Сирии, в Закавказье, и ситуация становится все тяжелее и тяжелее. В общем-то, Византийская империя находится на грани катастрофы – не сегодня-завтра что-то случится. Но случилось неожиданное и очень благоприятное – шах Кавад неожиданно умер. Это произошло в сентябре 531 года.
Илья Попов, кандидат исторических наук, старший преподаватель ПСТГУ
В следующем, 532 году, начались переговоры о мире с новым шахом Хосровом. Казалось, главные трудности позади, но в этот момент в самом сердце империи, в Константинополе, вспыхнуло восстание. Поводом послужили события, произошедшие опять-таки во время соревнований на ипподроме.
О существовании константинопольского ипподрома известно всем, но, вероятно, совсем немногие знают о том, что там происходило, какие там проводились состязания. На Востоке Римской империи ипподромы приобрели особую популярность, потому что после Рождества Христова гладиаторские бои и звериные травли были запрещены из-за своей жестокости. В этом проглядывается благое и миролюбивое влияние на нравы горожан христианской веры. Так что вместо кровавых побоищ стали проводиться скачки и гонки на колесницах. Ипподром был для римлян единственным местом развлечений, поэтому спортивные команды пользовались огромной популярностью. Их роль была похожа на современную роль средств массовой информации. Императоры с их помощью поддерживали власть и развлекали свой народ. Болельщики были наделены немыслимой властью. В середине VI века мощь цирковых партий была сопоставима с величием императора. Правил в то время император Юстиниан. Он решил навести порядок в этом непредсказуемом секторе политической жизни и после очередных проделок болельщиков приказал наказать предводителей каждой команды. Это привело к катастрофе, к крупнейшему за всю историю Византии мятежу – восстанию под названием «Ника».
В действительности все дело было в том, что за беспорядки во время игр арестовали несколько человек. На следующий день болельщики потребовали их отпустить, а император отказался. Начался бунт. Мятежники воспользовались тем, что в столице оставались три племянника императора Анастасия, которых Юстин в свое время отодвинул от престола. В эпоху Юстиниана они занимали высокие посты в империи и давно не думали о власти. Но теперь толпа требовала, чтобы один из них принял императорский титул.
Но выяснилось, что с самими этими племянниками Анастасия, видимо, предварительно никто ничего не решил, и когда их попросили выйти на площадь, как это было и у нас, в русской истории, оказалось, что они совершенно к этому не готовы – никто из них. Один из них бежал из города сразу же, при первых признаках беспорядков, двое других некоторое время прятались во дворце, то есть при самом Юстиниане, пока он не выгнал их из дворца.
Илья Попов, кандидат исторических наук, старший преподаватель ПСТГУ
Юстиниан с немногими верными сановниками находился во дворце как в осаде. Весь город попал в руки бунтовщиков. Император даже подумывал бежать и уже приказал готовить корабли, но, как свидетельствует историк Прокопий Кесарийский, его удержала жена Феодора. Она сказала: «Императорский пурпур – лучший саван». Тогда полководцы Велизарий и Мунд с отрядами солдат двинулись к ипподрому, где народ как раз облачал в пурпурные одежды своего претендента на престол.
В ходе беспорядков практически весь центр Константинополя погиб в пожаре. Как свидетельствует Прокопий Кесарийский, Велизарий вел свои войска буквально по пеплу. «Они вошли со стороны портика венетского, с правой стороны от императорского седалища», – напишет Прокопий. Весь ипподром делился на сектора. С правой стороны был сектор венетов, партии «синих», с левой стороны – сектор прасинов, партии «зеленых»; посередине была императорская кафизма, или императорская ложа, – как раз напротив Змеиной колонны. И Велизарий прекрасно понимал, что его маленький, но закаленный в боях отряд не может ничего сделать с этой огромной толпой и добраться до узурпатора очень тяжело без боя – и тогда он приказал рубить всех на своем пути. Обезумевшая толпа хлынула, пыталась убежать с ипподрома, но с той стороны уже заходили войска другого полководца, Мунда. В этой страшной сече погибло около тридцати тысяч человек, после чего восстание «Ника» было подавлено.
После восстания столица империи лежала в руинах. Юстиниан, стремившийся возродить величие римского государства, начал грандиозную стройку. Она длилась много лет. Со всех концов империи в столицу свозили строительные материалы и даже целые фрагменты античных построек.
Настало время поговорить о самом главном и самом известном храме Византийской империи – соборе Святой Софии. Юстиниан всю жизнь мечтал построить идеальное христианское государство, и храм Премудрости Божией был его идеальным символом.
Грандиозный купол собора – это шедевр архитектурного решения того времени. Многие столетия его никто не мог даже повторить. А колонны в храме на самом деле разного цвета, потому что они были свезены сюда из различных частей империи. Многие из них до этого стояли в языческих храмах. Красота была необыкновенная. Можно понять реакцию послов князя Владимира, которые через несколько веков оказались в Софии Юстиниана на Божественной литургии, слышали чудесное пение хора, видели благолепие и масштабы постройки и сказали киевскому князю: «Мы не знаем, где мы были – на земле или на небе». А еще Святая София воплощает в себе невероятную историю любви царствующей пары. Тут до сих пор повсюду на колоннах и капителях можно видеть монограммы влюбленных: первые буквы их имен, Юстиниана и Феодоры. Император потратил колоссальное количество денег на строительство собора, а это, надо сказать, была лишь одна из многих его с строек, которые описал в своей книге «О постройках» Прокопий Кесарийский.
Замысел был глобальный, то есть главная церковь империи должна была превзойти своим величием и своей красотой храм ветхозаветный, и с этим связана история о том, что когда Юстиниан осуществил свой проект и была первая литургия, связанная с освящением Святой Софии, в центре которой стоял высокий золотой амвон, то император, переполненный эмоциями, забежал на вершину этого амвона, простер руки к небу и произнес знаменитую фразу: «Слава Господу, удостоившему меня совершить это великое дело. Я победил тебя, Соломон!»
Алексей Лидов, историк искусства, византолог, академик РАХ
Проектировать строительство главного храма христианской вселенной были приглашены известные ученые-математики, которые интересовались оптическими эффектами: Анфимий из Тралл и Исидор из Милета. И они с достоинством применили свои знания.
О чем идет речь? Например, в куполе Софии Константинопольской, который изначально был гораздо более плоским, чем сейчас, и в чем-то напоминал зеркало, постоянно присутствовало светящееся облако за счет того, что сорок окон, находящиеся вокруг купола, работали как рефлекторы, которые давали свет, причем как рефлекторы они работали и по ночам, отражая свет луны и звезд, и
