class="p1">Римуш хмыкнул недовольно и досадливо, но продолжил:
– Песня, которую я только что для тебя спел, написана на стихи лидийки. Уж поверь! Музыку к её стихам написал Красавчик – в этом я тоже не сомневаюсь. А я ведь во всём этом разбираюсь, как никто другой! Этот князь уже был влюблён в лидийку ещё два года назад! И что из этого следует?
Ишмидаган наморщил лоб:
– Римуш, ты хочешь сказать, что лидийка…что она прячется в Приморье? У князя Набуэля?!
– Ну, наконец-то, до тебя дошло! – ехидно заулыбался Римуш.
***
Праздничный пир затянулся до глубокой ночи, и поэтому Ашшурбанапал встал на следующий день очень поздно, едва ли не ближе к вечеру. Во всяком случае солнце стало уже скатываться за горизонт. Он искупался в бассейне, поел (скорее, это был уже и не обед даже) и собрался посетить царскую сокровищницу, чтобы ещё раз посмотреть на подарки, которые ему в последние дни преподнесли. Но тут его аудиенции попросил Главный глашатай. Он заявил, что у него срочное сообщение.
Войдя в залу, Ишмидаган поклонился Великому царю и торжествующе произнёс:
– Государь, я выяснил, где скрывается Аматтея!
Ашшурбанапал тут же встрепенулся и позабыл обо всём:
– И где она прячется?
– Она сейчас находится в Приморье!
– И у кого она там прячется?!
– Её скрывает губернатор Приморья…
– Князь Набуэль?
– Да, государь!– и тут Главный глашатай замялся.
Ашшурбанапал впился взглядом в него:
– Ты мне не всё сказал? Ты что-то скрываешь?
Ишмидаган оцепенел.
– Ну-у, ну же… договаривай!
Ишмидаган окончательно струхнул и начал слегка заикаться:
– Г-го-осу-ударь…и-и…и-и-и ещ-щё…
– Ну-у?! Я тебя слушаю! Что ты ещё хочешь сказать?
– Аматтея не просто прячется у князя.
– Что-о-о?..
– Она сошлась с ним… Она стала ему женой.
Ашшурбанапал нервно заходил, а Ишмидаган напугано наблюдал за самым могущественным правителем того времени, который был необычно возбуждён. Вначале Великий царь начал размахивать кулаками и как бы бить воображаемого соперника, но вот он внезапно замер и, сам с собой уже разговаривая, громко чуть-ли не прокричал:
– Ну, какая же она?! Всюду меня предают! Никому нет веры! Беглянку вернуть, а князя… Ему это не сойдёт с рук! За дерзость он поплатится! О-о, я его посажу на кол! Или нет, я велю его обезглавить! Нет, нет! И это будет слишком лёгкая для него смерть! Я велю его разрубить на куски! Он осмелился отобрать у меня женщину! Мою женщину! Неслыханная наглость! Меня ещё никто так не оскорблял! Она должна была быть только моей! О-о, демоны, он поплатится, он поплатится за всё! Его ждёт самая страшная казнь! Никакой пощады!
Пока Ашшурбанапал вслух сыпал проклятия на голову Красавчика, Главный глашатай напугано сжался и медленно-медленно попятился. Он ожидал гнева со стороны Великого царя, но ещё никогда не видел его в таком состоянии. Ашшурбанапал пришёл не просто в негодование, а его переполняла сейчас дикая ярость. Это было что-то неописуемое. И тут появился Азимильк.
Увидев, в каком состоянии пребывает повелитель, Азимильк тоже стал бледнее стенки.
– Ну что тебе?! – раздражённо взглянул на своего секретаря Великий царь.
– Г-го-о-осу-ударь, – голос Азимилька сорвался на дрожащий фальцет. – В-ва-ажная новость…
– Потом, по-о-отом!– замахал рукой Ашшурбанапал.
Однако же Азимильк не удалялся.
– Н-ну-у?!– чуть не прошипел ещё до конца не успокоившийся Великий царь.– Ну что ещё?!
– Государь, в Вавилоне вспыхнуло восстание. Множество про ассирийски настроенных горожан были безжалостно перебиты в своих домах.
– Что-о-о-о?! – Ашшурбанапал ещё не до конца осознал услышанное и сейчас уставился немигающим взглядом на своего секретаря. – Перебиты? В своих домах? Повтори! Что ты сказал?
– В Вавилоне восстание, государь.
– Восстание?!
– Свыше семи тысяч твоих сторонников убиты.
– Кто во главе восстания? Мой брат?
Азимильк протянул табличку с донесением.
Ашшурбанапал прочитал её.
– Зна-ачит всё-таки Шамаш…
– Да.
Глава четырнадцатая
Вавилон вырос на месте более древнего небольшого посёлка шумеров. Находился этот посёлок на канале Арахту и располагался в том месте, где Евфрат и Тигр сближаются. Занимал город оба берега канала.
Возник Вавилон за две тысячи лет до описываемых событий и считался по меркам Месопотамии достаточно новым поселением. Какое-то время он являлся незначительным центром и в нём правили ничем не проявившие себя местные династии, пока власть не захватили пришлые кочевники-семиты. Это были амореи.
Впервые Вавилон повёл активную политику при первом аморейском правителе Сумуабуме, который возвёл вокруг него стену и продвинул границы нома на несколько фарсахов к югу, захватив Борсиппу, Дильбат и ещё целый ряд городов поменьше. В это время также был перестроен и значительно расширен храм Эсагилы и почитавшегося в нём шумерского бога Амар-Уту переименовали на аккадский манер в Мардука и затем провозгласили главным богом Вавилона.
Взлёт города и превращение его в крупнейший центр Месопотамии произошёл при шестом аморейском царе, правившем сто лет спустя после Сумуабума…
***
Этот царь просидел на троне 43 года и за время своего правления превратил заштатный городишко в столицу великой империи. При нём Вавилон вырос в разы и превратился в признанную столицу всей Южной Месопотамии, которая отныне стала называться по его имени Вавилонией. И именно при этом царе, которого звали Хаммурапи, город превратился в самый значительный центр на Ближнем Востоке (в нём тогда уже проживало четверть миллиона жителей).
Ещё какое-то время после Хаммурапи Вавилон процветал, но в 1595 году до новой эры его захватили и нещадно разграбили хетты. Аморейская династия была свергнута и Вавилонское царство прекратило своё существование. Затем, в постепенно возрождавшемся городе, закрепились новые пришельцы- касситы, тоже, как и амореи, скотоводческое племя, но обитавшее в Загроских горах. Ими была основана Третья (так называемая Касситская) династия.
Касситы постепенно растворились в местном населении, а их династия удерживала власть в Вавилоне несколько столетий, и уже к XII веку до новой эры Вавилон превратился вновь в центр достаточно крупной державы, но тут на политическую авансцену вышли Ассирия, а затем и Элам, и в борьбе с ними Вавилон проиграл, и ему вновь пришлось довольствоваться второстепенной ролью.
Иногда случалось и так, что он и вовсе терял независимость и превращался в обычную провинцию той же Ассирии, хотя и имевшую некоторые привилегии.
***
Касситы были горцами, однако отнюдь не дикарями. Так они научились обрабатывать металлы и делали прекрасное оружие, а ещё они приручили коней и именно с ними это животное появилось в Вавилонии.
Касситы как этнос быстро переняли язык и обычаи вавилонян. При них город недолго находился в запустении и вскоре начал опять интенсивно развиваться.
Именно при царях Третьей Касситской династии вокруг Вавилона были возведены новые стены,
