Глава двенадцатая
За несколько дней до праздника в Ниневию начали съезжаться делегации из разных провинций, чтобы преподнести дары и поздравить Великого царя. Помимо вавилонян уже появились харранцы, арбельцы, нисибинцы, гузанцы, очень представительные делегации прибыли из Кальхи и Ашшура, из Ура и Расаппы, из сирийских городов, из Каркемиша и многих других мест. Все гостиницы и постоялые дворы в столице и её окрестностях были забиты приезжими, а они всё продолжали подьезжать.
В храмах по всей империи приносились обильные жертвы и возносились молитвы к великим богам, чтобы с их стороны было ниспослано благословение имениннику.
Главная улица Ниневии – Царский проспект – украсилась тканными коврами и гирляндами из цветов, и горожане с радостным предвкушением ожидали, когда же выставят для них в общественных местах столы с угощениями. Для жителей столицы это был самый любимый праздник после Нового года, и они его всегда с нетерпением ждали. А Великий царь уже неделю принимал в Тронном зале делегации.
На шестой день он утомился и решил сделать перерыв. Ашшурбанапал отправился на женскую половину дворца и посетил покои старшей супруги. Там Ашшур-шаррат и два сына-наследника встретили его почтительно и всей семьёй они уселись за стол.
Лишь несколько раз в неделю Ашшурбанапал обедал со своими. Сейчас он никуда не спешил. Он поинтересовался успехами сыновей в учёбе, особенно его порадовали успехи старшего сына, Ашшур-этель-илани, затем он обсудил с женой детали предстоящего торжества и после вернулся в свои апартаменты, чтобы ознакомиться с поступившими письмами и прошениями.
Перед обитыми бронзой дверями царских апартаментов уже толпились придворные и военачальники, которые, увидев приближавшегося Ашшурбанапала, низко перед ним склонились. Гвардейцы отдали честь, ударив мечами о бронзовые щиты, и открыли двери. Великий царь молча кивнул всем головой, а затем рукой показал, чтобы за ним проследовали, прежде всего, Азимильк и Главный глашатай.
– Ну что у нас там? – усевшись в кресло, обратился к Главному глашатаю Ашшурбанапал.
– Государь, прежде всего, хочу сказать о том, что происходит на нашей западной границе…
– Там что-то изменилось? Есть что-то новое?
– Хочу сказать кое-что об осаждённом египтянами Ашдоде. Гарнизон его держится стойко, и уже почти полгода. Армия Псамметиха застряла у этой неприступной крепости, – ответил царю Ишмидаган.
– И сколько ещё будет топтаться фараон со своей армией у Ашдода?
– Пока не падёт эта крепость. Оставлять её за своей спиной Псамметих не решится. Твой дед, государь, не пожалел средств на её укрепление, и сейчас это едва ли не сильнейшая крепость во всей империи, да, пожалуй, и во всей ойкумене. В ней находится внушительный гарнизон, с моря наши суда постоянно подвозят из Финикии в эту крепость воду, съестные припасы и оружие, и Ашдод может продержаться ещё очень долго.
– Ну а если Псамметих найдёт поддержку в Тире, Арваде или в помощь ему выступят иудеи?
– Это маловероятно.
– Почему?
– Последние восстания в Финикии были подавлены, и всех бунтовщиков мы примерно наказали, так что у возможных смутьянов охоту к неповиновению мы отбили надолго.
Следует сказать, что египтяне так и не сумеют захватить Ашдод, и армия фараона Псамметиха простоит перед этой твердыней ещё не один год. Поначалу Ашшурбанапал очень переживал за западную границу, особенно его тревога усилилась, когда ему доложили, что Псамметих и Гиг в открытую заключили союз против Ассирии. И Египет, и Лидия после составления антиассирийского пакта начали готовиться к совместным военным действиям. Их коалиция выглядела внушительно, ведь население Египта равнялось одиннадцати миллионам, а Лидии – превышало три с половинной, оба царства были богатыми и могли сообща выставить армию, практически равноценную ассирийской. Однако Ашшурбанапал не собирался ждать одновременного нападения со стороны этих царств. Вначале ему удалось отвлечь лидийцев, когда он натравил против них Верховного вождя «черноколпачников», по сути, купив Лигдамиса и его воинов, как покупают какой-нибудь товар на рынке, ну а затем и второй противник на западе оказался в незавидном положении. Египтянам никак не удавалось разгрызть Ашдодский «орех». Он был для них как будто заговорённым!
– Ну а что происходит в Малой Азии? Что-то новое есть?– спросил Великий царь Ишмидагана.
– Киммерийцы добивают Лидийское царство, государь,– ответил Главный глашатай.– А ведь никто этого не ожидал от них! Ещё вчера Гиг не воспринимал всерьёз угрозу со стороны Лигдамиса, однако теперь лидиец прячется в цитадели Сард. Лигдамис поставил свой сапог на горло наглого лидийца!
– Он добъёт Гига?
– Вполне возможно, что ему это удастся…Ты, государь, очень мудро поступил, наняв киммерийцев.
Ашшурбанапал на эту лесть никак не отреагировал.
Выслушав Ишмидагана ещё по поводу выступления Мидии, которая напала на союзную империи Манну, но эта вылазка для мидийцев оказалась неудачной и маннейский царь Уалли, брат Амы, успешно отбился от них, и о странном поведении некоторых приграничных арабских племён, прекративших вдруг выплачивать дань, Ашшурбанапал в заключение спросил глашатая:
– Ну а что-то прояснилось насчёт лидийки?
– Государь, ничего не могу сказать,– Ишмидаган от этого вопроса напрягся и тут же опустил глаза.
Ашшурбанапал понял, что и сегодня Главному глашатаю нечего сказать. Великий царь недовольно нахмурился:
– Моё терпение иссякает, Ишмидаган! Даю тебе ещё две недели, и чтобы твои ищейки её нашли! Две недели! Не больше! Ты понял?
– Слушаюсь, государь!
Главный глашатай осознал, что если в ближайшие дни не удастся напасть на след Аматтеи, то не сносить ему тогда головы.
***
После Главного глашатая наступил черёд Азимилька. Секретарь подал Ашшурбанапалу с десяток табличек и произнёс:
– Государь, я отобрал самое важное, что поступило за вчерашний день. Это из Ашшура, Кальхи и Нисибины. И одно донесение из Расаппы. Его обязательно следует прочесть. Потому что это дело не терпит отлагательств, ну а менее важное можно оставить на потом и просмотреть после праздника.
– Хорошо, так и сделаю.
Ашшурбанапал просмотрел половину из поданной ему корреспонденции, по двум табличкам надиктовал секретарю распоряжения и затем произнёс:
– А-а, пожалуй, хватит, больше ничего не буду рассматривать сегодня. Продолжим работу завтра!
Азимильк подобрал таблички, поклонился и вышел.
И уже после него появился главнокомандующий. Он ещё с начала недели добивался приёма у Великого царя. Ашшурбанапал почувствовал, что у туртана к нему назревал необычный разговор. Так оно и вышло.
Туртан выглядел уставшим и нездоровым, и под его глазами проступили заметные мешки.
– Государь, – начал Набушарусур, – у тебя нет ко мне претензий?
– Нет. А что-то случилось?– удивился такому вопросу Ашшурбанапал.
Туртан приложил руку к груди:
– Взгляни на меня!
Ашшурбанапал ещё не понял, к чему клонит туртан. Тот же упрямо продолжил:
– И кого ты видишь?
– Вижу верного
