двое: директор Столичной Школы Магии Вячеслав Троицкий, по совместительству любящий крёстный, и невзрачный, неприметный человек. Этот человек был весь какой-то усредненный: среднего роста, русоволосый, с простыми незапоминающимися чертами лица. Я сосредоточился, разглядывая его. Ничего себе, этот тип не был магом. Во всяком случае, я не увидел в нём ни одного проблеска нитей дара. Троицкий тем временем наклонился и что-то негромко ему сказал, на что мужчина в ответ только рукой махнул.
— Ты не знаешь, случайно, кто это? — спросил я у Егора, кивнув на эту невзрачную личность.
Он покачал головой и так побледнел, что даже его веснушки потухли.
— А спросил бы меня, я бы ответил, — прошептал с другой стороны Роман. — Это начальник Государственной Службы Безопасности. Встречался с ним прошлым летом. Очень интересный человек. И не смотри, что он не маг. Он точно сможет удивить.
— Ты меня совершенно не успокоил, — буркнул я, глядя на Егора, который слышал всё, что говорил мне Гаранин. Егор перевёл на меня испуганный взгляд и глубоко вздохнул.
— Внимание, учащиеся! — разнёсся по залу голос Троицкого, и мгновенно наступила тишина. — Поздравляю всех с окончанием очередного года обучения. К счастью, в этом году все справились с экзаменами, и никто не остался на второй год. — Он на некоторое время замолчал, обводя взглядом собравшихся студентов, остановив его на мне и усмехнулся. — Ну а сейчас приступим к тому, зачем мы, собственно, здесь собрались. Хочу сразу сказать об изменениях в правилах прохождения практики, произошедших совсем недавно. Студенты выпускного курса от обязательной летней практики освобождены.
— О, это хорошо, — пробормотал Лео. — Наверное.
— Я бы на твоём месте требовал вернуть прежние условия, — проговорил Роман, обращаясь к другу. — У вас с Крис когда свадьба? Считай, что ты приблизил свои предсвадебные муки на один месяц.
— Иногда ты просто невыносим, — поморщился Лео. — Но ты не переживай, на свадьбе станешь почетным гостем и большую часть обязанностей я свалю на тебя, как на друга жениха.
— Ты не посмеешь…
— Я? Ещё как посмею. Зато проведёшь последний месяц каникул у меня в поместье, — самодовольно закончил Лео.
— Тишина. Последние приготовления закончены. Начинаем жеребьёвку. — Вновь разнесся по залу голос Троицкого. — Первыми идут первокурсники. Прошу соблюдать полную тишину до окончания жеребьёвки. Правила, озвученные один раз, больше повторяться не будут. Ещё раз напоминаю: применение артефактов, использование магии, и всего, что может напрямую или опосредованно влиять на исход жеребьевки, приведёт к наказанию. Какому именно наказанию, буду решать не я. Всем всё понятно? — Директор обвел зал напряжённым взглядом. Ответом ему была полнейшая тишина. — Итак, первая тройка, — крёстный сунул руку в коробку с бумажками, вытащил одну, развернул и громко произнёс: — Евгений Васильевич Смирнов. Прошу вас подняться к нам.
Побледневший дружок Полянского на негнущихся ногах кое-как добрел до сцены. Он встал между крестным и начальником Службы Безопасности, испуганно глядя прямо перед собой.
— Компанию ему составит Ольга Владимировна Конева, — девушка со Второго факультета присоединилась к Смирнову. Она выглядела более уверенно.
— И третьим в вашей тройке станет Глеб Максимович Душицын, — прочитав имя на бумажке, которую только что вытащил, Троицкий пригласил студента на сцену. Судя по всему, Душицын был явно недоволен результатами жеребьёвки. Ну ещё бы, целый месяц находиться рядом с теми, кого он не скрывая презирал.
— Надеюсь, ваша тройка придёт к взаимопониманию, — негромко произнёс начальник Службы Безопасности, которого нам официально так и не представили. — Помните, что до конца вашего обучения вы становитесь практически неразлучны. Кроме того, после окончания практики, многие задания непосредственно на занятиях на протяжении всего вашего обучения вплоть до выпуска будут сформированы так, чтобы задействовать силы именно тройки. Это касается всех студентов, а не только вас. Возле выхода из зала вас встретит мой помощник и разъяснит все детали предстоящей практики. Удачи. — Он улыбнулся и пожав всем троим руки, потерял к ним какой-либо интерес, переключив всё внимание на Троицкого.
Подождав, когда первая тройка скроется за массивными дверьми, директор поднял руку, призывая к тишине.
— Следующая тройка. — Он достал бумажку и, развернув её, громко огласил выпавшее имя: — Ванда Вишневецкая.
Однофакультетчица Егора, та самая со странным именем, которую натаскивал Ромка на пятёрку по ботанике, поднялась на сцену и встала рядом с Троицким. Она была такая же невзрачная, как и начальник Службы Безопасности: маленькая, немного склонная к полноте, сероглазая с тёмно-русыми волосами, завивающимися в плотные кудряшки, и вздернутым носиком на невыразительном личике.
— Почему у неё отчества нет? — спросил я тихо себе под нос, но меня всё равно услышали.
— Потому что она полька, — фыркнул Лео. — У поляков нет ни отчества, ни совести.
— Ты слишком предвзято к ним относишься, — расслабленно проговорил Рома, глядя на сцену, не отрывая пристального взгляда от Ванды. — Что они тебе такого сделали?
— Национализировали завод, который более ста лет принадлежал моему Роду. Так что да, я к полякам отношусь несколько предвзято, — поморщился Демидов.
— Не все они плохие, — пожал плечами Гаранин и замолчал, потому что Троицкий вытащил очередную бумажку.
— Дмитрий Александрович Наумов! Дмитрий, выйдите, пожалуйста, на сцену.
Я довольно уверенно прошёл по показавшемуся мне очень длинному коридору между рядами кресел. Поднявшись на сцену, я встал возле невзрачного мужика, не глядя на Ванду, с которой мне предстояло проходить практику. Думать о том, что будет дальше и как будет выглядеть наша учёба, мне сейчас не хотелось.
— Компанию Дмитрию Александровичу и Ванде составит, — Троицкий улыбнулся мне и, незаметно подмигнув, вытащил очередную бумажку, — Егор Викторович Дубов!
Я едва не бросился к крёстному, чтобы его расцеловать. Не знаю, как остальная жеребьёвка, но вот этот результат был явно подтасован. Егор поднялся на сцену. Он слабо улыбался и уже не выглядел таким бледным, каким был пару минут назад.
— Ваша тройка сформирована, — кивнул начальник Службы Безопасности, имени которого мы до сих пор не знали, внимательно разглядывая при этом именно меня. Потом махнул рукой в сторону выхода, показывая тем самым, чтобы мы не тормозили и сваливали из зала как можно быстрее.
Выйдя в коридор, мы с Егором синхронно выдохнули.
— Повезло, так повезло, — улыбнулся он, искоса бросая взгляд на притихшую девушку.
— Здравствуйте, — к нам подошёл
