Его тихий голос нарушил тишину:
– Ты хочешь признаться, что были и другие?
– Господи, нет! Я не лгала. Наоборот. Получается, что никого не было, даже Стивена. Я, судя по всему, ошиблась. – Вчера ей казалось, что, когда она произнесет эти слова, сразу станет легче. Но выходило иначе.
Долгое время он хранил молчание, а Кристиана продолжала судорожно обрывать листья с плюща.
– Девушке трудно настолько ошибиться, Кристиана. Даже невозможно, как мне кажется.
О небеса, какой же дурой она себя чувствует!
– Возможно, если девушка не знает, о чем говорит, Дэвид.
Его молчание на этот раз длилось еще дольше. Некоторое время Кристиана терпела, а потом украдкой взглянула на него.
– Вы сердитесь?
– С чего бы? Обычно мужчина сердится, когда узнает, что у его жены уже были любовники, а не из-за ее невинности.
– Вы могли подумать, что я намеренно солгала. Чтобы оттолкнуть вас.
– Я тебе верю. То, что ты мне сказала, многое объясняет. Когда ты поняла свою ошибку?
Кристиана полагала, что просто признается и на этом все закончится. Она вовсе не рассчитывала на обсуждение этой темы.
– После нашей прошлой встречи.
Он замолчал, и она поняла, что он вспоминает тот вечер. Его тело, прижавшееся к ее телу. Ту интимную ласку. Ее потрясенное восклицание.
– Я, наверное, испугал тебя.
Его взгляд искрился теплом и заботой. Иногда он бывал очень добрым. Возможно, он даже понимает, как это все для нее мучительно. А вдруг…
– Нет, – произнес он с улыбкой.
– Что «нет»?
– Ты гадаешь, не можем ли мы, учитывая обстоятельства, отменить свадьбу. Нет.
Она залилась румянцем. Право же, как ее выбивает из колеи эта его способность читать мысли! Он легко прикоснулся к ее волосам.
– Хотя, учитывая это поразительное признание, я, возможно, не стану соблазнять тебя сегодня, как собирался.
Она едва не кинулась его благодарить, но вовремя остановилась и еще сильнее покраснела.
– С кем ты советовалась?
– Я спросила Джоан.
– Она ведь не замужем. Ты уверена, что она сама понимает, о чем говорит?
– В отношении мужчин на Джоан можно положиться. Дэвид засмеялся.
– Да, подозреваю, что это так.
Никогда в жизни Кристиана не испытывала такой неловкости и такого смущения. Она мечтала, чтобы кто-нибудь вошел и сообщил о прибытии Джона Константина.
– Сколько раз ты была с ним?
Святые угодники! Она уставилась на свои колени, усыпанные листьями плюща и веточками.
– Только один раз. Не судите его строго, Дэвид. Он вполне мог счесть, что я согласна. Моя наивность была безгранична.
– Ты была раздета?
Она замерла, как от удара. Не отводя глаз от своих коленей, она увидела его руку с веточкой плюща. Этот жест тронул Кристиану. Тем не менее он ждал ответа. Как странно: когда Дэвид считал ее опытной, он не требовал никаких объяснений, а теперь вдруг настаивал на подробностях. Она лишь приоткрыла дверь, а он, похоже, был полон решимости досконально изучить содержимое комнаты.
– Частично. Я оставалась в нижнем платье.
Его рука отвела прядь с ее виска.
– Он касался тебя?
– Мы были вместе в постели. Он никак не мог не коснуться меня, – резко ответила она. – Я не хочу об этом говорить. Зачем вы спрашиваете?
– Чтобы знать, насколько нужно быть с тобой осторожным.
Она глубоко вздохнула. Оказывается, бывают ситуации, когда уже невозможно смутиться больше, и она достигла такого состояния. И даже почувствовала определенное облегчение – хуже уже не будет.
– Не так… как вы в прошлый раз. Идония помешала, и как раз вовремя, по ее словам. Он, правда, уже прикоснулся к моей груди. Он причинил мне боль.
Она почувствовала, что с удовольствием жалуется на Стивена. А тогда она считала, что только так и бывает.
– Мне не понравилось, – добавила она честно. – Я решила, что я одна из тех женщин, которые… которые…
– Холодны?
– Да.
– Мы оба знаем, что это не так, Кристиана. На самом деле холодных женщин не много. Просто есть невежественные, эгоистичные и нетерпеливые мужчины. Я не из них, и ты скоро в этом убедишься.
В глубине сердца Кристиана это предполагала. Поэтому и удерживалась от паники, когда думала о неизбежной и уже совсем близкой свадьбе. Поэтому и решилась прийти сюда, несмотря на предостережение Морвана. Но все же она была рада, что Дэвид решил не соблазнять ее сегодня.
Она еще не все сказала ему. Ей хотелось добавить, что она больше не возражает против своего замужества. После всех ее отказов и капризов Дэвид заслужил услышать эти слова. Она хотела пообещать ему быть хорошей женой, хотя сама еще не понимала, что это значит. Кристиана намеревалась поблагодарить его за безграничное терпение. Она предполагала, что все это будет уже легко произнести после того, первого признания, но обнаружила, что сейчас говорить еще труднее.
Пока она искала слова и собиралась с духом, его правая рука улеглась у нее на коленях рядом с ее рукой, ладонью вверх, словно ожидая.
Она улыбнулась. Сегодня их не соединит ни священник, ни близкий родственник, но, возможно, именно сейчас произойдет что-то более значимое, чем официальное венчание.
Он все понял и облегчал ей первый шаг. Сегодня все начинается по-настоящему, говорила его рука.
Навсегда. На мгновение необъятность этого понятия ужаснула ее, но она тут же отмахнулась от собственного страха.
Ведь именно затем она и пришла, разве нет?
И Кристиана вложила свою маленькую ручку в его ладонь. По собственной воле.
Он осторожно потянул ее. Так, чтобы усадить к себе на колени.
Кристиана посмотрела в бездонные синие глаза, полные добра и тепла, и решила, что, наверное, больше ничего не стоит говорить.
Несмело обняв его за плечи, она потянулась к нему и прикоснулась к его лицу. Она впервые сама к нему прикасалась. Ощущение было совсем другим, и оно ей понравилось.
Пальцы Кристианы робко заскользили по его лицу, достигли губ и слегка погладили их.
Он не шелохнулся. Она встретилась с ним взглядом и, собравшись с духом, подалась вперед, чтобы запечатлеть на его губах поцелуй.
Она никогда не делала этого раньше – ни с ним, ни с другими – и теперь растерялась, не зная, как быть дальше. Она чуть крепче прижала рот к его губам. И почувствовала, как его губы дрогнули в улыбке.
Она отстранилась.
– Ты смеешься надо мной, потому что я не знаю, как это делается?
Его ладонь легла ей на затылок.
– Нет. Я думаю о том, что это был самый прекрасный поцелуй в моей жизни.
Она покраснела и снова поцеловала его. На этот раз он проявил большую инициативу и помог ей.
Ей нравилось, как он целуется, всегда нравилось. Ее тогда сразу охватывало состояние восторга, и земля начинала уходить из-под ног. Но на этот раз она не дала себе окончательно потерять голову, а стала скрупулезно следить за его действиями и повторять их. И наконец, ее губы раскрылись ему навстречу.
