и которые могли просто оказать вооруженное сопротивление императорским войскам.
Михаил Ведешкин, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ИВИ РАН
Кроме того, епископ Александрии фактически контролировал поставку зерна в столицу. Не зря Египет называли «житницей империи». Конфликт мог привести к голодному бунту в Константинополе. Наконец, сторонники александрийского епископа составляли сильную партию при дворе.
Сохранился список благословений, которые рассылал Кирилл константинопольским чиновникам. Благословления часто включали несколько фунтов золота, драгоценные ткани и тому подобное. То есть помимо доброго напутствия от судьи вселенной – так начинают именовать себя александрийские архиереи – были некоторые материальные вознаграждения.
Михаил Ведешкин, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ИВИ РАН
Так что в конце концов Феодосию пришлось утвердить именно те результаты Эфесского Собора, которые были приняты на собрании под руководством Кирилла Александрийского, но и на этом споры не улеглись, ведь александрийский и антиохийский патриархи так и не сняли взаимных анафем. Александрийцы по-прежнему обвиняли Кирилла Александрийского в ереси Аполлинария, и эти обвинения имели под собой серьезное основание, а вот почему – это настоящая детективная история.
Согласно учению Аполлинария, которое восходило к античным представлениям об антропологии, человек состоит из трех частей – это тело, ум (нус) и душа (психе). Аполлинарий считал, что человеческий ум был в теле Христа заменен божественный Логосом.
Михаил Ведешкин, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ИВИ РАН
Таким образом, Аполлинарий отрицал полноту человеческой природы во Христе. Его учение было отвергнуто на II Вселенском Соборе и объявлено ересью как монофизитское. «Моно физис» значит «одна природа». Однако ученики Аполлинария на этом не успокоились. Они продолжали распространять его сочинения, подписывая их именем самого строгого сторонника Никейского Символа веры – Афанасия Великого. Подложное авторство этих сочинений было установлено лишь столетие спустя.
Кирилл во многом на них опирался. Оттуда в дальнейшем растут ноги у евтихианства или классического монофизитизма. Там нерешаемый вопрос в принципе. Если Иисус полностью Божественен, значит, Он не мог переносить крестные муки и своими муками искупать грехи человечества. Однако же если Он полностью человечен, то что же тогда есть обряд Евхаристии? Это вот такой богословский тупик. Логически это невозможно осмыслить и оценить.
Михаил Ведешкин, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ИВИ РАН
Но формула святителя Кирилла, «единая природа Бога Слова воплощенного», по-гречески μία φύσις τοῦ θεοῦ Λόγου σεσαρκωμένη, считается, с одной стороны, приемлемой, но в той интерпретации, которую ей дает Халкидонский Собор, то есть мы исходим из того, что формула «одна ипостась и две природы» идеальным образом выражает учение о Господе Иисусе Христе. Никакого разделения на два лица, или две ипостаси, здесь нет, но здесь только констатируется, что Он, Господь, и Бог, и человек.
Протоиерей Владислав Цыпин, доктор богословия, профессор МДА
Два года продолжался раскол внутри Восточной Церкви. Александрийцы подозревали антиохийцев в несторианстве, антиохийцы александрийцев в монофизитстве, пока император не решил действовать дипломатически. Он отправил посланников со специальными письмами и в Антиохию, и в Александрию с предложением пойти на компромисс и не спорить больше о терминологии, но оценить православие учения оппонентов в целом.
В 433 году Кирилл Александрийский и Иоанн Антиохийский подписывают примирительное вероисповедание, как бы забывают о двенадцати анафематизмах, но при этом осуждают Нестория. Богословие Александрийской и Антиохийской школы и Церкви было признано православным, хотя потом, после смерти Кирилла, когда новым папой Александрии станет его племянник Диоскор, споры вспыхнут с новой силой. В чем же дело?
Началось все снова в Константинополе между представителями Александрийской и Антиохийской богословских школ. Авторитетный игумен столичного монастыря Евтихий обвинил в ереси епископа Дорилейского Евсевия, тот выдвинул обвинения в ответ, и этот частный спор был вынесен на поместный Собор Константинопольской Церкви. На Соборе было принято решение против Евтихия.
В деле Евтихия некоторым образом соприкасаются крайние позиции – несторианская и монофизитская, потому что он по поводу Божией Матери говорил – что Сын Божий прошел через Нее, как бы через некую трубу, ничего от Нее не восприняв. Таким образом, он начисто отвергал реальность человеческой природы во Христе. Несторий полагал, что Мария родила человека, а не Бога, что звучало как безумие. А позиция монофизитов, собственно, в том, что родился-то Бог, у Которого и человеческого-то ничего нет; Да, Его родила Богородица, но Он от нее как от человека ничего не воспринял.
Протоиерей Владислав Цыпин, доктор богословия, профессор МДА
Это учение было лишь развитием тезиса об одной природе в Иисусе Христе, заложенном в двенадцати анафематизмах Кирилла Александрийского, поэтому сторонники Евтихия обратились за помощью в Египет, к новому патриарху Диоскору.
В 448 году был созван новый Вселенский Собор, и снова здесь, в Эфесе. И снова главная тема – это осуждение несторианства. Председательствовать тогда вызвался Диоскор Александрийский. Он приехал сюда с огромной толпой монахов и всем своим епископатом. Пользуясь своим правом председателя, а также поддержкой со стороны властей и большой толпы людей, Диоскор не стал вдаваться с долгие дискуссии, а просто осудил тех, кто осуждал Евтихия. На возражения Константинополя и папских легатов он разыграл настоящую трагикомедию, объявил, что на него чуть ли не собирались напасть. В зал ворвались солдаты, арестовали несогласных с Диоскором, их судили и предали анафеме.
Второй Эфесский Собор назван «разбойным Собором» из-за нарушений, якобы имевших место во время заседаний. Рассказывают, что Диоскор привел с собой толпу египетских и сирийских монахов во главе с полудиким аввой Барсумой по прозвищу «Жареный». Это страшный человек, который свою творческую деятельность посвятил избиению евреев, сжиганию синагог, языческих храмов и убийствам всех тех, кто казался ему недостаточно православным. Когда его будут обвинять в убийстве епископов, он будет говорить: «Подлинно православных епископов я не убивал!»
Михаил Ведешкин, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ИВИ РАН
Константинопольский архиепископ Флавиан на том самом «разбойничьем» Эфесском Соборе был подвергнут избиению. Вскоре после этого он умер. У историков Церкви все-таки уже нет достаточных материалов, и это довольно спекулятивное рассуждение: он умер, потому что был избит – или он был побит, но умер потому, что мы все смертны? Наверное, это до конца прояснить невозможно, но факт избиения его на Соборе место имел.
Протоиерей Владислав Цыпин, доктор богословия, профессор МДА
Ну а дальше, как водится, начались гонения. Флавиан умер в ссылке, на константинопольскую кафедру был избран сторонник Диоскора, а оставшиеся на свободе
