Не нужно было изобретать фантастических особей женского пола, не нужно было умозрительно наделять их тела, внутренности, половые органы будораживающими его нездоровое воображение запахами, чертами, свойствами, коль скоро имелся вполне реальный объект, в котором эти подразумеваемые свойства присутствовали изначально. Более того, садистские фантазии, направленные на Таню, получали обоснования, поддающиеся разумному объяснению, даже логичные в его системе координат. Предательница, изменница, она, как представлялось Муханкину, готова отдаться каждому, и его воображение живо рисовало конвульсии, судороги, которыми заходилось её распаленное тело в миг оргазма, он воспринимал её свои внутренним взором как своеобразное похотливое животное, обонял её мускусные интимные запахи, распалялся от слышимого внутренним ухом утробного воя удовлетворенной самки. С другими, как рисовалось ему, она наслаждалась так, как никогда не получалось с ним, и винил он в этом исключительно её, а не себя.
Концентрируя на ней всю свою ненависть к женщинам, он (возможно, бессознательно) отодвигал на второй план ненавистную фигуру матери, и потому Тане приходилось в границах его фантазийного мира отвечать не только за себя, но и за мать.
Это письмо содержит важнейшее для нас признание. Из него становится известно, как Муханкин впоследствии, выйдя из колонии, часами, днями, неделями, наблюдал за всеми передвижениями бывшей жены, как крался за ней, когда она, ничего не подозревающая, отправлялась в магазин, торговый центр, на рынок, как ему хотелось подойти к ней, остановить и «что угодно» сделать с ней. Как сообщает сам Муханкин, он мог незаметно пронзить её заточкой, а потом со стороны наблюдать за тем, как вокруг истекающего кровью тела собирается толпа зевак.
И если пьянчуга П. был пронзен отверткой по капризу случая, просто потому, что подвернулся под руку формирующемуся серийному убийце в момент, когда неудержимое желание реализовать подспудные абстрактные фантазии отключило «тормоза», то импульс, толкавший к нападению на бывшую жену Татьяну, подпитывался постоянным, целенаправленным фантазированием. Этот несостоявшийся удар по сути своей должен был действительно отомстить ей, «столько доставившей страданий», и ему, по-видимому, отводилась функция замещения полового акта, нечастого в их отношениях и никогда не приводившего к тем волшебным последствиям, которые только в фантазиях виделись яркими, красочными, непередаваемыми.
Но Татьяне повезло: намерение не реализовалось, готовившийся удар так и не был нанесен, и потенциальная опасность не обернулась трагической реальностью. Вернее, реальностью она стала для других.
Глава 5
Второй процесс
На первый взгляд, преступные действия Муханкина, приведшие к его аресту 18 августа 1988 года, а затем к следствию и процессу в начале 1989 года, в результате которого он был приговорен к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в ИТК строгого режима, выглядят очень далекими от кровавого финала рассматриваемой нами драмы. Однако сегодня пристрастный анализ этой давнишней истории приводит к пониманию и перетолковыванию её как важной и закономерной составляющей становления серийного убийцы.
Листая пыльные и пожелтевшие страницы этого дела, невольно поражаешься тому, как красноречивые, страшные, весьма характерные для преступлений против личности факты могут практически раствориться среди множества справок, бумажек, показаний и объяснений, относящихся к случаям мелкого воровства и хищений, затуманивающих понимание глубинных реальных мотивов поведения пытающегося реализовать свои давно вызревавшие сексуальные фантазии индивида.
Показательно, что обвинительное заключение, в духе приоритетов тех лет, начинается с развернутого перечисления всех тех предметов, которые, как было установлено, было похищены Муханкиным из различных государственных учреждений, домов культуры и со строек.
Хотя эта часть деяний Муханкина, конечно же, мало что может добавить к пониманию присущих ему сексуальных аномалий, приведем вкратце некоторые сведения о них, чтобы передать обшей впечатление о магистральных направлениях борьбы органов правопорядка против расхитителей госсобственности времен кризиса «развитого социализма».
Мы узнаем, что в ночь с 22 на 23 октября 1988 года Муханкин, «имея умысел на хищение государственного имущества», проник на территорию детского сада «Калинка», влез в открытое окно и похитил покрывавший пол игровой комнаты ковер размером два на три метра стоимостью 547 рублей, а также детское покрывало стоимостью 3 рубля 10 копеек. Заодно он также прихватил две молочные фляги стоимостью по 2 рубля 50 копеек, нож столовый, ценности не представляющий (в дело вшита справка за подписью главного бухгалтера детсада, из которой можно узнать, что находившийся» в эксплуатации» три года нож изначально стоил в 1983 году 87 копеек), и два зеркала по 16 рублей 80 копеек.
В число похищенных предметов входят также вынесенные после взлома в ночь с 25 на 26 октября 1986 года из летнего кинотеатра «Парус» магнитофонная приставка «Нота» и два высокочастотных динамика.
То ли в 1987 году Муханкин изменил себе, то ли следствие не смогло найти никаких сведений о его действиях, но так или иначе следующий зафиксированный случай относится к 24 февраля 1988 года, когда в 4 утра он пришёл к Волгодонскому ДК «Октябрь», имея при себе веревку и детские санки. Забравшись по пожарной лестнице на крышу дворца, он закрепил на чердаке веревку и по ней, демонстрируя изрядную сноровку, спустился вниз, проник через окно в радиорубку и, если верить результатам следствия, унес оттуда большое количество различной радиотехники: 4 колонки, магнитофон «Снежеть», два магнитофона «Электроника-324», три микрофона, усилитель, а также кое-какие мелочи вроде магнитофонных лент. Вероятно, санки были достаточно большими, раз в них удалось уместить все разномастные трофеи.
Впрочем, триумф похитителя был, похоже, преждевременным, ибо, как явствует из цитируемого документа, радиоаппаратура при ближайшем рассмотрении оказалась неисправной. Вернувшись двумя часами позже с теми же санками и веревкой, Муханкин вновь по пожарной лестнице забрался на крышу никем, очевидно, не охраняемого дворца культуры и, закрепив веревку на чердаке, спустился вниз и проник в здание, но теперь уже остановил свой выбор на другом помещении, откуда без лишних колебаний изъял усилитель «Бриг-001», два магнитофона «Тесла» и кое-какие мелочи. Загрузив добычу на всё те же санки, Муханкин повез её на работу, а затем перенес домой. Жена Татьяна, видимо, лишних вопросов без нужды не задавала.
Однако интересы Муханкина-похитителя то ли не ограничивались сферой музыки, то ли были направлены против общенародной собственности как таковой, поскольку в ночь на 11 апреля он ножовкой выпилил решетку на окне бытовки, принадлежавшей СУМР-2, откуда вынес нивелир, шлифовальную машинку, электродрель, два анемометра, сварочный костюм, 20 пар рукавиц, два монтажных пояса, питьевой бачок, паяльную лампу, трансформатор, кабель и еще кое-что, если не считать, что все пропавшие по разным причинам мелочи записали впоследствии ему в актив. Все похищенное было спрятано им на крыше одного из цехов.
Общая сумма украденного Муханкиным государственного имущества составила 3339 рублей 18 копеек. Сумма, конечно же, немалая по тем временам, но не впечатляющая. Вряд ли она соизмерима с ценой не только одной человеческой жизни, но даже с теми физическими и нравственными страданиями, которые испытывают реальные человеческие существа, соприкоснувшись с прихотливой реализацией маньяком своих потаенных желаний.
Тут мы подходим к эпизоду, который на суде остался без последствий, поскольку не был доказан, но который, по всей видимости, заслуживает весьма пристального внимания. Согласно версии обвинения, 16 апреля 1988 года Муханкин в 13 часов 30 минут в нетрезвом состоянии приехал на велосипеде на территорию волгодонского дендрария. Оставив велосипед под соснами, он вышел на асфальтовую дорожку, где встретил 10-летнюю школьницу Ольгу Б. Поравнявшись с девочкой, он схвати её и прижав к себе, перенес в глубь дендрария к тому месту, где оставил велосипед.
