не выходило. Как можно быть настолько безжалостным к себе? Неудивительно, что ему ничего не стоит у других жизни отнимать – он даже собственную ни во что не ставит!
– Мне нужно всего лишь поспать… Если вы позволите, то я… – Он попытался сесть на мокрую постель.
– Не позволяю! Так, сядь пока здесь, – указала я на единственный стул.
Кровать представляла собой просто жесткий каркас, на котором лежал тонюсенький матрасик. Я просто скинула его, заменив одним из теплых одеял. Подушкой служил деревянный подголовник.
Вэй Лун послушно опустился на табуретку, его взгляд был усталым. Я закончила приводить кровать в порядок и обратилась к нему:
– Теперь выпей горячего чая, а затем ложись.
Он неловко потянулся к чайнику.
– Я сама!
Не хватало еще, чтобы он облился.
Судя по тому, что у Вэй Луна не оставалось сил даже спорить и он послушно выпил из моих рук чашку горячего чая, самочувствие его действительно было близко к критическому. И ведь сам же себя до такого довел!
– Теперь ложись, я укрою тебя одеялами. И ты должен хорошенько выспаться. – Я аккуратно накрыла его, заметив, как он дрожит от лихорадки. – Вэй Лун, я… – начала было, но умолкла.
Я сделала все, что могла. Нужно возвращаться к себе.
– Вы ведь мне снитесь, принцесса? – послышался внезапно хриплый голос.
Так вот почему он так спокоен и наконец-то не достает меня бесконечными правилами этикета и «должен-должна»!
Я вздохнула. Наверное, действительно будет лучше для нас обоих, если Вэй Лун будет думать, что все просто ему приснилось.
– Так и есть. Это сон, – шепнула я, собираясь уйти, но он неожиданно крепкой для больного хваткой остановил меня.
– Я совершил сегодня непростительную вещь… Обманул ваше доверие… Раз это все равно просто сон, позвольте, я совершу еще одну непростительную вещь и нарушу ваше доверие еще раз…
И он потянул меня на себя. От неожиданности я не удержалась, потеряла равновесие и упала в его объятия. Жар горячего тела передался мне, и сердце зашлось в бешеной пляске.
– Вэй Лун, ты… – Я попыталась остановить его, но слова застряли в горле.
– Простите мою дерзость, – голос его был слабым, однако в нем слышалась решимость, – но если это всего лишь сон, я не прощу себе, если не воспользуюсь моментом.
И прежде чем я успела ответить, его губы коснулись моих в едва ощутимом поцелуе. Это было так неожиданно и в то же время так невероятно нежно, что я забыла дышать. Поцелуй углубился, становясь все более жадным, голодным. Вэй Лун лизнул краешек моих губ. Еще миг – и он припал к моему рту с отчаянной страстью, сильные руки скользнули мне на талию, медленно спускаясь ниже, будто проверяя, сколько я позволю.
Я резко оттолкнула его, пытаясь вернуть себе контроль. Дыхание было учащенным, сердце колотилось так, что его наверняка было слышно.
Я вскочила.
– Вэй Лун, это… – попыталась найти нужные слова, но они ускользали, казались неправильными, неловкими.
Взгляд стража был полон темной страсти. На мгновение он задержал этот взгляд на мне, а затем, ничего не сказав, медленно прикрыл глаза.
Чтобы прийти в себя, удержать в узде эмоции, я несколько раз прошагала от стены к стене. Шагать особо было негде, так что я практически крутилась на месте.
– Вэй Лун, мы должны сделать вид… – снова попыталась я, но, взглянув на него, осеклась. – Ты спишь?
Лицо Вэй Луна расслабилось, грудь мерно вздымалась. Я осторожно коснулась плеча – он не пошевелился.
– Вэй Лун! Сейчас же вставай! Это приказ! – на всякий случай произнесла я строгим тоном, проверяя его.
Эффекта не было. Правда, что ли, спит? Даже… обидно как-то. С другой стороны, если утром он ничего не вспомнит и будет вести себя как раньше, это же хорошо, нет?
Я немного потопталась на месте, затем поправила одеяла, забрала поднос с чаем и вернулась в собственную комнату. Дождь все еще шел, но заметно тише.
Я села на край кровати. Мысли о Вэй Луне не давали покоя. Его жаркое дыхание, его руки, его губы… Его обнаженное тело, которое я случайно увидела. Мне было трудно признаться даже самой себе, но в этот момент я искренне жалела, что этот «сон» так быстро закончился.
«Аня… Только не говори, что ты в него влюбилась!» – мелькнуло в голове.
Это все плохо закончится. Очень плохо.
Эпизод 16
Утро принесло новые тревоги, сплетни и визит наследной принцессы.
Проснувшись, я очень боялась встретиться с Вэй Луном, но император с рассветом вызвал его к себе по каким-то делам, связанным с новым статусом советника.
Я не знала, поправился ли Вэй Лун и, главное, запомнил ли наш вчерашний поцелуй, но Мэйлин, которая встала раньше меня и видела стража во дворце, сказала, что он выглядел как обычно: хмурым и неприветливым.
Сейчас Лю Ифэй, облаченная в изысканные шелковые одежды, сидела напротив за низким лакированным столиком в просторной беседке и томно вздыхала:
– Ах, А-Луань, как жаль, что ты не пошла вчера на Праздник фонарей вместе со мной!
Нам прислуживала Янми, а поодаль – так, чтобы не слышать наших разговоров – стояли несколько стражников. Мэйлин я отправила отнести одеяла из комнаты Вэй Луна обратно евнухам.
Хорошо, что она, пусть и удивилась, но вопросов, как всегда, не задавала. Хотя могла. Например, откуда принцессе знать, какие вещи лежат в комнате ее стража и почему это вещи, предназначенные для членов императорской семьи? Хватало, что с утра по всему дворцу ходили сплетни о том, что я за что-то на стража взъелась и он по моему приказу всю ночь простоял на коленях под дождем.
Я тряхнула головой, отгоняя мысли об этом мужчине. Лучше сосредоточиться на том, чем я давным-давно уже хотела заняться.
– Дорогая сестрица, я тоже на празднике неплохо провела время. – С этими словами я вытащила подготовленный для встречи сверток из нескольких листов. – Вчера увидела там вертушки, и мне очень захотелось такие же, но только лучше. Чтобы были достойны моего титула.
Лю Ифэй нахмурилась, явно не понимая, почему я начала рассказывать ей про какие-то вертушки.
– И какими же они должны быть, чтобы подошли тебе? – осторожно спросила она.
– Они должны быть из особых деталей. Как на чертеже. Скажи, сестрица, у тебя есть на примете мастер, который смог бы мне их выточить?
Лю Ифэй моргнула, несколько раз покрутила листок в руках, перевернула вертикально, затем вверх тормашками. Понятнее ей не стало.
– Ну-у… я могу попросить старика Мина… – с сомнением протянула она,
