Начались перегрузки, а в грузовом отсеке они не слишком-то компенсировались. Заработали ионные бустеры.
— Я говорю «еще рано», потому что я — не полная тупица. Открою я панель, а твой дружок Кран запросто вырвет с мясом весь люк. Панель я не открою до тех пор, пока мы не окажемся за пределами атмосферы. А потом, если кто-то из вас попытается прорваться сквозь люк — а прошу обратить внимание, что люков в отсеке два, — то я открою наружный и тем самым разгерметизирую отсек. Хотите в вакуум? Надеюсь, все ясно?
— Ясно, — процедил Ариан сквозь стиснутые зубы.
— Не больно ты гостеприимна, Джарв, — посетовал Стэнтон.
— Извини, Джон. На самом деле именно ты мне нравишься, но бизнес есть бизнес.
Пелтер одарил приятеля убийственным взглядом.
— А теперь прошу простить меня, — объявила Джарвеллис, — но мне надо вести корабль.
Из динамика снова послышалось хрипение.
— Ты с ней хорошо знаком? — поинтересовался Ариан.
— Она, наверное, еще слышит нас, — предупредил его Стэнтон. — Все эти хрипы — сплошной обман.
— Я спросил, хорошо ли ты с ней знаком!
— Ну, знаком… И ты тоже с ней знаком. Пару раз мы с ней выпивали. Какая разница! Она откроет люк, и мы с тобой вылетим за борт.
Джон напомнил себе о том, что с подобными психами нужно держать ухо востро даже тогда, когда они на твоей стороне. Мистер Кран снова замер, а Пелтер несколько секунд простоял почти так же неподвижно, как андроид, потом медленно, с присвистом выдохнул.
Мистер Кран сел на корточки и принялся вынимать из карманов свои игрушки. Стэнтон подошел к приготовленным для них Джарвеллис запасам и обнаружил шестибаночную упаковку кофе. Отделив две банки, он протянул одну Пелтеру, одну взял себе, отошел и уселся на один из скатанных в рулон спальных мешков. Он потянул на себя язычок на крышке банки и немного подержал ее в руке. Банка быстро разогрелась.
— Между прочим, на окраинных планетах довольно скверное житье, — сказал он.
— Знаю, знаю, — проворчал Ариан и уставился на свою банку. Он до сих пор не удосужился открыть ее и разогреть.
Когда же великий сепаратист в последний раз ел или пил хоть что-то? По крайней мере, Джон давно не был свидетелем его трапезы.
Пелтер отошел к стене, сел и прижался к ней спиной. Только потом он сдвинул язычок на крышке банки.
— Беспорядки в обществе происходят в ответ на воцарение диктатуры, — заявил он с непоколебимой убежденностью.
Стэнтон не стал спорить, он отхлебнул кофе. Его приятель был сепаратистом до мозга костей и предпочитал не замечать реальность. Сепаратисты всегда находились в меньшинстве, как всякие террористы, и их чрезвычайно раздражало то, что их сограждане проявляют слепое повиновение.
— Между прочим, на Хьюме все может обернуться довольно круто для нас, — произнес Стэнтон просто так, чтобы поддержать разговор.
— Не думаю, чтобы у нас возникли сложности даже с самыми крутыми, — небрежно отозвался Пелтер и многозначительно посмотрел на мистера Крана.
— Да… но ты же понимаешь: у них запросто может оказаться оружие, с помощью которого можно разнести в клочья мистера Крана. Никакие запреты насчет оружия там не действуют, и, насколько мне известно, среди населения Хьюма имеется некоторое количество не самых симпатичных типов.
— Потому мы туда и летим, — сообщил Пелтер, отхлебнув кофе.
Стэнтон мучительно соображал, что бы такое еще сказать, но тут вдруг донеслось шуршание из динамика интеркома.
— Думаю, пора перейти к оплате, — заметила Джарвеллис.
Ариан довольно долго смотрел в одну точку, потом все-таки поставил банку с кофе на пол и встал. Мистер Кран начал откладывать в сторонку свои игрушки. Его хозяин уставился на него, и андроид снова взял те предметы, которые успел отложить, и принялся перебирать их, словно раскладывая какой-то странный пасьянс. Пелтер подошел к нему, присел на корточки, открыл кейс, вынул из него черную ленточку, к которой были прикреплены десять ограненных сапфиров. Стэнтон нарочно отвернулся, когда Ариан закрыл кейс и встал. Лидер сепаратистов и так был законченным параноиком, не стоило пугать его интересом к камешкам.
Держа в руке ленту с сапфирами, Пелтер направился к люку в переборке. Над полом открылась диафрагмальная панель диаметром в полметра.
— Брось их внутрь, — распорядилась Джарвеллис. Пелтер скатал ленту в рулон и бросил в отверстие.
Панель со скрипом закрылась.
— С тобой приятно иметь дело, Ариан Пелтер.
Из динамика снова послышался треск — разговор можно было считать оконченным.
Джон посмотрел на своего спутника — ага, знакомое выражение лица, означавшее не что иное, как жажду крови. Пелтер между тем крутил головой, изучая взглядом отсек в поисках камер наблюдения, динамиков или микрофонов. Итак, можно было не сомневаться: он просто еще не решил, на ком или на чем выместить свою злость.
За пределами атмосферы неровное бормотание ионных двигателей «Лирика» сменилось непрерывным воем. В отличие от более крупных звездолетов флота Правительства этот корабль не имел таранной функции и был вынужден какое-то время лететь с ускорением, пока не достигал величины, которую порой именовали «скоростью ощупывания». Эта скорость колебалась в зависимости от размеров корабля и мощности его двигателей гипердрайва и для «Лирика» составляла около пятидесяти тысяч километров в час. Достичь такой скорости корабль при всех ограничениях затрат топлива мог часов через двадцать. Когда это происходило, включались двигатели гипердрайва, особые поля ощупывали космическое пространство, затем проделывали в его ткани невообразимую дыру, и корабль в эту дыру нырял.
Стэнтона разбудило чувство жуткого страха, он судорожно сжал рукоятку импульсного пистолета, открыл глаза и рывком сел.
— Этот отсек не полностью экранирован, — послышался голос Пелтера. Он сидел, поджав ноги, на своем спальном мешке и смотрел на мистера Крана, а тот замер в точно такой же позе. — Хорошо еще, что хоть какая-то защита есть, а не то мы с тобой уже вопили бы как резаные. От такого запросто можно с ума сойти.
Джон кивнул, соглашаясь: нормальному человеку действительно стоило только одним глазом увидеть гиперпространство, и он рисковал лишиться рассудка. А псих? Снова стать нормальным?
— Пора бы нам залечь, — пробормотал он.
— Верно, — отозвался Ариан. — Я уже почти закончил с мистером Краном.
— Что закончил?
— Не хочу, чтобы случилось что-то непредвиденное, пока мы будем в спячке. Мистер Кран будет нас охранять. Он, в конце концов, наделен спокойствием машины.
— Вряд ли Джарвеллис что-нибудь учинит. — Стэнтон встал. — Да она его боится как огня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
