтеца уши начали сворачиваться в трубочки еще на первой странице депеши.
