Завид зарычал, когда что-то ударилось в ближайшее к нему окно.
— Не надо было тебе связывать силы Готье. Если бы они у него были, он бы разогнал этих паразитов по их дырам.
— Все не так просто.
Завид нахмурился.
— Почему это?
Калеб пошел к другому Нику, но остановился, чтобы посмотреть на Завида.
— Ты знаешь, как развиваются Малачаи?
— Ага, они рождаются от матерей, которые ненавидят каждый их вздох, и их избивают, пока те не становятся чудовищами.
Калеб кивнул.
— Ник всю свою жизнь был защищен от подобной ненависти. Хотя несколько людей призирают его, но гораздо больше любят. Как только вокруг него вспыхивает ненависть, его мать подавляет ее. Она успокаивает его и заботится о нем. Любит его. Именно поэтому Чирайз так важна для всех нас. Она его якорь. Когда по Нику ударит весь вес его наследия… мы не знаем, что это с ним сделает. Каждый раз, когда им овладевают эти силы, он мысленно отключается и уничтожает все в округе. Он себя не контролирует. И последнее что нам нужно — потерявший контроль Малачай. Особенно Малчай, у которого не только свои силы, но и силы его могущественного отца.
— Весьма разумно, — Завид потер бровь рукой. — И ты прав. Я лишь мельком встречался с Адарианом Малачаем, и он тогда был слаб. Не могу представить, как он опасен в полную силу.
— И не представляй. Я видел, Адариан крепко держал меня за зад.
Неожиданно, окно за Завидом разлетелось на кусочки. В его ворвалось пламя и подожгло шторы Калеба.
Ник, не подумал, рванул вперед, чтобы выкинуть их. Он сделал лишь шаг, когда что-то утянуло его назад.
Он протянул руки.
Не помогло.
Он раздраженно отвернулся от картины того, как они ногами сбивали пламя, затем оказался один в кромешной тьме. Хотя все равно чувствовал рядом слабое колебание воздуха.
— Ты поможешь моему брату?
Он повернулся и увидел женщину, жутко похожую на Завида.
— Ты меня видишь?
Она кивнула.
— Я тоже привидение.
— Я не привидение. По крайней мере не думаю, что умер, пока спал.
Нахмурившись, она смотрела на поддельного Ника за ним.
— Ты настоящий Малачай?
— Вроде да.
Ее глаза потемнели от гнева.
— Вроде?
— Да, — сказал он более уверенно. — Я Малачай.
Это, казалось, успокоило ее.
— Как ты отделился от своего тела и при этом не стал привидением?
Хотел бы он знать ответ.
— Я готов выслушать любые предположения, которые у тебя могут быть. Я вывел из себя бога, меняющего телами?
Она замерла, обдумывая его слова.
— Похоже, тебя пытаются убить.
— Чаще всего так, но о ком ты говоришь?
— О твоих генералах, — она отступила. — Видимо, что-то изменилось. Они хотят завладеть силами, которые ты получил от отца, чтобы использовать их и контролировать тебя. Но чтобы отделить твою душу от тела… для этого есть только одна причина, смерть.
Ник посмотрел на нее хмуро. У нее было много нужной информации, которой он не владел.
— Кто ты?
— Я Зарельда.
Это имя ни о чем ему не говорило, но если она имела отношение к Завиду, то была и его демоном тоже.
— Ты Аамон?
Она сморщилась от этого вопроса.
— Была. Но затем меня предали и оставили умирать, — по ее щеке скатилась слеза. — А я просто хотела, чтобы меня любили. Хотя бы раз в жизни. Но возможно, мы с тобой похожи, никто не может любить наш род. Мы этого не заслужили. Мы оба были рождены для бесконечных страданий.
Ник покачал головой. Она ошибалась. Она была обязана ошибаться.
— Я в это не верю. Каждый заслуживает любви.
В ее глазах горело отрицание.
— Единственный, кто любил меня, Завид. Он отказался от всего, включая от любимой, чтобы спасти меня. И я разрушила его жизнь, — по ее щеке скатилась слеза. — Его сердце такое чистое и честное. Пожалуйста, ты должен помочь моему брату.
— Помочь ему как?
— Держи его подальше от Хэл. Мне не следовало позволять ему занимать мое место. Это было эгоистично и неправильно. Я была напуганной дурочкой. Это не оправдание, я знаю, но я не остановила его, когда следовало. Но ты же поможешь ему?
Его загнали в угол. Хотя винить ее не в чем. Он бы так же себя вел, если бы причинил боль любимому человеку.
— Ага. Сделаю, что смогу… Если вернусь в свое тело.
— Ты должен вернуть свои силы.
Она сказала, будто это было так просто и подчинялось ему.
— Если бы я знал как, уже бы сделал это.
Взгляд Зарельды обжигал его.
— Ты Малачай. Самый сильный среди демонов. Твои силы всегда с тобой. Они часть твоей души, а не тела. Никто, кроме твоего сына не может забрать их у тебя. Тебе просто нужно поверить в них и себя, — она начала исчезать.
— Подожди!
— Спаси моего брата, — она исчезла, но ее слова эхом раздавались вокруг него.
Ник выругался в темноту, которая была такой густой, что давила на него. Не давала дышать.
— Знаешь, — закричал он. — Если бы все было так просто, я бы уже это сделал! — он знала, что она его не слышит, но чувствовал необходимость заявить об этом вслух.
«Поверить в себя и в мои силы…»
Конечно. Почему бы нет?
Вздохнув, он сжал кулаки, и изобразив как можно более восторженный голос, крикнул:
— Я верю!
Конечно же ничего не произошло. Он просто звучал, как жевун из страны Оз, наглотавшийся гелия…
Просто иди по дороге из желтого кирпича. По дороге из желтого кирпича.
— Фу, я совсем запутался, — а почему бы нет? В обоих местах были слюнявые адские обезьяны. — Только не надо на меня надевать красные туфли на каблуке.
Или ронять на него дом. Только этого в его дрянной жизни не хватало.
Пока он плыл в темноте, для него стала ясна одна вещь. Он должен снова стать собой, даже если это означало принятие той части себя, которую он ненавидел больше всего, часть, которая пугала каждую частичку его тела.
И если ему придется продать душу, чтобы спасти любимых, он своими руками подпишет контракт и прилепит его на лоб дьяволу.
Глава 11
Ник резко проснулся, когда воздух вокруг него заколебался. Приготовившись к сражению, он открыл глаза, чтобы обнаружить страшного Ашерона возле своей кровати. Зевнув, он потер глаза.
— Ой, смотрите, Мистер Счастливый-Ужастик пришел, чтобы скормить меня своим зверушкам.
— Почему ты не боишься меня?
Ник пожал плечами.
— Думаю, я знал тебя в прошлой жизни.
Ашерон сузил свои жуткие глаза. Он склонил голову набок, как будто слушал подсказки или информацию. Это еще одна ненадежная способность, по которой скучал Ник.
— Торн предложил мне неплохую сделку, чтобы я передал тебя ему.
