клятво-отступника? Я немецкий офицер! Я барон, аристократ и потомственный военный. Я быстрее пущу себе в лоб пулю, если у меня возникнет мысль предать свое отечество, или я нарушу присягу.
– Тогда что же, –спросил Вальтер, закуривая.
– Тогда…. Полковник задумался. Он как доверенное лицо адмирала Канариса владел информацией о том, что уже чрез месяц в Лондоне состоятся переговоры большевиков с Рузвельтом об открытии второго фронта.
– Наша агентура Вальтер, не дремлет. Старик Канарис и этот полковник Маурер из первого отдела «Абвера» знают то, что еще не знает фюрер. Русские уже скоро заключат договор с американцами об открытие второго фронта. Как передает наш источник из генштаба русских, янки через Ла–Манш войдут во Францию и ударом с тыла займут Германию, пока мы будем барахтаться здесь под Москвой.
– Ты не ответил Генрих, на мой вопрос, –сказал майор.
– Пока нас Вальтер, не попёрли русские на Запад, со скоростью курьерского поезда, нам надо подумать, как выйти из этой войны с приличным личным состоянием. Потом будет поздно бегать по миру в поисках укромного места и денег на поддержание достойного уровня жизни. Майора словно ударило током.
– Ты знаешь Генрих, а ведь ты прав! В твоих словах есть истина! Ни кто не будет заниматься ни политикой, ни войной, на голодный желудок. Ни какие благородные идеи не будут реализованы, пока народ Германии досыта не набьет своё брюхо свиными ножками и гороховой похлёбкой.
– Мартин, козья морда, ты решил своего господина заморить голодом, –закричал Шперрер на денщика. -Бегом марш!
– Айн момент, господин майор, –прокричал из кухни Грассер.
– Мартин шустрый малый. Тебе повезло с денщиком.
– Скажу честно, без денщика я как без рук. Сам понимаешь, управлять сотнями головорезов, нужно время. А при таком насыщенном графике даже принять ванну нет его. Беда одна – любит спать, а не служить великой Германии, как служат сотни тысяч её верных сынов.
Майор щелкнул подтяжками, и взяв из пепельницы дымящуюся сигару, продолжил с каким–то наслаждением втягивать в себя ароматный дым и выпускать кольца.
– Ты слышал Мартин, что сказал господин полковник? Если ты не накроешь немедленно стол, я через минуту доберусь, до твоей задницы и ты отведаешь, настоящей порки. Где наш гуляш, где наш шнапс?! –завопил майор.
Из кухни выскочил перепуганный солдат с большим серебряным подносом. Как и прошлый раз, он был накрыт белоснежной накрахмаленной салфеткой. Через левое предплечье солдата было перекинуто чистое полотенце, как это делают профессиональные кельнеры. Денщик слегка наклонившись в поясе, поставил поднос на стол. Как заправский официант, скинув салфетку, сказал:
– Господа офицеры, кушать подано! Приятного вам аппетита! Как по волшебству, на столе появилась фарфоровая супница с крышкой. Денщик снял её, и комната наполнилась приятным запахом специй, который исходил от венгерского гуляша, который подавали только офицерам штаба армии. Солдат артистично разделил блюда на порции, и подал вареный картофель, обильно полив его ароматной подливой. На другой тарелке лежал тонко нарезанный сыр, и аккуратные колечки финского салями, которое поставляли вермахту союзники по коалиции.
– Ну как тебе это –сказал майор, хвастаясь сервировкой стола.
– Великолепно Вальтер, –ответил полковник. –У тебя все столовые предметы из фамильного серебра, откуда.
– Фаберже какой–то, – равнодушно ответил майор, рассматривая вилку.
– Фаберже, – переспросил полковник. -Да ты невежда, – сказал Генрих, поднимая рюмку. –Фаберже- это бог ювелирного искусства в России.
– Ты же знаешь Генрих, а ведь на фронте любой день может стать последним. Поэтому мне хочется жить, окружив себя дорогими и шикарными предметами. Давай лучше выпьем за нашу победу, и приступим к поеданию этого прекрасного гуляша. Что–то я успел проголодаться.
Офицеры чокнулись. Майор и на этот раз выпил залпом коньяк, что стало поводом для реплики гостя.
– Ты Вальтер, очень изменился. Когда мы с тобой были молодыми лейтенантами, ты умел пить коньяк.
Майор улыбнулся, и взяв бутылку, разлил остатки напитка.
– Хватит Генрих, этих аристократических замашек. Не надо экономить на том, что завтра может тебе уже не понадобиться. Взяв коньячный бокал, майор приподнял его, и сказал:
– Цум воль Генрих….
– Цум воль, –ответил улыбаясь полковник.
– Чему ты так улыбаешься?
– Ты старик, хлещешь этот чудесный «Камю», словно это напиток из Франции, а домашняя водка….
– Меня научили пить эти чертовы «иваны». Они очень непредсказуемы. Ты не успеешь поднять бокал, как на твою голову начинают сыпаться мины и снаряды. Поэтому время для смакования подобных букетов на фронте просто нет, –ответил майор.
– Ты наверное прав, –сказал полковник, и выпил коньяк. –Закусив выпивку сыром, он продолжил разговор:
– Твой холоп Вальтер, не прост. Это ты научил его этим аристократическим штучкам, –спросил Генрих.
– Заметь продукты на твоем столе не из общей офицерской кухни….
Майор завалился на диван с сигарой, и пуская в потолок кольца дыма, сказал:
– Черт, ты очень внимательный! Ты даже не представляешь, но этот щенок не смотря на молодость, один из лучших мародёров нашей компании. Я держу его на коротком поводке. Он боится что я отправлю его в окопы. Вот поэтому он старается мне угодить. К тому же личный повар генерал– полковника Моделя его земляк. Будущий родственник…. Со слов Мартина он мечтает стать его швагером, – пробормотал майор.
Завершив завтрак полковник откинулся на спинку кресла и закинув ногу на ногу, мелкими глотками пил коньяк из пузатого бокала. Рассказ майора на какое–то время отвлек его от основной темы. Он решил дослушать эту историю до самого конца.
– Ты говоришь Швагером? Это как? Ты можешь мне рассказать, что там произошло. Я чувствую здесь замешана юная фроляйн?
– Ты угадал! Давай спросим у Мартина, –сказал майор: –Эй, солдат, –проорал он.
– Слушаю вас господин майор! Что изволите, –ответил денщик.
– Ты как–то рассказывал мне про своего будущего швагера, которого охмурила твоя сестрица Марта. Можешь повторить этот рассказ барону, мы хотим посмеяться.
– Слушаюсь, господин барон, –ответил солдат. –В общем, дело было так: у меня господин полковник, есть родная сестра. Её звать Марта. Мы живем в маленьком городке земли Бранденбург в Цоссене. Это в тридцати километрах от Берлина.
Майор перебил денщика, и махая в воздухе сигарой, словно указкой сказал:
– Это Генрих, такое захолустье рядом с нашей школой отдела восточной пропаганды особого назначения в Дабендорфе. Вотчина полковника Гелена.
Полковник сбил пепел в пепельницу и вновь приложившись к бокалу, сделал глоток.
– Я понял! Эта дыра рядом с Цеппелином, –сказал Риттер.
– Я буквально был там неделю назад, перед тем, как лететь на восточный фронт. Ну давай солдат, не тяни кота за яйца –продолжай. Что там было дальше…. ?
– Новый повар нашего генерал –полковника Моделя, еще полгода назад работал в ресторане «Бранденбургский виноград» это в Цоссене. Там моя сестра Марта по протекции работала посудомойкой.
