- Нет, с Мишей всё в порядке! Я звоню по другому поводу, - остановила её Анна. – Мне пришло уведомление, что готово исследование. И я решила уточнить, не ошибка ли это, потому что мы, кажется, уже все результаты получили. Возможно, случайно перепутаны фамилии, и к нам попали чужие анализы?
- Что вы! - с жаром ответила девушка. – У нас ошибок не бывает! Это ваши! Получены вчера вечером, когда мой рабочий день был завершён. А сегодня я первым делом отправила оповещение на указанный в карточке телефон контактного лица. Ой…
Невидимая собеседница осеклась и замолчала.
- Что такое? – встревожилась Аня. – Плохой анализ?! Девушка, да не молчите же, я тут с ума сойду от беспокойства!!! Что с моим сыном?!
- Ваш мальчик ни при чём, - прошелестела девушка. – Вернее, он причём, но не в том смысле, как вы думаете. И анализ прекрасный, положительный. Просто я только что заметила приписку – оповещение к этому исследованию нужно было отправить на другой номер. Простите, вышла накладка.
- Ничего страшного, - заверила её Аня. – Вы же не чужому человеку отправили уведомление, а родной матери малыша.
- Ох, спасибо за понимание! – с облегчением воскликнула девушка. – Я всегда внимательна, а тут словно бес попутал… Машинально отправила СМС на тот же номер, куда уходили предыдущие сообщения. Продублировала, вместо того чтобы набрать другие цифры.
- Продиктуйте этот номер, пожалуйста, - Аня старалась, чтобы её голос звучал нейтрально. – У меня несколько телефонов, наверное, я дала дополнительный, и сама об этом забыла.
Сотрудница клиники произнесла цифры, и у Анны упало сердце – это же один из телефонов Гоши! Тот самый, который для личных звонков и сообщений…
- Ваш? – дрожащим голосом произнесла собеседница.
- Мой, - не моргнув глазом заверила девушку Анна. – Вы ничего не напутали, это я забыла, какие телефоны оставила.
- Я ведь могла отправить результаты не на то мыло! – пробормотала та. – Их тут тоже два указано… Как хорошо, что вы сами позвонили! Давайте прямо сейчас уточним, на какой имэйл надо выслать заключение?
И она уже без дополнительной просьбы бодро продиктовала адреса электронной почты.
Один её, Анин. А второй неизвестный, на com.
«Видимо, тоже Егора… Что же это за исследование? Девушку лучше не спрашивать, она и так в полуобморочном состоянии – боится, что из-за допущенной оплошности её уволят… Пусть присылает, сама разберусь».
- Оба мои, рабочий и домашний, - произнесла вслух. – Вот я растяпа! Отправляйте на mail.
- Сию минуту.
Телефон пиликнул, сообщая о новом письме.
- Пришло, - отчиталась Анна. – Спасибо!
Девушка рассыпалась в любезностях и отключилась только после того, как добрых две минуты расписывала преимущества клиники. А потом ещё полминуты благодарила Анну за выбор их учреждения и адекватное отношение.
Наконец, разговор был завершён. Сгорающая от плохих предчувствий Аня смогла открыть папку «Входящие».
«Господи, только бы с Мишенькой было всё в порядке!!! – молилась она про себя. – Раз Егор хотел скрыть от меня этот анализ, значит, у доктора были какие-то подозрения насчёт здоровья моего мальчика?! Но девушка сказала, что там всё прекрасно…»
Умирая от страха, она впилась глазами в текст документа.
И…
«Исследование ДНК?!»
Дыхание перехватило, в глазах на мгновение потемнело, и Аня была вынуждена срочно присесть.
Как же так?!
Гоша уверял – он не сомневается в своём отцовстве и горько раскаивается, что поверил наговорам! А потом клялся, что больше ничего не станет делать молча, тайком, за её спиной!
И одновременно с этим… Или параллельно? Не важно – как. Главное, все его обещания и заверения не больше, чем просто слова!
А ведь она почти поверила!
«Кого я обманываю? – горько усмехнулась Аня и вытерла непрошенную слезинку. – Я поверила Егору не почти, а полностью! Потому что очень хотела верить. Хотела, чтобы у моего мальчика был отец, а у меня – любящий и верный, заботливый и понимающий муж. Дура я, дура! Люди не меняются… Что ж, не буду повторять чужие ошибки – сначала выслушаю объяснения, потом сделаю свои выводы…»
Она ещё раз пробежала глазами по документу и, вздохнув, закрыла вкладку.
Там ничего для неё нового или необычного не обнаружилось.
Вероятность отцовства 99,99% - она в этом никогда не сомневалась! Это Егор искал чёрную кошку в тёмной комнате.
Интересно, он сильно расстроится, когда узнает, что предсказания Риммы Евгеньевны не сбылись? И станет ли выяснять, почему воронежские лаборатории предоставили результат, диаметрально противоположный московскому? Вернее, искать того, кто приложил к этому руку?
У бывшей свекрови, конечно, есть и связи, и деньги. Она вполне могла бы устроить такую подставу, но только в том случае, если бы Миша на самом деле был не от Егора. От родного внука Римма Евгеньевна не отказалась бы! И уж точно не стала бы подделывать анализ ДНК – она помешана на благородной крови Гориных.
Да, мать Егора терпеть не могла невестку и считала, что единственный сынок неудачно женился. Она была бы только рада, если бы он бросил жену.
Жену, а не сына! От ребёнка своей крови Горины ни за что не отказались бы. Наоборот, Римма Евгеньевна пожелала бы изъять Мишу у такой неподходящей матери и воспитать его с помощью армии гувернанток и учителей…
От одной мысли, что сына могут отобрать, сердце сбилось с ритма.
«Я сейчас себе напридумываю жути, - мысленно приструнила себя Аня. – Римма Евгеньевна, конечно, не подарок, но и не совсем монстр! Отнять у матери малыша – до такого даже она не додумалась бы! Наверное…
Хм… Если результаты ДНК подделаны не по указке бывшей свекрови, то кто ещё мог приложить к этому руку?»
Горин позвонил часа через три.
Аня как раз докормила ребёнка, передала сонного мальчика Марии, а сама отправилась выпить чаю и что-нибудь съесть.
- Аня, - бесцветно пробормотал Егор, - прости, я обещал приехать раньше, но тут…
Из динамика донёсся вздох.
- Олёна родила девочку, представляешь?
- Девочку, - эхом отозвалась Анна.
- Да. А на УЗИ обещали мальчика. Видимо, приняли петлю пуповинки за… Ну, сама понимаешь, - коротко хохотнул Горин. – Чёрт, Ань, я больше суток на ногах. Удалось поспать всего ничего, причём сидя. У меня голова чугунная и в глазах мушки пляшут. Дочка, с ума сойти!
- Дочка?! Анализ ДНК уже готов?
- Нет, не готов – я только что передал пробирки в лабораторию. У Олёны дочка, не сын – я про это. Они с матерью мне все уши прожужжали, мол, наследник. Думаю, исследование покажет, что они не только с полом ребёнка промахнулись, но и с моим отношением к нему тоже. Не я автор этой девочки!
- Когда ты приедешь? – слушать его разглагольствования о возможном отцовстве было неприятно, и Аня поспешила перевести тему. – У меня тут… В общем, надо кое-что обсудить.
- Как только освобожусь, Ань, - снова вздохнул Горин. – Сам устал, как собака, но пока не могу уйти. Понимаешь, у Олёны возникли осложнения, её прооперировали. Здесь и её родители, и мои – никто не поймёт, если я уеду до того, как она отойдёт от наркоза.
- Но…
- Да, я не сомневаюсь, что этот ребёнок не имеет ко мне никакого отношения, но родственники уверены в обратном. Поэтому я лучше потерплю и побуду здесь – чтобы мне никто не выносил мозг и заодно присмотрю за лабораторией. Парочку своих людей я уже приставил, но и личное присутствие не помешает. Кстати, про ДНК…
Голос Горина сменил тональность, в нём появились виноватые нотки.
- Не стал говорить заранее, не хотел, чтобы ты волновалась… В общем, когда мы были в клинике, в Москве, я попросил сделать тест на отцовство, и он вот-вот должен быть готов.
- А…
- Подожди, я договорю, потом ругай меня, сколько захочешь. – Горин ускорился, словно опасался, что Аня недослушает его и сбросит вызов. – Я сделал это не потому, что не доверяю тебе или думаю, что наш сын не от меня. А потому, что мне нужно иметь на руках документальное подтверждение нашего с Мишей родства. Для родителей, понимаешь? Нужно не только заткнуть мать неопровержимыми аргументами, но и найти того, кто подменил результаты. А этого не сделать без поддержки отца. Его безопасники мне не подчиняются, привлекать детективов со стороны, сама понимаешь, чревато. Надо сделать всё максимально быстро и тайно, чтобы не только выявить крысу, но и не позволить ей сбежать. Закончу с тобой и позвоню в Москву – тест должен был готов ещё вчера, но извещения почему-то нет до сих пор.
