полу. Тем не менее напивался до безобразия.
«Слюна стекала по шнурку его пенсне и капала на жилет», – пишет биограф Анри Перрюшо. А однажды Тулуз-Лотрек устроил скандал таможенникам, которые запрещали ему ввезти в Париж ящик можжевеловой водки и ящик бельгийского пива. Ну тут я могу понять художника.
Во дворе парижского кабаре «Мулен Руж» стоял слон. Гигантский и жуткий. На некоторых фотографиях до сих пор можно его увидеть, фотографии эти отдают хоррором. На самом деле внутри слона располагался зал для отдыха, винтовая лестница внутри «животного» вела в помещение, где на сцене плясали канкан.
В какой-то момент изможденному Тулуз-Лотреку показалось, что слон идет за ним по пятам. Видел он и других чудовищ, развилась паранойя. 1 марта 1899 года одному из друзей художника пришло письмо: «Тебе будет грустно узнать, что вчера Тулуз-Лотрека посадили в сумасшедший дом». По одной версии, на улице у Анри обострилась мания преследования и кто-то вызвал санитаров, по другой – санитары сами отыскали беднягу по просьбе матери.
После возвращения из психушки художник продолжил пить, как ни в чем не бывало. В 36 лет Анри разбил паралич.
Его увезли в родовой замок, где он и умер. Да, главный художник парижского дна был чистокровным аристократом и наследником богатого рода. Вот такой парадокс.
В 1887 году Тулуз-Лотрек написал портрет Ван Гога, своего старшего товарища, с которым познакомился в мастерской Кормона.
Цвета и техника (техника раздельного штриха) – совершенно вангоговские. Понятно, что это такой дружеский жест и сознательная пародия. Ван Гог здесь сосредоточенный и напряженный. Я видел много работ этого художника, читал биографии и письма, и все это для меня никак не складывается в одного человека. Мне Ван Гог кажется каким-то магическим животным, обычный человек такого бы не выдержал.
«Единственное, что может меня взбодрить или расслабить, – тяжелый алкоголь и постоянное курение», – говорил про себя Винсент Ван Гог. Художник и абсент ходили парой, редко когда расставались, а учитывая природную странность художника и наследственную склонность к психическим заболеваниям, родство это было особо опасным.
В 27 лет Ван Гог начинает заниматься живописью и пить. Через десять лет он умрет после попытки самоубийства. Между этим – 850 картин, 1300 рисунков и бесконечные литры абсента.
По Монмартру он ходил в отрепьях и всячески чудил: продавал старьевщикам картины как «холсты, бывшие в употреблении», вместо палитры использовал обломок пивного ящика. Даже местная богема к таким странностям не привыкла. Жил на деньги младшего брата Тео, писал ему бесконечные письма:
«Я позавтракал куском сухого хлеба и стаканом пива. Это средство Диккенс рекомендует всем покушающимся на самоубийство как верный способ отказаться от своего намерения».
Не пил Ван Гог только тогда, когда на алкоголь не было денег, но охотнее отказывался от еды, нежели от абсента.
Когда Винсент жил в Арле, местные подписали петицию, чтобы странного художника выгнали куда подальше. Их тоже можно понять. Например, Ван Гог запустил стаканом в голову Гогену, приехавшему в Арль организовывать совместную мастерскую. Гогена же он чуть не зарезал бритвой. Про ухо вы и без меня знаете. И все это в непрекращающемся угаре, в алкогольной испарине, в эфирных маслах полыни.
Есть версия, что вангоговский желтый цвет – последствия постоянного употребления. Мол, попейте столько же и начнете видеть мир в желто-зеленых тонах. Но ученые говорят, что версия эта сомнительна, а уникальное цветовосприятие – либо после таблеток от эпилепсии, либо от гениальности.
Сам Ван Гог писал:
«Желтый цвет – высшая просветленность любви. Солнце и свет, по счастью, можно выразить при помощи желтого, бледного желто-зеленого, лимонного и золотого. Как прекрасен желтый цвет!»
В 2001 году ученые доказали, что туйон, содержащийся в абсенте, никак не влияет на сознание человека даже в больших количествах. Максимум – судороги. В 1905 году швейцарский фермер Джин Ландфрэй, выпив несколько бокалов абсента, застрелил всю свою семью.
Народ вышел с граблями и вилами требовать запрета производства этого декадентского зелья. Сначала абсент запретили в Швейцарии, потом – повсеместно. На сто лет улетела зеленая фея. «Любительница абсента» машет тебе костлявой рукой. Прощай.
Изначально картина, написанная Пабло Пикассо в 1901 году, называлась просто «Аперитив», ни о какой любви тут и речи не было. Вообще тема одинокой женщины со стаканом горячительного этим художником раскрыта. Одних «Любительниц» с десяток. Но нам милее, конечно, та, что хранится в Эрмитаже.
Некрасивая, в принципе, женщина сидит в углу. Держит рукой тяжелую голову. Другой рукой – как бы себя саму обнимает. В зеркале отражаются желтый свет и синие силуэты (танцующих?) людей. И скучно ей, и грустно.
Такая картина женского алкоголизма, если говорить грубо.
Но не грустите, женщина, и вам найдется пара. Где-то там, может, даже в соседнем кафе, сидит «Любитель абсента». Вот он – Анхель Фернандес де Сото. Вы только посмотрите, какой щеголь. Весь в эстетике голубого периода, с длинными пальцами, трубкой и стаканом абсента.
С Анхелем де Сото Пикассо познакомился в 1899 году в барселонском кафе «4 кота», где любила собираться местная богема. Анхель был обычным клерком в компании, торговавшей специями. То есть нет, Анхель был не обычным клерком, ему очень хотелось жить высоко и буйно. Такой у него был богемный нарыв, не дававший покоя. Как у меня. И у Анхеля получилось. Бедный, но всегда хорошо одетый, он стал другом всем художникам и поэтам, а с Пикассо даже носил одни перчатки на двоих. Так они весело кутили, курили и напивались абсентом. Художник написал несколько портретов Анхеля, и дружили они до самой смерти «любителя абсента», которого убили в 1938 году во время гражданской войны в Испании.
Вообще странно, что никто не говорил о том, что фермер, убивший всю свою семью, перед абсентом выпил несколько рюмок коньяку и два литра вина. Почему все так набросились на несчастный абсент, в то время как опиум стоил дешевле джина, наркотическим парейгориком лечили диарею, а первая кока-кола содержала экстракт коки. Почему именно полынный дистиллят сделали символом порока, зла и падения? Возможно, все дело в ритуале. Ведь абсент – это не водка, его просто так не вылакаешь. Там есть нюансы: если смешать с белым вином, получится «полночный абсент» – так можно как бы подчеркнуть свою утонченность, а вот если смешать с красным – то вы, значит, грустите и пытаетесь залить горе. Опять же «Землетрясение» – виски с абсентом – так можно показать, что вы сорвиголова.
