— Как хорошо, Чикита, что вы все знаете и мне нет нужды притворяться перед вами, — с облегчением сказала Кей. — Я так несчастлива!
— Но почему? — спросила нежно Чикита.
— Как я могу быть счастливой, когда вышла замуж за человека, которого никогда не видела раньше и который никогда не видел меня? Я не могу быть счастливой еще и потому, что своим ответом Кастелло разрушила жизнь другого человека.
Чикита рассмеялась.
— Не смейтесь, Чикита. Все это трагедия для меня.
— Вы хотели бы выйти замуж за Билла Хьюинза?
— Вовсе нет, я даже не люблю его. Но я лишила Дрекса его состояния и женщины, на которой он собирался жениться.
Чикита подошла к Кей и погладила ее по низко опущенной голове.
— Не терзайте себя, дорогая. Дрекс не мог поступить иначе. Он самый благородный на земле человек. У него сердце рыцаря. Я хорошо его знаю и уверена, что он найдет выход из сложившейся ситуации. Хорошо, что вы открыли мне свое сердце. Теперь мне многое понятно. Думаю, Кастелло не поздоровится. Дрекс не любит, когда вмешиваются в его дела.
С этими словами Чикита вышла из комнаты. Приняв душ и одевшись к обеду, Кей решила, что бриллиантовые сережки, подаренные ей матерью, очень подходят к кольцу Дрекса. Она достала шкатулку, в которой хранила драгоценности, и открыла ее. В шкатулке лежал сложенный вчетверо грязный листок бумаги. Разгладив его, Кей прочитала:
«Завтра утром приходите в церковь к ранней мессе. У меня для вас есть что-то интересное. Я видел вас с парнем в хаки. Приходите одна, иначе будет плохо. Джо.
Это будет стоить вам 100 песо. Принесите их».
Сердце Кей упало, из груди ее вырвался стон.
Глава двадцатая
Джо! Человек на лошади! Мировой судья! Ей приснился страшный сон.
— Кей! Кей! — тут же услышала она голос Дрекса и его стук в дверь, расположенную между их комнатами.
Дрекс услышал ее невольный стон? Что сказать ему? Как объяснить? Рассказать о записке Джо? Нет, она не может. Джо предупредил: «приходите одна, иначе будет плохо». Дрекс не пустит ее в церковь, а ей необходимо узнать, что Джо хочет сказать ей. Возможно, он просто будет вымогать у нее деньги. Это может быть просто шантаж. А возможно, Джо хочет признаться, что он вовсе не мировой судья. За это известие она заплатила бы больше, чем 100 песо. Он видел ее с Биллом, значит, Джо был одним из тех троих техасцев. Эти мысли молнией пронеслись в голове Кей. Стук повторился. Так и не решив, что сказать Дрексу, Кей засунула записку в вырез платья и открыла дверь.
— Почему вы не отвечаете? Язык проглотили? — спросил Дрекс, глядя на ее побледневшее лицо.
«Как он красив», — невольно подумала Кей.
— Мне показалось, что вы стонали? Что случилось?
— Что может случиться? Ведь этот дом такой же безопасный, как… как церковь, не правда ли? — ответила Кей, запнувшись на слове церковь.
«Почему я вдруг произнесла это слово из записки Джо, и заметил ли Дрекс заминку перед ним?» — подумала Кей, глядя на Дрекса.
— Почему вы не сразу открыли дверь, Кей?
— Я подумала, что вы будете пытать меня, почему я плакала, укладывая Джилл.
— Так почему?
— Обычные девичьи слезы.
— Я в это не верю. Вам не нравится здесь? Скучаете по Биллу Хьюинзу?
— Нет!
— Вспомнили историю в Каса-Фреско? Я отдал бы все на свете, чтобы вы забыли о ней и были счастливы. Не надо больше плакать. Ваши слезы огорчают меня. Идемте, все ждут нас, — произнес Дрекс, открывая дверь, и добавил: — Я выясню причину ваших слез и вашего стона.
Во время обеда Кей мучила мысль: «Что Дрекс предпримет, чтобы выяснить причину моих слез?» Но в конце концов она решила ни о чем не думать и быть веселой.
После обеда начались танцы. Оркестр играл вальс из балета «Эсмеральда». Рука Кастелло лежала на талии Кей, его горящие желанием глаза пожирали ее.
— Вы восхитительны! Я обожаю вас! Я хочу, чтобы вы стали моей женой!
— Вы сошли с ума, сеньор Кастелло! Вы же знаете, что я замужем.
— Но я не верю в это. Когда вы успели выйти замуж и где? Никто не верит в то, что рассказывает Дрекс. У него совсем другие планы.
Увидев подходящего к ним Дрекса, Кастелло замолчал. Дрекс сообщил Кей, что мистер Смолл приглашает ее быть партнером по карточному столу, и, обняв Кей за талию, увел от Кастелло.
— Что Кастелло говорил вам? — спросил Дрекс, когда они отошли на достаточно большое расстояние.
— Ничего особенного. Просто он не верит в наш брак и хочет жениться на мне.
— Хм, любопытно, — сказал Дрекс, подводя Кей к карточному столу.
Через час ее партнер мистер Смолл не выдержал и, вставая из-за стола, заметил:
— Вы совсем не следите за игрой, Кей. О чем вы все время думаете?
Кей была рада, что он прервал игру, и, сославшись на усталость, поднялась к себе в комнату. Карлота, индейская девочка-служанка, уже стелила ей постель. Глядя на девочку в зеркало трюмо, за которым сидела, Кей спросила:
— Карлота, кто-нибудь передавал тебе записку для меня?
— Нет, сеньора, — ответила девочка, широко распахнув огромные черные глаза. «Такие глаза не могут лгать», — подумала Кей и спросила:
— Ты идешь завтра на утреннюю мессу, Карлота?
— Да, сеньора. Я всегда хожу.
— Могу я пойти с тобой?
— Да, сеньора. Для меня это большая честь.
— Но я хочу, чтобы никто в доме не узнал об этом. Можешь ты принести мне одежду служанки?
— Конечно, сеньора.
— Сделай это сегодня, а завтра утром мы встретимся у ворот и как две служанки отправимся в церковь.
Ночью Кей не могла сомкнуть глаз и была рада, когда наступило утро. Одевшись в зеленую с алым форму служанки, Кей незаметно вышла из дома и, присоединившись к Карлоте, пошла в церковь.
Они подошли к старинной церкви, на стенах которой были видны следы пуль. В нишах церкви стояли каменные изваяния святых. У многих были отколоты носы и руки. Много веков пронеслось над их головами.
Внутри церкви горело много свечей. Их мягкий свет ложился на стены, высвечивая фрески на библейские сюжеты.
С трепещущим сердцем Кей опустилась на колени рядом с Карлотой. Люди стояли на коленях и, воздев руки, шептали молитвы.
Прежде чем оглядеть церковь, чтобы найти Джо, Кей прочитала короткую молитву. Откинув черную кружевную накидку, прикрывающую голову, она осторожно посмотрела вокруг. Вот он! Прислонившись к стене, недалеко от входа, стоял Джо. Рядом с ним находился человек в черных очках и в черном, отделанном серебром костюме.
Это был мексиканский майор.
Глава двадцать первая
Когда гости разошлись по своим комнатам, Дрекс вышел в сад. На свежем воздухе легче думалось. Все мысли его были о Кей. Дрекс долго смотрел на окна ее комнаты. Вот свет погас, значит, Кей легла спать. В доме она, по крайней мере, в безопасности. Когда в их первый вечер на асьенде Дрекс, увидев Кей, стоящую на балконе, вспомнил слова Мигеля об опасности и пошел предупредить ее, Кей была очень испугана его приходом. Но если бы Кей только знала, как хотелось ему тогда заключить ее в свои объятия, поцеловать ее испуганные глаза. Сделай он это — она наверняка сочла бы его сумасшедшим.
