Из-под нелепого кокона ткани были только чуть-чуть видны блестящие глаза.
— Привет, — шепнул незнакомец.
— Привет, — эхом отозвалась она, разглядывая худые, все в каких-то пятнах (или язвах?) лодыжки сокамерника. Заметив ее внимание, тот нервно одернул подол и коротко пояснил.
— Ожоги.
Ожоги… Подвал, стонущие по углам люди, незнакомец с замотанной головой и обожжёнными ногами.
— Тебя пытали? — едва шевеля губами, просипела она.
Сбоку от нее засмеялись. Хрипло, отрывисто, как наждаком по заржавелой железке.
— И тебя будут. Благословенная, — ядовито выплюнул женский голос.
— Она про амулет, — пояснил сокамерник. Сокамерница. В свете факела блеснул спрятанный в складках амулет Ютаи.
Иллин схватилась за свой.
— Где я? Что это за…
Лязгнувший замок оборвал ее на полу слове. Тяжелая дверь распахнулась и в помещение шагнул мужчина. Иллин зажала ладонью рот. На его руках обмякла женщина. Порванное в лоскуты платье еле держалось на бедрах, голова безвольно повисла, прикрывая спутанными лохмами обнаженную грудь и лицо. Жуткое зрелище. Но самое страшное, что она знала тащившего женщину ублюдка! Знала, потому что не так давно ехала с ним на лошади и имела глупость слушать сладкие песни о том, что в столице не хватает приличных девушек! Главарь наемничьей банды, Джек, по прозвищу Тень, мужчина с истерзанной грудью и замерзшими глазами, он за волосы протащил несчастную до одной из клеток и, отперев замок, швырнул внутрь.
— Принимайте, — со смешком процедил он и захлопнул дверцу
Замученную бедняжку тот час перехватили другие. Стоны ужаса донеслись до Иллин. Одна из женщин не выдержала.
— Сволочь! Урод! Чтоб ты сдох, выродок! — беснующуюся пленницу со всех сторон поддержал нестройный гул, — Ты и твои больные дружки! Вас найдут! Найдут и…
— Ты следующая.
Женщина резко замолкла. Остальные тоже притихли и в сгустившейся тишине были слышны лишь редкие всхлипы. Наемник отвернулся и, вместо того чтобы уйти, уверенной походкой направился к ее клетке. Неосознанно она сделала шаг назад. Подальше от толстых, холодных прутьев.
— Иллин. Какая встреча.
Ее трясло. От ненависти и страха. От желания вцепится в его лощеную рожу ногтями и изодрать ее так же, как было изодранно платье несчастной женщины. Но все что она могла, это сжимать кулаки и скрипеть зубами от бессилия. Забавляясь ее видом, мужчина издевательски ухмыльнулся.
— Ну-ну, не смотри так злобно. Я ведь обещал, что твоя жизнь изменится.
— Засунь себе свои обещания в задницу, — прошипела она.
Что-то очень мерзкое промелькнуло в его бесстрастных глазах. Но лишь на секунду. Один взмах ресниц и перед ней опять был все тот же невозмутимый наемник.
— Трусишь, но зубки скалишь. М-м-м, люблю таких. Сначала сопротивляетесь, визжите, царапаетесь, а потом умоляете. Ты крепкая девочка, раз сумела выжить в том недоборделе. Думаю, с избавлением твоей шейки от амулета не возникнет проблем. А когда очухаешься, я по очереди распечатаю все твои дырки. А потом мои ребята пустят тебя по кругу. Они это любят. Ну, ты помнишь.
Ее чуть не стошнило прямо на грязную соломенную постилку. Удовлетворенно улыбнувшись, Джек ушел. Вместе с хлопком двери подломились и ее ноги. Осев на едва прикрытый каменный пол, Иллин судорожно обхватила себя за плечи и крепко-крепко зажмурилась. Ни одно ругательное слово не казалось ей достаточным, чтобы оценить размер собственной тупости. Самостоятельности захотелось? Жизни свободной?! Вот она! Жри полной ложкой, смотри только не подавись. В отчаянье Иллин глухо застонала. Сведенных судорогой пальцев коснулась прохладная ладошка.
— Не переживай, — глухо донеслось из-под повязки, — после снятия амулета мало кто выживает.
Как бы ни дико это выглядело, но слова сокамерницы немного приободрили. Даже нашлось сил на кривоватую улыбку.
— Лучше бы так и было, — проворчала Иллин, — Ты давно здесь?
Девушка неопределенно пожала плечом.
— Не знаю. Но меня водили на процедуры уже четыре раза.
Процедуры? Ох, это звучало очень, очень плохо! Особенно вместе с наглядной демонстрацией сожжённых ног бедняжки…
— Прости, как твое имя?
— Мариит, — похоже, это нелепое дергание коконом должно было означать приветственный кивок, — прости, вечно забываю про манеры. Маменька говорила, что этим я в отца вся…
— Какие уж тут манеры, в этой дыре! — зло встряла женщина из соседней клетки. Кажется та, что назвала ее благословенной, — Будь ты трижды дочкой дворцового библиотекаря, да хоть самой принцессой! Итог один. На подмостки в Чардаш.
И говорившая смачно плюнула. Иллин вопросительно взглянула на умостившуюся перед ней Мариит.
— В Чардаш разрешена торговля людьми, — пояснила она, пряча под балахон истерзанные ноги, — Жительницы Империи там диковинка. Особенно те, что с рыжими или светлыми волосами.
Иллин опять взглянула на сердитую соседку. Та действительно была блондинкой. Толстая белокурая коса, даже не смотря на измочаленный вид, выглядела шикарно.
— Знала бы, остриглась на лысо, — всхлипнуло темное пятно в глубине клетки, — как мне жениху в глаза смотреть…
Мрачное лицо блондинки исказилось еще больше.
— Жениху, — зло передразнила она, — думаешь выбраться отсюда, дура наивная? Молись лучше, чтобы выродок и его псы с тобой поразвлечься не захотели.
Из угла донесся сдавленный плач.
— Нас продадут в… рабство? — даже произносить это слово было отвратительно. Иллин не слишком досконально знала историю, но точно помнила, Империя уже как три сотни лет назад перековала рабские кандалы и ошейники на более благородные предметы.
— Если выживешь — продадут, — буркнула блондинка и отошла к всхлипывающему пятну. Присела рядом и что-то зашептала.
— Наши амулеты нужны тому, кто все это затеял, — отозвалась Мариит. — Не знаю зачем, но нужны действующими. С искрой божественного благословения внутри.
Иллин схватилась за амулет. "В этом камешке больше нет магии" прозвучал в ушах хриплый и такой родной голос. Глаза защипало. Думать об Эйнаре было невыносимо больно. И стыдно. Иллин сгорбилась еще больше.
— А кто все это затеял? Ты знаешь?
Девушка помотала обвязанной головой.
— Он носит маску. И голос искажен заклятием или зельем. Но он очень сильный маг. Очень. И умный. Раз нашел способ заполучить амулет.
Маг! О Боги… Казалось хуже не бывает, а вот поди ж ты. Маги были отдельным, очень малочисленным, но очень влиятельным сословием в Империи. Они не умели лечить, подобно целителям. Зато могли убивать. Один маг стоил трех десятков воинов. И каждый, рожденный со способностями обязан был служить на благо Империи. За хорошую, очень-очень хорошую плату и привилегии.
— И какой же это способ? — прокашлялась Иллин, — Пытать до тех пор, пока сама не снимешь?
Мариит опять затрясла головой.
— Нет, нет, ну что ты! Тогда амулет просто потеряет силу. Ты разве не знаешь? Как только артефакт синхронизирует свой магический фон с хозяином, в данном случае с хозяйкой, поток энергии замыкается и начинает циркулировать по
