сапогами по каменному полу, подошёл к парню. Присел рядом на такой же пыльный деревянный ящик. Он даже головы не поднял. Вся его жизнь, вся его вселенная сейчас была там, за тускло светящимся стеклом смартфона.
Я беззастенчиво заглянул ему через плечо. На экране творился какой-то красочный ад: уродливые твари, похожие на гибрид скорпиона и бензопилы, толпами лезли на стены полуразрушенной крепости. Остроухие эльфы в блестящих, как фольга, доспехах пускали во все стороны стрелы, маги швырялись огненными шарами, а в самом центре этого безобразия бегал какой-то мускулистый варвар с непропорционально огромным топором. Картина до боли знакомая.
— «Последний бастион», — тихо, почти шёпотом, сказал я. Спасибо памяти прежнего Игоря, он, оказывается, интересовался этой штуковиной. А вот в моём мире было нечто о-о-очень похожее, и называлась игра «Периметр Альянса» И смотря на то, во что рубится этот парнишка, а также порывшись в памяти прежнего хозяина тела, я понял, что игры практически одинаковые.
Надо же, помимо одинаковых людей, здесь и мысли у многих схожи. Так же, как и их реализация.
— Игрушка неплохая, графика симпатичная. Только билд у твоего варвара, уж извини, кривой до невозможности. Ты слишком много очков вкинул в силу, а на выносливость совсем забил. Тебя же первый серьёзный босс с одного чиха размажет по стенке.
Парень вздрогнул так, словно его ткнули раскалённой кочергой. Его пальцы замерли над экраном. Он медленно, очень-очень медленно повернул голову и уставился на меня так, будто я только что вылез из его смартфона и заговорил с ним на чистом орочьем. В его глазах плескалось концентрированное недоумение.
— Ты… откуда знаешь? — прохрипел он, сглотнув.
— Играл, — лениво поправил я. — Когда-то давно. Сейчас, знаешь ли, времени на это совсем нет. Квесты в реальном мире оказались куда интереснее и прибыльнее.
Я небрежно кивнул в сторону Фёдора, который как раз раскалял в горне очередной кусок железа, готовясь придать ему форму.
— Вот, посмотри. Твой отец сейчас занимается ровно тем же, чем и ты в своей игре. Только по-настояшему. Он крафтит шмот. Не какой-нибудь там «зелёный» или «синий», а самый настоящий легендарный.
Вениамин непонимающе нахмурил брови. Связь никак не улавливалась в его голове.
— Чего? Какой шмот?
Я с довольным видом достал из кармана помятый, но всё ещё внушительный лист с чертежами нашего будущего «Царь-Мангала». Развернул его прямо перед носом у ошарашенного парня.
— А вот это, — я картинно ткнул пальцем в самую сложную часть схемы, — наш с ним эпический квест. Называется «Собрать Царь-Мангал и накормить город». Видишь вот эту загогулину? Это «Сердце Дракона», система принудительного поддува. А вот эта решётка — «Дыхание Вулкана», основная жаровня. Без этих артефактов нам главного рейдового босса ни за что не завалить.
— Какого ещё босса? — Вениамин окончательно потерял нить разговора, но, что самое главное, от смартфона он уже полностью оторвался. Он с неподдельным, живым любопытством разглядывал чертёж, пытаясь разгадать мои загадки.
— Босса зовут «Голодный Город», — с самым серьёзным видом пояснил я. — У него примерно миллион очков здоровья и перманентный дебафф «Плохое настроение». Наша задача — накормить его до отвала вкусным мясом. Это, считай, ивент такой, событие на всю локацию. И если мы провалим этот квест, то вся наша гильдия, то есть мы с твоим отцом, останемся без лута. А лут — это деньги. И без репутации, что ещё хуже.
Я говорил на его языке. На простом и понятном языке квестов, рейдов, крафта и лута. И, кажется, это был единственный язык, который его мозг сейчас был способен воспринять.
Вениамин медленно перевёл взгляд с чертежа на отца. Фёдор как раз вытащил из огня раскалённую добела заготовку и с оглушительным звоном обрушил на неё могучий молот. Сноп искр брызнул во все стороны, как новогодний салют. И я увидел, как в глазах парня что-то блеснуло.
Он смотрел на отца уже не как на старого, вечно недовольного и ворчащего предка, а как на высокоуровневого персонажа. Как на Мастера-кузнеца из своей игры, который прямо сейчас, в реальном времени, создаёт могущественный артефакт.
— А… а я могу чем-то помочь? — тихо, почти неслышно спросил он, кажется, сам удивившись своей внезапной смелости.
Я внутренне усмехнулся. Ключик подошёл идеально.
— Можно. Даже нужно. Нам в команду срочно нужен точильщик. Чтобы затачивать ножи и топорики для нарезки мяса. Это тоже очень важная часть квеста. Считай, это твоя личная ветка талантов. Прокачаешь навык до максимума — получишь редкую ачивку «Мастер остроты». И свою долю с лута, само собой.
* * *
Поздней ночью, когда я, по своему обыкновению, сидел на кухне и пытался не заснуть над сметой расходов на грядущий праздник (да, да, я всё-таки решился проверить документы ещё раз, не хотелось бы опростоволоситься из-за какой-то мелочи), из темноты бесшумно материализовался Рат.
— Ну что, великий стратег, — пропищал он, ловко запрыгивая на стол. — Вижу, ты сегодня воевал ещё и с подрастающим поколением. Решил в педагогику удариться на старости лет?
Я усмехнулся и вкратце пересказал ему свой разговор с Вениамином. Рат слушал, задумчиво поводя своими длинными усами.
— Хм, — протянул он, когда я закончил. — А ты не так прост, как кажешься, шеф. Нашёл уязвимость в его системе защиты. Взломал, так сказать, брандмауэр.
— Я просто заговорил с ним на понятном ему языке, — пожал я плечами, пододвигая ему блюдечко с мелко нарезанным сыром. — Кстати, а ты-то откуда эти словечки знаешь?
— Я много где бывал за свою пусть и короткую, но насыщенную жизнь. И умею наблюдать и слушать. Полезное качество, советую воспользоваться.
— И выучить все молодёжные тренды, которые потом никогда не понадобятся в жизни? Думаешь оно того стоит?
— Как знать. Конечно, им нравятся выдуманные миры, — философски заметил крыс, деликатно подхватывая кусочек сыра. — Там ведь всё просто и понятно. Есть добро, есть зло. Есть квесты и есть награда за них. А в реальности что? В реальности нужно мыть руки перед едой, платить налоги и слушать бесконечное ворчание стариков. Скукота смертная.
Он был чертовски прав. Но я и не собирался силой вытаскивать парня из его уютного выдуманного мира. Я собирался сделать так, чтобы его мир стал частью нашего. Чтобы он увидел, что реальные квесты могут быть куда увлекательнее нарисованных.
— Ничего, мы вытянем парня на свет Божий, — сказал я, глядя в тёмное окно, где отражалось моё усталое, но довольное лицо. — И тогда Фёдор будет мне по гроб жизни должен.
— Слишком самонадеянно, шеф.
— Думаешь, кузнец будет недоволен, что его сын наконец-то потянулся к отцу?
— Сейчас он жаждет внимания
