остальное придет, и только деньги сделают его тем, кем ему хотелось стать.
Для достижения своей цели он не гнушался никакими средствами, поэтому очень скоро пересек тонкую грань между законным и незаконным. И не жалел о содеянном. Ему еще не исполнилось тридцати, а он уже накопил на квартиру и иномарку. Деньги гарантировали ему свободу от наставлений родителей, сестры и ее заносчивого мужа. Его это радовало. Деньги Минсика заставили их всех замолчать. Он считал, что заработает еще немного – и тогда его достаток подчинит их ему. Отец выйдет на пенсию, и сын станет выдавать ему внушительное содержание, а маме – пожертвования для церкви. Сестра и ее муж будут льстить ему, убеждая вложить деньги в их больницу. Минсик почти достиг своей цели. Но возникла проблема. Стремления к королевской жизни привели к тому, что бизнес чересчур разросся и ему пришлось расплачиваться.
Четвертая неудача нанесла самый болезненный удар. Минсик встретил будущую жену. В попытке выбраться из долгов он устроился в новую компанию, где и познакомился с ней. Она оказалась таким же «предпринимателем», как и он. Будущая и теперь уже бывшая жена – единственный человек, который мог его соблазнить, и ближайшие полгода выдались бурными. Многие называют это любовью, но ему казалось, что их отношения скорее напоминают сумасшествие. В конце концов они поженились, и после двух лет взаимных обманов Минсику пришлось отдать ей свое единственное имущество – квартиру, а она сумела занять более выгодную высоту. Однако сейчас, спустя пару лет после развода, их встреча стала бы неудачей и для нее. В один момент мы, бросая друг в друга бомбы, подрываемся на них сами. Они успели вовремя развестись, пока не произошло непоправимое, потому что оба хорошо знали законы бизнеса и тактику молниеносных ударов.
На этом неудачи не заканчивались. Биткоин. Это слово вызывало в нем восторг.
«Отличная возможность», – подумал он. Как оказалось, ошибочное суждение, к которому пришел его затуманенный неудачами разум. Для Минсика биткоин стал неосязаемым богатством, которое лишило его всех оставшихся денег.
После пяти настигших его неудач он не выдержал и решил вернуться домой, к матери в Чхонпхадон. Узнал, что на наследство от почившего пару лет назад отца она держит небольшой круглосуточный магазин. Там наверняка была и его доля, но мама с сестрой решительно исключили его из списка наследников. Минсик тогда как раз развелся с женой, его бизнес развалился, рассудок помутился, и с семьей он не общался. Однажды, напившись, Минсик вновь пришел к мысли, что это несправедливо, и потребовал от матери вернуть его долю. Они страшно поругались, и сын ушел скитаться по приятелям.
Но на той идее он зациклился. Нет смысла и дальше считать свои бесконечные неудачи, сейчас ему нужна стартовая сумма для нового проекта. Круглосуточный магазин матери как раз подойдет, точнее доля Минсика в наследстве, которая вложена в этот бизнес. Он получит ее обратно и снова сможет заработать много денег. После этого ему ничего не будет стоить открыть ей хоть два таких магазина, а заодно и надрать задницы этим «друзьям», которые без конца спрашивали, когда он съедет с их квартиры.
Сегодня он решил встретиться с Киёном. Минсика раздражало в нем все, будь то поведение или увлечения, а особенно просьбы называть его Ки-Дрэгоном[27], вслед за псевдонимом певца Джи-Дрэгона. Зато голова у него варила хорошо. Минсик уже пару лет советовался с ним, когда требовалось принять важное решение. Киён обладал уникальной способностью смотреть на вещи с другой стороны. Иными словами, слушая его, Минсик не надеялся преуспеть, но мог снизить для себя риски. Например, Киён не раз предупреждал: «Если пошел слух о легких деньгах, то беги оттуда. Иначе останешься ни с чем».
По его же совету Минсик вышел из проекта по солнечной энергетике. Один его старший коллега стал развивать это направление и предложил ему работать вместе. Тогда Минсик почувствовал, что солнце снова согрело его своими лучами и все тело наполнилось энергией. Проект привлек внимание многих инвесторов, так как отвечал интересам государства, которое искало новые неисчерпаемые источники энергии. И Минсику казалось, что он тоже сможет урвать кусочек. Однако после нескольких месяцев работы к нему пришло страшное осознание, что он, похоже, замешан в какой-то афере. Как выяснилось, коллега под видом солнечной фермы продавал пустые участки земли. Тогда-то Минсик и посоветовался с Киёном и решил, что надо умывать руки.
Бывший напарник страшно разозлился на него, даже угрожал подкараулить его где-нибудь ночью, но в конце концов сам попался полиции и теперь находился под следствием. Так что если бы не Киён, то в биографию Минсика, полную слишком рискованных бизнес-проектов, добавился бы еще и пункт о тюремном заключении.
Сегодня Киён позвал его обсудить какую-то новую идею. Погода стояла холодная, поэтому Минсик, нацепив парку из утиного пуха, которую позаимствовал у младшего приятеля, поехал на Кённидан-киль.
На новогодней улице было довольно пусто. А точнее, даже пустынно. Стремление привлечь в квартал побольше денег не обходит стороной и души владельцев помещений: ежемесячная арендная плата росла в геометрической прогрессии. Не выдержав неподъемных цен, стали закрываться магазины, и торговля постепенно сошла на нет. Похоже, улочку Кённидан-киль ждало вымирание. После себя она оставит свои младших сестер – Маннидан-киль, Соннидан-киль и Хваннидан-киль. Интересно, зачем Киён, который привык думать на ходу и фонтанировал идеями, позвал его сюда?
Минсик подъехал к пивной, где они договорились встретиться, и припарковался.
– Ну ты даешь! Я же сказал не брать машину, – с порога набросился на него Киён.
– Ага, мне что, в такой холод на метро ехать?! – огрызнулся Минсик.
– Еще такси существует.
– У меня есть машина – на кой черт мне такси?
– Я не просто так это сказал. Сегодня нужно выпить.
– Здесь? Ты же знаешь, что я не фанат пива.
Киён отвернулся, не желая продолжать эти препирательства, и направился прямиком к барной стойке. Минсик уселся на металлический стул, с трудом разместив локти на узком столике, и осмотрелся. В тусклом зале звучала рок-музыка на электрогитаре, а само помещение было заставлено западным антиквариатом, который пришелся бы по душе только американским военным. В дальнем конце зала косо висел плакат «Пей пиво, береги воду». Изо рта шел пар: отопление, похоже, намеренно отключили, чтобы люди согревались алкоголем.
Минсик разозлился. Зачем было звать сюда того, кто не считает пиво приличным напитком? И как теперь верить Киёну, который, видимо, собрался рассказать о каком-то новом бизнес-проекте? Осознавая или не осознавая эту нелепость, Киён взял что-то у длиннорукого бармена
