уж получилось, что до встречи с будущим — хотя теперь уже бывшим — мужем я на свидания не ходила. Удивительно, но так бывает даже в двадцать лет. Никто меня не приглашал, а я сама в основном училась, а не где-то тусила, поэтому до Стаса опыта у меня не имелось. И да, я знала, что вроде как полагается не целоваться на первом свидании, да и потом тоже желательно мариновать молодого человека подольше, но… У меня не получилось.
Я действительно очень сильно влюбилась. Мама, когда я рассказала ей об этом, уверяла меня, что так и должно было быть — слишком уж долго я жила без влюблённостей, а для девушек моего возраста подобное даже ненормально. Ну… что есть, то есть. Вот я и провалилась в чувство к Стасу, как в омут. И когда однажды утром он, зацеловав меня до потери пульса, предложил, вместо того чтобы сидеть на парах, отправиться к нему домой, пока его мама на работе, я согласилась.
Помню, что Стас в этот момент посмотрел на меня каким-то долгим взглядом и серьёзно спросил:
— Ты уверена? Мы же с тобой там не чай пить будем… Точнее, не только…
— Уверена, — закивала я. Я не сомневалась ни секунды. Мне даже в голову не приходила банальная мысль: а вдруг Стас меня попользует и бросит? Точнее, приходила, но надолго она не задерживалась, растворялась в эйфории и влюблённости. Я жила здесь и сейчас, абсолютно не думая о каком-то далёком завтра. И, в отличие от той же Наташки Таракановой, не остерегалась подвоха. Мне и тогда, и сейчас казалась невероятной мысль, что Стас мог меня обманывать. Зачем? Я не видела в этом смысла. Ну серьёзно, он ведь действительно мог заполучить любую девушку, даже не напрягаясь. Обманывать меня ему было ни к чему.
Кроме того, я не исключаю, что, даже если бы я вдруг узнала, что Стас на самом деле со мной неискренен, всё равно не стала бы отказываться от возможности с ним переспать. Мне банально было любопытно, как и многим в этом возрасте, что же такое секс. Прочитанные книги и просмотренные фильмы — это одно, но ведь жизнь — совсем другое…
Не могу сказать, что первый раз меня впечатлил. Поначалу было приятно, потом уже не очень — стандартная реакция. Стас, правда, с улыбкой пообещал, что после всё станет иначе, — и сдержал слово. Через пару дней я и думать забыла о своём первом опыте, погрузившись в чувственность второго, третьего и так далее опытов.
С Артуром всё было совсем иначе. Когда я давала ему свой телефон, во мне не было никаких чувств к нему — ну, кроме банального восхищения внешними данными. И позже, когда я согласилась поехать к нему домой после первого свидания, — тоже. Хотя с Артуром мне было хорошо и интересно, он мне действительно понравился. И всё время, пока мы сидели в кафе, а потом гуляли, я думала: быть или не быть? То есть пригласит к себе или не пригласит? И поехать или не поехать, будучи приличной девочкой? Но со дня развода на тот момент прошло уже больше двух лет, и мне банально был нужен мужчина, поэтому я решила плюнуть на моральные принципы.
И если, встречаясь со Стасом, я почти летала от собственных чувств — у меня будто крылья выросли, — то с Артуром я скорее ощущала себя человеком, который после долгой прогулки на морозе сначала хорошо и вкусно поел, а потом отогрелся у камина. Это были чувства совсем другого рода — любовь к Стасу в моей голове ассоциировалась с чем-то небесным, тогда как привязанность к Артуру была абсолютно земной.
Может, ещё и поэтому я искренне считала, что когда-то любила Стаса (теперь уже нет), а вот к Артуру чувствую лишь симпатию. Ну и, конечно, влечение. Он дико привлекал меня физически, я впадала в транс от одного только его запаха. Я, никогда не любившая оральные ласки, готова была Артура всего облизать, только бы быть ближе к нему, попробовать его на вкус. И мне казалось, что он ощущает примерно то же самое — по крайней мере, набрасывался на меня он с той же жадностью, что и я на него.
Однако я не обольщалась. Я отлично помнила, что и Стаса я когда-то очень хотела, но после многих лет отношений острота физического влечения ушла в прошлое. Особенно ярко это ощущалось после родов — я, в то время катастрофически недосыпая, вообще была не способна хотеть что-то ещё, кроме дополнительных часов сна и покоя. Потом это прошло, но… прежние вспышки влечения так и не вернулись.
Мне казалось, что это нормально. Да и вообще то, что я уже не настолько дурела от близости Стаса, как в двадцать лет, не мешало мне любить его, ждать с работы, ухаживать за ним. Я и помыслить не могла, что мы разведёмся.
В общем, я думала, что и с Артуром всё со временем перейдёт на тот же уровень — через год-два, например. Но пока не перешло, и я искренне наслаждалась каждой встречей с ним, каждой нашей близостью. Мы уже несколько месяцев как отказались от презервативов — я пила таблетки, — поэтому ощущения были удивительно насыщенными. И насыщенность эта не проходила.
Я никому не говорила об этом, но… Да, я «переболела» Стасом ещё до встречи с Артуром, однако окончательную точку в моей любви к бывшему мужу поставил именно он. Я не очень хорошо понимала, как это работает, особенно если учесть тот факт, что Артура я не любила… И тем не менее.
Он будто закрыл дверь в мою прошлую жизнь, навесил на неё замок и сказал: «Хватит уже терзаться. Пойдём дальше».
Мне совсем не хотелось расставаться с ним, однако я уже начинала чувствовать: скорее всего, в ближайшее время это придётся сделать.
Не из-за Стаса. Из-за Ники.
38
Катя
После школы дочка обычно оставалась одна до моего прихода с работы. Не всегда — несколько раз в неделю с ней была то моя мама, то Галина Ивановна, — но сегодня был как раз тот день, когда Ника проводила время в одиночестве. Гулять ей было запрещено, поэтому она делала уроки, читала книжки, смотрела фильмы или рисовала. Слава богу, занимать себя Ника умела и в эти несколько часов, что проходили до моего возвращения с работы, не скучала.
Правда, сегодня дочь превзошла мои ожидания, решив, что разогреть матери на ужин приготовленный пару
