Всё это выяснилось прямо на линейке, когда настоящий ректор представлял первокурсникам преподавательский состав, и потом старшекурсники, в числе которых был Лай, сверлящий меня взглядом, провожали нас в аудиторию на первую вводную пару. А в дверях аудитории мы столкнулись с Марго, лаборанткой на моей кафедре. Прелесть! Сразу все удовольствия в одном флаконе, так могло повезти лишь мне.
И если Лай только бросал взгляды, а Гор вообще, наверное, меня пока не заметил, то Маргоша точно тёрлась в дверях по мою душу, ну нельзя стоять с такой ехидной улыбочкой просто так.
— Ну, что, брошенка? Оказалась на моём месте? Как тебе ощущения? — Она не фея! Она нагиня какая-то!
Ощущения мне не нравились: волоокая лань-Лариса мгновенно встала перед глазами, но по официальной версии мы с Дрогомилом не расставались.
— Милая, ты что-то путаешь, дай пройти. — Лаборантка шипела достаточно громко, и мои будущие одногруппники начали обращать на нас внимание, что было мне совершенно не нужно.
— Ха-ха! Не строй из себя особенную! Чем он от тебя откупился? Серёжками? Абонементом в СПА? Или просто денег дал?
Квартирой он от меня откупился, чего уж там. Она, конечно, лучше серёжек, но всё равно змеюка прошлась по больному, и то, что ей досталась подачка поменьше, никак не утешало. Хотелось вцепиться ей в волосы, но я сдержалась.
— Прости, Марго, мне некогда выслушивать бред обиженной любовницы, надо занять место, — я обогнула фею и с гордым видом проследовала в аудиторию, по пути слегка задев гадюку плечом.
Ну, спасибо, блёклая моль! Внимание студентов мне обеспечено — множество глаз светилось любопытством, которое я физически ощущала своими новыми способностями, пока шла к свободному месту, нашедшемуся в третьем ряду.
Дальше день пробежал без особых происшествий: перепалка с Марго принесла неожиданные плоды: повышенный интерес среди одногруппников оказался не тем, на какой рассчитывала бывшая Дрого, а ровно противоположным. Парнишки смотрели на меня с интересом, а девчушки с любопытством, в котором явно прослеживался корыстный мотив познакомиться поближе для обмена опытом — еле отбилась. В этом деле главное не перегнуть палку: вид надо держать загадочный, отстранённый, но не высокомерный.
Ценных знаний в нас в первый учебный день, само собой, никто не вкладывал, зато всем выдали расписание, список учебников и донесли прочую информацию, касающуюся будущего учебного процесса.
Коля с Игорем мне в тот день больше на глаза не попадались, но я не обнадёживала себя временной удачей, это всего лишь отсрочка, поэтому лучше всего пойти в наступление первой и с каждым из них поговорить по душам. В конце концов, эти двое были самыми адекватными из пятёрки, я и в прошлой жизни рассталась с ними нормально, почему бы не рискнуть в этой и не заручиться их поддержкой?
Домой опять шла пешком, размышляя, как построить разговоры, и изо всех сил выбрасывая из головы слова феи, но проклятое мозговое кровообращение гнало кровь только в тот участок мозга, где жил Дрого.
Вечером не выдержала и набрала Неле.
— Привет, — обрадовалась она моему звонку, — ты как? Понравилось?
Рассказала о впечатлениях, поржали над моими попытками состроить из себя крутышку и заработать авторитет, а потом я осторожно перешла к делу.
— А в городе что нового? Тут наш местный канал не ловит.
— Ничего. Скукотища. Вы уехали, по телеку смотреть нечего, тухну у холодильника.
— А как тебе новая помощница Дрогомила?
— А, ты об этом? Хочешь, я наведу справки? — она слишком хорошо меня знала, чтобы перед ней юлить!
— Хочу, Нел.
— Понял-принял. Завтра позвоню с отчётом.
— Спасибо.
Спать ложилась в относительном мире с собой: принятое решение поговорить с эксами и уверенность в том, что Нела раздобудет достоверную информацию об отношениях Дрого с Ларисой, позволили мне уснуть спокойно и проспать до самого утра.
Глава 24 "Дипломат года"
Первые две недели учёбы выдались очень напряжёнными: на лекциях мы осваивали азы владения магией, Марго язвила при каждой встрече, сыпля мне соль на рану, а Нела ничего вразумительного по телефону не сообщала, кроме того, что у неё закрутился роман с кое-каким видным мужчиной, имени которого она мне не назовёт, но с радостью познакомит, когда я приеду в город праздновать её двадцатилетие. Оно, кстати, через неделю.
Я была так занята, что даже испытала облегчение, когда Вертус сообщил, что Монтикор поехал на выставку за границу, и в ближайшие выходные он не сможет привезти ко мне пса.
Всё свободное от учёбы время я проводила, медитируя в саду: пытаясь почувствовать течение магической энергии и научиться направлять её в нужную чакру, вспоминая анатомию и зубря простейшие заклинания. Я решила стать настоящей заучкой и получить повышенную стипендию.
Но и про свой план конструктивного разговора с эксами не забыла: начать сочла правильным с Игоря, как со старшего, тем более что он явно имел влияние на Колю.
Такая возможность выдалась через неделю после начала занятий, когда в расписании появилась лекция по целебной артефакторике. На первом курсе эти занятия проводились редко, факультативом, чтобы помочь студентам определиться с будущим направлением своей деятельности, и к посещению были не обязательны, поэтому на пару мало кто ходил, и Гор не мог не заметить меня, сидящую в первом ряду.
Рассказчиком он всегда был изумительным, и я бы точно выбрала своей специализацией артефакторику после такой-то лекции, если бы не те раздражающие взгляды, которые профессор всё время на меня кидал.
После звонка я умышленно долго складывала сумку и, дождавшись, когда аудитория опустеет, решительно открыла дверь в лаборантскую.
— Гор, нам надо поговорить, — начала я, когда тот обернулся на звук, — и верю, что ты услышишь меня и поймёшь.
В памяти он оставался хорошим человеком: умным, добрым, талантливым, но просто не моим.
— Я всегда готов тебя выслушать, ты же знаешь, — глаза его лучились грустью, — проходи, присаживайся.
— Знаю, — я прошла и опустилась на стул, стоящий у заваленного механизмами стола. Во второй раз слова для объяснений было подбирать проще, но всё равно сложно. Особенно сейчас, когда я, благодаря способностям эмпата, ощущала эмоции собеседника. Делать хорошему человеку больно было невыносимо, но в нашем случае необходимо. — Я знаю, что тебе осталось четыре года для того, чтобы обзавестись наследником, и сожалею, что подвела, но попробуй меня понять…
— Я понимаю, Савушка, я не достоин…
— Нет! Напротив, ты достоин! Настоящей любви, настоящей семьи, а я не та. Прости, что была так глупа и позволила себе запудрить тебе мозги, мне стыдно…
— Нет, Савушка, ты не глупа, просто очень жалостлива, это ты меня прости. — Навернулись слёзы, и я даже всхлипнула. — Ну вот, я заставил тебя плакать.
Мне действительно было до слёз жаль этого доброго, честного, но слабого мужчину.
— Иг… Гор, прошу, дай себе шанс на счастье! Ты достоин его, как никто другой! Возможно, тебя убивает рутина? Поменяй кардинально жизнь, это порой очень помогает! — во мне заговорил бизнес-тренер.
— Ты считаешь меня достойным?
— Конечно! — я даже со стула подскочила для убедительности, почувствовав его робкую надежду. — Я на сто процентов уверена, что тебя где-то ждём вторая половинка, просто нужно выкинуть из головы меня и не тратить время на депрессию. Обещаешь попытаться?
Он улыбнулся, а я ощутила исходящие от него крепнущее желание перемен и умиление. Ну да, он всегда мною умилялся, особенно когда я говорила какие-то глупости. Но это лучше, чем сквозящие ранее безысходность и разочарование.
— Обещаю, Сава, а ты обещаешь стать счастливой?
— Обещаю, Гор.
— Вот и чудесно! Мне поступило предложение полететь в Америку преподавать по обмену, наверное, я соглашусь…
— Конечно, соглашайся! Вот это будет правильное решение.
