далеко, и место удобное…
– Ладно, помечтала и будет пока. Надо мой домик сначала отремонтировать и найти способ заработать, а фермеры народ шумный и буйный, это их присутствие Барни усмирило, а не будет его… – пробормотала, мысленно над собой посмеявшись. Перемещение в иное измерение пробудило во мне предпринимательскую жилку, которая у меня в прошлом мире глубоко спала. И теперь я всюду искала способ, как и где можно подзаработать, что было мне ранее не свойственно.
Глава 27
– Держи его! Рокси, убегай, а то на голову свалится! – обеспокоенно выкрикнула, сбрасывая с чердака очередное старьё.
– Мадам Зоуи, давайте всё-таки я залезу на чердак, – в который раз проговорил Барни, принимая у меня мешок с тряпьём.
– Ну уж нет, с кухни выгнали, мебель покрасить не дали, теперь и в поисках сокровищ мне отказывают, – возмущённо проворчала, скинув на пол старую метлу, невесть зачем сюда поднятую, – я здесь сама управлюсь, а вы, исье Барни, помогите Джине.
– Так, я… – смущённо пробормотал мужчина, убирая метлу в кучу на выброс, – она сказала, что дальше сама.
– И я сама, – хмыкнула, сбрасывая мешок с трухой – судя по обрывкам, здесь некогда хранили нитки для вязания.
После того как я определила фермерам удобное и удалённое от соседей место и получила с них монеты, я вернулась в дом, встретив в холле возвратившихся мадам Лауру и Рокси. Обе светились от радости и горели желанием мне помочь, спеша сейчас же взяться за работу. Сообщив им о разместившихся во дворе постояльцах и об обещанном для них ужине, я предложила присоединиться к готовке, но мадам Лаура тотчас перехватила инициативу в свои руки и, заручившись поддержкой Хейли, дамы отправились на кухню.
Джина и Барни взялись наводить порядок в ванной комнате на втором этаже и планировали, если успеют, отмыть ещё и клозет. Когда я собралась покрасить старую мебель, что занесли в номера, Брэндон настойчиво рекомендовал мне не мешаться и заверил, что с этим делом он справится без моей помощи. Не забыв при этом напомнить о списании долга за два месяца его проживания. Упираться я не стала и, похвалив за усердие, отправилась бродить по дому. Мыть и ремонтировать было ещё немало, но сегодня душа требовала чего-то особенного, а не тряпки с ведром, и тут я вспомнила, что чердак мной был ещё не освоен.
И вот я уже больше часа сижу под крышей как тот Карлсон. Перебираю старые альбомы с фотографиями. Прикладываю к своим формам давно вышедшие из моды платья, юбки, шляпки и прочие милые вещицы. Так что меня отсюда никаким краном не вытянуть.
– Мадам Зоуи, а можно к вам? – прокричала снизу Рокси, прервав мои драконовы мысли.
– Тебе можно, – отозвалась, отложив в сторонку забавный и поеденный молью веер, поспешила к люку и осторожно спустила лестницу, – Барни, тебе нельзя, сюда вход только девочкам.
– Спасибо, мадам Зоуи, – восторженно пропищал ребёнок, шустро забираясь по ступенькам, – а я вам чай принесла и печенье.
– Спасибо, самое время, – поблагодарила девчушку, принимая небольшой рюкзачок, в котором находилась бутылка с чаем и мешочек с рассыпчатым печеньем. Его я есть грязными руками поостереглась, а вот чай с удовольствием выпила.
– Мама сказала, что похлебку фермерам отнесли. Они пьют горькую, но ведут себя прилично. А ещё они попросили подать им жаркое и заплатили денег. Хейли за мясом побежала в лавку, а мама лук крошит.
– Маме требуется помощь?
– Нет, она и меня отпустила, я картошку начистила, – отчитался ребёнок, с любопытством осматриваясь, – ой! А это что?
– Старая кукла, правда, без одного глаза, но, может, твоя мама придумает, как это исправить.
– Красивая, и платье нарядное, – восхищённо протянула Рокси, разглядывая пышную кружевную юбку на одноглазой и плешивой красотке.
– Только пыльное, ты положи её в ту корзинку, туда я игрушки складываю, потом спустим их с чердака и приведём в порядок.
– А там и медведь, у него лапка оторвана.
– Да, там ещё одна кукла и заяц, но все требуют ремонта. Подлатаем, постираем и заберёшь себе.
– Правда? – неверующе пробормотала девочка, но тут же, не удержавшись, хихикнула, увидев на мне круглые, с толстыми линзами очки и старую, с поникшими полями шляпу.
– Правда, – подтвердила свои слова, снимая себя пыльный аксессуар, осознавая, что вечером душа точно будет недостаточно и придётся киснуть в ванне.
– Мадам Зоуи, я тогда не хотела вас обижать, – вдруг проговорила девочка, понуро опустив худенькие плечики, – я думала, это Джина.
– Ах вот ты о чём! Знаю, что не хотела, – с улыбкой проговорила, разворачиваясь лицом к ребёнку, – ну как? Мне идёт?
– Не-е-ет, – звонко рассмеялась Рокси, едва ли не заваливаясь на сундук, увидев на мне поеденную молью, облезшую шкуру убиенного животного.
– Ну не знаю, по мне так красотка, – с тихим смешком проговорила я, отбрасывая рыжий мех к куче на помойку, снова зарылась в сундук и через секунду изумлённо воскликнула, – ты посмотри, какая прелесть, по-моему, тебе будет в самый раз.
– Красивое, – поддержала меня Рокси, аккуратно погладив рюши на некогда розовом платье.
– Будешь в нём как принцесса.
– Наверное, – смущённо улыбнулась девочка, возвращаясь к ящику, – мадам Зоуи, здесь шкатулка! Тут что-то лежит, но она закрыта.
– Да? Точно! Смотри, может, там ключ где-то рядом находится, – произнесла, внимательно осматривая деревянную резную шкатулку со всех сторон, но тайной кнопки не нашла.
– Нет, мадам Зоуи, – расстроено протянул ребёнок, но тут же забыв о ключе, вытащив из ящика очередную шляпку, нахлобучила себе на голову, – как у мадам Бурс.
– Красота неописуемая, – подмигнула девочке, откладывая шкатулку к кучке – интересные находки.
Мы бы пробыли на чердаке до самой ночи, но вернувшийся исье Стэнли попросил меня спуститься в холл, да и мадам Лаура уже дважды подходила к люку и узнавала, как там Рокси и не мешает ли мне ребёнок. Так что, с сожалением поглядывая на неразобранные ящики, сундуки и мешки, мы покинули сокровищницу.
Конечно, ни о какой беседе с исье Стэнли, когда я была в таком растрёпанном и грязном виде, не могло быть и речи. Попросив Джину покараулить капитана и предупредить меня, если он выйдет из своей комнаты, я крадущимися перебежками пронеслась через холл, шмыгнула в хозяйскую половину и захлопнула за собой дверь. Но не успела я сделать и двух шагов, как чьи-то крепкие руки обхватили меня за талию, а к лицу прижали мокрую, вонючую тряпку. Последнее, что помню перед тем, как уплыть в темноту – это раздавшийся мне прямо в ухо болезненный стон после моего резкого удара
