расследование с самого начала. Нужен человек, который работал в правоохранительной системе, причем на земле. Вы подходите.
— А второй?
— Второй в том, что по моим предположениям вас попытаются убить. Но судя по книгам, это для вас не впервой. Кстати, в книгах, которые вы пишете, особенно в первой — сколько правды? Я так и думал.
— Кто попытается меня убить?
— Этого я сказать не могу, пока вы не продадите мне душу.
— Дорого?
— Я могу вам предложить шестьдесят четыре тысячи в год до налогов. Плюс полная бесплатная медицинская страховка государственного служащего. Включая стоматолога. И бесплатный проезд по платным дорогам. Но вы отработаете эти деньги до последнего пенса.
США, Арканзас. 24 марта 2023 года
То, что будет что-то подобное, я подозревал — с большой долей вероятности. Просто так никто не раздувает из мухи слона. По американскому законодательству что Минюст, что генеральный атторней штата, что окружной прокурор — имеет право отказаться от предъявления любых обвинений без объяснения причин. Точно так же они имеют право и снова предъявить их через какое-то время. В моем деле — не было даже большого жюри, потому прокуратура просто издала предписание, и меня выпустили из тюрьмы.
Зачем я согласился?
Я и сам не знаю, спросите что-то полегче. Когда ты владеешь оружием, ты подсознательно хочешь попасть в такую ситуацию, как например Док Холлидей[29] у ОК Коралл. Когда ты можешь и имеешь право стрелять не по бумажным мишеням и не по глупым зверям. Кстати, никогда не любил трофейную охоту, по моему мнению, убийство зверя оправдано, только, если ты хочешь есть. Убивать же ради шкуры или рогов… А человек — другое дело.
— Постоянной связи не будет, имей в виду
Я сидел в своем доме, изучал материалы, переданные мне «с возвратом». Человек передавший мне материалы, мой куратор, представившийся как Николс — сидел напротив на диване и пил мятный джулеп. Жарко…
— Вас будет двое. Ваша легенда максимально похожа на правду — вам поручили выяснить подробности некоторых дел, задать пару вопросов на местности. Формально главной будет она, на самом деле — вы. Она — журналист, вы — ее водитель и гарант безопасности. Но строго легенды можете не придерживаться.
— Кто она?
— Вы познакомитесь. Речь о вас. Вам надо проверить ряд уголовных дел, по которым были вынесены смертные приговоры.
Я иронически поднял брови.
— Да, да. Пока что они не исполнены. Но рано или поздно придет и их черед свидания с палачом.
— Вы считаете, что осужденные невиновны?
— Это вам надо будет проверить. Поговорите с родственниками осужденных, встретьтесь с адвокатами.
Смертная казнь…
В США это прерогатива штатов, хотя есть и федеральная смертная казнь. Список преступлений, по которым может быть вынесен смертный приговор — очень широк. Хотя более трети штатов не имеют смертной казни, еще в некоторых она фактически не применяется. Лидер по количеству смертных приговоров — Техас.
Особенностью США является очень долгая процедура — порой между приговором и исполнением проходит по двадцать, даже по тридцать лет. Это какая-то гарантия от несправедливого суда, хотя и призрачная. По вопросу смертной казни общество сильно расколото. Количество сторонников смертной казни сильно отличается по штатам, хотя в целом они пока доминируют. В некоторых штатах смертная казнь или вовсе запрещена, или не применяется — например на Аляске последняя экзекуция была в пятидесятые годы прошлого века. Особенно много сторонников — на юге, не знаю почему. Чем более религиозное население, тем более оно поддерживает принцип «око за око».
Кстати США — это страна Ветхого завета, не Нового. Этим она отличается и от России и от большей части Европы. Воздаяние тут важнее милосердия.
Существует куча фондов и организаций, борющихся против смертной казни. Так что вариантов прикрытия полно. Почему журналистское?
— Что потом?
— В смысле? Вы напишете отчет, ваш напарник — статью?
— Она — из ваших?
— Нет, как и вы — привлеченная.
Я просматривал материалы.
— Что привлекло вас в этих делах?
— Если кратко — количество. Это округ с самым большим количеством смертных казней в США. В четыре раза превосходит следующий за ним округ Техаса.
Хм…
— Я вижу, это материалы расследования?
— Минюст вел его в 2015 году.
— Что с ним случилось?
— В 2017 году финансирование прервали, группу расформировали.
Ясно — победил Трамп.
— Вот мой аккаунт в соцсетях. Можете писать туда.
— Могу или должен?
— Вам дается свобода. Но мы не сможем помочь, если не будем знать ситуацию.
Ясно.
— Оружие?
— Служебное вам не полагается. Но вот разрешение.
И на том спасибо.
…
Когда Николс ушел, я зашел в Интернет. Получаса хватило, чтобы понять предысторию этого дела. Прокурором в этом округе был некто Ла Бонт, он пришел в округ и за четыре года снизил преступность вчетверо. Это помогло ему стать губернатором.
Свою программу он изложил уже тогда — максимально суровые наказания и смертная казнь при любой возможности. В этих краях любят жестких прокуроров, и Ла Бонт был именно таким. Он добился того, что преступники свалили из его округа туда, где потише.
Достав два пистолета — Глок-47 и Глок-31[30] я раскидал их и начал чистить, размышляя о Ла Бонте и том, что он сделал.
В США борьба с преступностью является в основном результатом местных усилий и преступники очень мобильны. В свое время на борьбе с преступностью поднялся прокурор Джулиани, его, кстати, считали серым кардиналом Трампа. Именно он ввел принцип «разбитых окон» говорящий о том, что если наказать за мелкое преступление, продемонстрировав неотвратимость закона, то человек с большей долей вероятности не совершит тяжкое. Он превратил Нью-Йорк из одного из самых опасных городов США — в один из самых безопасных.
Но преступность сама по себе не исчезла. Она просто переместилась из Нью-Йорка в многочисленные мелкие городки вокруг — из тех, где потеряно градообразующее предприятие и у населения порой нет денег даже на шерифа. То есть там полиции нет вообще — федералы вмешиваются, когда совершено преступление по их юрисдикции, но улицы никто не патрулирует, никто не следит за порядком. В США тоже умирает провинция, причем она умирает страшнее, чем в России. Есть приметы для таких городков — много заброшенной недвижимости, полно полуразобранных тачек, нет нормальной торговли — но полно мест, где можно обналичить продуктовые талоны. Живут там только те, у кого нет денег уехать — или кто доживает свой век. Ну и преступники. В таких городках обычно варят мет — метамфетамин. Дом там
