миль, и отряду пришлось переходить вброд бурные воды Реки Сперхи. Зоркие воины выследили в отдалении группу путников, у распутья в самом сердце долины. К тому времени, как леонины достигли развилки, солнце уже опустилось к горизонту. Подойдя ближе, они увидели, что большинство людей были уже мертвы, их трупы были разбросаны вдоль дороги.
На развилке был сооружен какой-то грубый алтарь, но сейчас он был уничтожен, а его камни были испещрены коническими выбоинами. Растерзанная плоть на трупах была частично съедена какими-то животными, а земля вокруг была покрыта отпечатками лап. Не нужен был оракул, чтобы увидеть звезды Никса в оставленных звериных следах. Рожденные в Никсе оставляли признаки своего присутствия в назидание всем смертным.
Одинокий силуэт стоял на коленях посреди дороги. На нем были порванные одежды священника Гелиода.
Бримаз рукой подозвал Аджани и Элспет к себе, пока остальные воины оставались вдали, сохраняя дистанцию. Элспет, натянув темный капюшон, дабы спрятать лицо, шла за спинами двух леонинов. Подойдя ближе, она узнала человека, стоящего на коленях посреди кровавой бойни. Его имя было Стелан, и он был одним из друзей Дакса при храме Гелиода в Мелетиде. Услышав их приближение, он медленно повернул голову, и все трое увидели, что его глаза были поражены каким-то мистическим образом. Он был слеп, а из глазниц вытекал туман, подобный струйкам черного дыма, сочащимся из щелей старой кузницы. Стелан обеими руками сжимал керамический кувшин, словно это было единственное, что могло спасти его жизнь.
- Кто здесь? – выкрикнул он.
- Мы такие же путешественники, как и ты, - ответил Бримаз. – Мы в ужасе от того, что здесь произошло. Кто это сделал?
- Гелиод отвернулся от нас, - сказал мужчина. – Бог Солнца бросил нас.
Аджани подошел и опустился на колени рядом с выжившим священником. – Я лекарь, - сказал он. – Позволь мне помочь тебе.
Мужчина замахал в воздухе окровавленными руками, словно отгоняя от себя Аджани. – Нет, оставьте меня. Такова моя судьба.
- Почему ты считаешь, что это твоя судьба? – спросил Аджани. Эго голос утешительно рокотал в груди.
- Гелиод объединились с Нилеей, - сказал Стелан. – Они намерены уничтожить любого, кто когда-то любил их. Я бы священником при храме Бога Солнца, и мы были вынуждены бежать, спасая жизни.
- В каком сейчас состоянии Мелетида? – спросил Бримаз.
Мужчина издал удушливый звук. – Эфара защитила полис от полного уничтожения, но она не намеревалась спасать служителей Гелиода. Для нее, это была хорошая возможность избавиться от заблудших детей разгневанного бога.
- Есть ли у тебя другие новости о пантеоне? – спросил Аджани. Стелан, словно распадался у них на глазах. Во рту у него пересохло, и ему все сложнее было формулировать слова.
- Могий и Ирой бьются в самых дальних уголках Никса, и со времен вознесения сатира, их видно не было, - прошептал Стелан. – О Фарике и Фенаксе ничего неизвестно.
- Могу ли я принести тебе воды, брат? - спросил Аджани. – Твой сосуд пуст?
Стелан прижал керамический кувшин к груди. Крылатый конь Гелиода был нарисован краской на его вытянутом горлышке, а вокруг основания были выведены слова его учения. ЧТО ЕСТЬ, ТО ЕСТЬ, И ВСЕГДА ИМ БУДЕТ.
- Нет, у меня ест все, что мне нужно, - сказал Стелан.
- Кто ослепил тебя? – спросил Аджани. – Гелиод?
- Когда он зачистил свой храм, он обвинил нас в содействии убийце, Элспет, и ее любовнику, сатиру, - сказал Стелан. Элспет закрыла рот ладонью, чтобы удержаться от возражений. – Он ослепил меня, когда мы выбежали из ворот города. Когда мы приблизились к лесу, нас выследили слуги Нилеи. Поэтому мы повернули в сторону Ореска, надеясь, что сможем умолить леонинов о помощи. Но ее животные перехватили нас, и разорвали моих друзей, но оставили меня в живых.
- Почему, по-твоему, они не тронули тебя? – мягко спросил Аджани.
Стелан отвернулся, уставившись слепыми глазами в горизонт. – Вероятно, чтобы рассказать все это вам, кем бы вы ни были, - сказал он. – Они не остановятся, пока не отберут меч у Элспет,Изменницы.
- Прошу тебя, позволь нам тебе помочь, - сказал Аджани. – Ты мог бы отправиться в путь с нами. Мы ищем армию людей и кентавров, чтобы помочь им в их борьбе. Гелиод заблуждается. Возможно, есть способ все исправить.
Стелан покачал головой. – Нет, я должен принять свою судьбу. Оставьте меня здесь. Дайте покончить с этим по-своему.
- Позволь нам, хотя бы, похоронить твоих погибших товарищей, - сказал Бримаз.
- Оставьте нас в назидание другим, - сказал Стелан. – Боги бросили нас.
Аджани встал, и Бримаз дал своим воинам сигнал обойти распутье и продолжать путь в сторону Врат. Даже после того, как они оставили слепого священника позади, Элспет все время оборачивалась в его сторону. Наконец, Стелан поднес свой кувшин к губам и выпил из него. Затем, он рухнул на землю и больше не шевелился.
- Паслен, - сказал Аджани Элспет, когда мрачная сцена растворилась в тумане за их спинами. Бримаз мрачно кивнул. – Эреб предложил ему его чашу смирения, и он не нашел другого пути, кроме как испить из нее. Люди льнут к судьбе, хотя должны, напротив, принимать неизвестное.
* * *
Воины Бримаза вошли в длинные тени Кипарисовых Врат. Солнце уже скрывалось за горными вершинами, и температура воздуха быстро снижалась. Первые проблески Никса начали проясняться на темнеющем небосводе, в котором все еще доминировало кольцо кромешной тьмы. Впервые со времени вознесения Ксенага, Элспет смогла разглядеть среди звезд тусклые силуэты животных. Они пребывали в постоянном движении, словно разбегаясь от черного кольца Ксенага. Божественных образов не было, и в большинстве своем, небеса были заполнены лишь массой астральных облаков и хаотичных точек света.
Кипарисовые Врата обрамляли проход в скалистой гряде гор. Самая высокая точка гряды была выше семи тысяч футов, но она была дальше, к северу. Сами Врата были по пятьсот футов в высоту.
В сгущающихся сумерках леонины шли молча. Уши Аджани то и дело подергивались, в попытках распознать любой звук, который мог бы выдать вражескую засаду. Они вошли в узкое горлышко между горами, где скалы по обе стороны осыпались, образуя провалы – сводчатые туннели, уходящие глубоко в недра гор. Отряд зашел уже далеко, когда мелкий щебень зашуршал по горному склону.
- Засада, - выкрикнул Бримаз.
В тот же миг, леонины образовали
