— Собрание! — радостно воскликнул Генри. — Утром Киллиган сказал мне, что в семь вечера у них намечается собрание СОН. И они будут обсуждать вчерашний инцидент. Понимаешь, что это значит, Венера? Это значит, у меня есть возможность выяснить, что вчера происходило в Общем зале, пока я был в лаборатории доктора Монстролли вместе с министром и профессором Гибллом. Глядишь, и про дневник, может, что-то разнюхаю.
Генри посмотрел на дисплей коммуникатора и понял, что собрание началось ещё двадцать минут назад, поэтому он решил больше не терять ни секунды, запер комнату на ключ и поспешил подняться на седьмой этаж.
Когда он оказался перед дверью пятьсот пятой комнаты, за ней он услышал говор сразу нескольких человек, и, судя по тону их голосов, они явно спорили.
Генри не стал церемониться и без стука вошёл внутрь. С его появлением в комнате сразу стало тихо, а взоры всех присутствующих уставились прямо на него. Помимо братьев Киллиган здесь были Бони Многоточие, чревовещатель Руперт, к большому удивлению — Мэт Маккинли, и двое каких-то неизвестных Генри парней, но по их сине-серебряным плащам он догадался, что они с факультета прислужников.
— Ты всё-таки пришёл! — радостно воскликнул один из близнецов, чем ввёл Мэта в лёгкий ступор.
— Погодите-ка, — ошеломлённо произнёс Мэт. — Хотите сказать, вы его пригласили?
— Ну да, — ответил Уилл. — И теперь-то, я надеюсь, Генри вступит в наше сообщество.
— Нет! Не вступлю! Забудьте об этом, — горячо возразил парень.
— И правильно! Зачем он нам нужен? — враждебно произнёс Мэт.
— Затем, что он — единственный, кто может внести ясности в наш спор, — пояснил Уилл.
— Не знаю, по-моему, он слишком подозрителен.
— Неужели? А сам-то где был в ближайшие полчаса? Пошёл в наступление Генри, пытаясь таким образом подобраться к истине — не Мэт ли подсунул ту записку? Но все подозрения насчёт него вмиг развеял Уилл:
— Мэт был со мной и Биллом на ужине, а после мы сразу отправились сюда. Теперь давайте оставим претензии друг к другу при себе и продолжим наше совещание.
Мэт презрительно фыркнул, но возражать не стал.
— Что ж, Генри, не стой, как вкопанный. Проходи. Садись, где пожелаешь. Кстати, я думаю, кое-кого ты видишь впервой… — Уилл перевёл взгляд на двух толстяков. — Позволь представить тебе Крейга и Батлера, они из прислужников.
Жирдяи, смотря на Генри крохотными поросячьими глазками, лишь томно произнесли «Угу».
Генри на это им ничего не ответил, он ещё раз оглядел комнату и, не заметя ничего необычного, сел на диван между Бони и Рупертом.
— Хмырь! Ур-род! — донеслось справа от парня: попугай Бони Жако, сидящий на плече, был как всегда в своём репертуаре.
— Эй, приятель. — Генри повернул голову налево и увидел перед собой Флафи — зелёный носок с глазками. — Я и мой хозяин Руперт, — говорил тот, — рады видеть тебя здесь сегодня.
Генри лишь сухо улыбнулся чревовещателю и вновь повернул голову в сторону Киллиганов.
— В общем, пока тебя не было, Генри, — начал Билл, — мы все пришли к выводу, что вчерашнее событие — не есть случайность, как всех заверил Гиблл. Да и не может быть случайностью. Скорее… Скорее всего неудавшееся покушение. И это предположение, отнюдь, не беспочвенно. Вот посуди. В Селтфосс приплывает сам министр зла собственной персоной и вдруг ни с того, ни с сего из лаборатории Монстролли на свободу вырывается чудовище. Подозрительно, не так ли?
— Мы, конечно, лично не знакомы с доктором, — продолжил Уилл, — но наслышаны о его делишках сполна. Родители рассказывали нам, что если бы в молодости не ушёл в преподавательскую деятельность, то, возможно, стал бы одним из самых величайших злодеев всех времён. Таким образом, учитывая всё, что нам известно, впечатление о Монстролли складывается, как о человеке с острым и расчётливым умом. И вот в чём загвоздка: если это действительно покушение, то для злодея такого уровня как Монстролли оно очень плохо спланировано. Он попросту не стал бы себя подставлять. Ведь совершенно очевидно — он единственный в Селтфоссе, кто мог создать то чудовище, а значит, все подозрения пали бы на него.
— Даже великие совершают ошибки, — произнёс Руперт, а Крейг и Батлер вторили ему «Угу, угу».
— Даже мы с братом — появись у нас необходимость кого-то убить — придумали бы план получше, — ответил Уилл. — К тому же из всего сказанного вытекает вполне закономерный вопрос: смысл Монстролли убивать министра зла? А ты как считаешь, Генри?
— Возможно, в своих суждениях вы не так далеки от истины. Но сейчас мне нет никакого дела до раскрытия этой загадки.
— Тогда зачем ты пришёл сюда? — поинтересовался зелёный носок с глазками.
— Чтобы выяснить, что происходило вчера в зале, пока я был наверху с профессором Гибллом и министром. Естественно, взамен я расскажу вам, что слышал, находясь в лаборатории Монстролли. Да, и ещё — я не вступлю в вашу шайку ни под каким предлогом.
— Мы зовёмся Сообществом Отпетых Негодяев, — напомнил Уилл, строго глядя на Генри.
— Не важно. Лично я не вижу в нём никакого смысла.
— Чувак, ты видимо не врубаешься. Во-первых, ещё в сентябре я сказал тебе, что Министерство зла предпочитает финансировать злодейские объединения, нежели одиночек. А потому не лучше ли уже сейчас заниматься созданием подобного объединения? И все присутствующие сегодня в этой комнате прекрасно это понимают.
— Угу, угу, — донеслось со стороны Крейга и Батлера.
— Во-вторых, у нас появилась прекрасная возможность угодить Министерству, что однозначно является большим плюсом. Вот почему мы хотим узнать правду. А когда узнаем, уверен, Министерство не останется в долгу.
— Вы слишком самоуверенны. К тому же, если всё окажется лишь случайностью… или Монстролли в самом деле пытался убить министра, но уже арестован, то представляю ваше разочарование в ближайшем будущем, — точно подметил Генри.
Киллиганы сомнительно покачали головой и в один голос заявили, что доктор не мог совершить такую оплошность. А то, что он арестован им и так известно.
— Когда мы поднялись на седьмой этаж, то не поспешили в спальню, а остались на краю коридора. Мы увидели, как по противоположной стороне Жерла перемещений вниз пронеслась стеклянная кабина с министром, его телохранителем, деканом и человеком в бирюзовом лабораторном халате. Видимо, последний и был доктор Монстролли. Плюс сегодня профессор Гиблл объявил, что занятия по генной инженерии откладываются на неопределённое время. Очевидно, что доктора увезли вчера на подлодке и, вероятно, подвергнут допросу.
— Хм, а вы довольно внимательны, — произнёс Генри. — Но меня интересует, что происходило в зале.
Уилл собирался ответить, но его опередил Мэт: нахмурив брови и хищно сощурив глаза, он надменно сказал:
— Я понял. Он хочет выяснить, что случилось с его дневником.
При этих словах сердце Генри сжалось сильнее обычного, и он почувствовал лёгкую боль.
— Каким дневником? — одновременно спросили Киллиганы.
— Да тем, который он всюду таскал с собой в чёрной сумке. Разве никто из вас этого не замечал?
— Подумаешь. Сумка как сумка. Ничего особенного, — отозвался Билл. — Меня, например, больше интересовало, зачем ты всюду берёшь с собой гитару. Хотя теперь она сломалась и…
— Бэтси не сломалась! Она погибла! Погибла! И я вам уже это говорил! — вспылил Мэт. — Скоро я отправлю её родителям. Пусть похоронят Бэтси с почестями…
Последнее предложение Мэт произнёс скорбящим голосом и опустив голову. Генри же в этот момент боролся с желанием покрутить пальцем у виска.
— Не знаю как вам, но мне кажется, Грин — тот ещё тип, — продолжил Мэт, выдержав небольшую паузу. — Он слишком подозрителен и что-то скрывает. Зря вы пригласили его на совещание.
— А я думаю, каждый имеет право…
— …на секр-реты, — вставили своё словцо доселе не встревавшие в общий разговор Бони и попугай Жако.
— Довольно! — строго произнёс Генри, не дав возможности Мэту возразить. — Все уже поняли, что мне нужна та чёрная сумка с моим дневником. Я уверен, что потерял её вчера в Общем зале, когда все запаниковали, и теперь хочу выяснить где она. И, кстати, Бони права: у меня есть право на секрет. И то, что написано в том дневнике — не вашего ума дело. Надеюсь, это все уяснили. — Генри пристально вглядывался в ошарашенные лица присутствующих. Все молчали. — А теперь я страстно хочу узнать, что же произошло в Общем зале, не видел ли кто из вас той сумки; на полу или у кого-то в руках, даже если это было мельком, вы должны вспомнить и сказать мне.
