хрипло шепнула она и сглотнула.
Глава 15
В груди Элиаса наросло неясное томление. Не было у него никаких ухаживаний за девушками и трепетных таких, как Василиса не было. Он всегда понимал, что сделать больно вот такой вот девушке, переспав с ней и расставшись на утро, это не то же самое, что с девушками подобными Соне. Понимал и обходил стороной. Позволил Васе уплыть в руки надежного Сережи, который оказался оленем.
Вздохнул, отвернулся опять к арке, поерзал, искоса глянул на Василису. Твою мать, как же его накрыло робостью и неуверенностью в себе. Это же Лапуля, самая близкая ему девушка с самого детства — фарфоровая статуэтка хрупкая, вазочка хрустальная. Тут всё серьезно и ошибок совершать нельзя. Зажать в углу за сараем и потащить к себе в комнату не получится. В бар сводить и там облапать тоже. А он бы вообще посмел с ней так? Тут нужны цвет, театры и конфеты.
Элиас расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке и понял, что взмок. Тахикардия что ли? Может к врачу на днях сходить, кардиограмму сделать? Ненормально это, что сердце прямо в горле ухает, а пульс зашкаливает.
— Элли, всё хорошо? — руку обожгло легким прикосновением и Лапуля внимательно заглянула ему в лицо. Любопытная такая, глазки вон какие большие.
— Волнуюсь я, — выдавил он и накрыл ее ладонь своей второй, — за родителей, — добавил, когда увидел легкое удивление, промелькнувшее на ее лице.
— Оуу, — Василиса широко улыбнулась и состроила бровки домиком, — это так мило, Элли. Но ты не переживай, — она высвободила свою ручку и потрепала его по плечу, — они обязательно скажут друг другу " да ". Или у тебя есть ещё варианты? — в голосе явно читалась насмешка. А ему было не до смеха. Он тут весь не знает как начинать подкатывать, а ей смешно.
— Обязательно скажут, но я на всякий случай, — глаза зацепились за помолвочное кольцо Сережи, что все так же сверкало на тонком пальчике и ноздри расширились. Как бы его где-нибудь потерять. А заодно и Сережу, чтобы даже не возвращался.
— Не думала, что ты такой чувствительный, — Василиса ударила своим плечиком его, — это так мило.
— Правда? — парень быстро просканировал лицо Лапули на случай, если та вдруг просто издевается.
— Правда — правда, — ее глаза заискрились и метнулись к месту, где сидела Васина семья, — и раз уж ты такой милый и чувствительный, я даже отдам тебе два танца, чтобы с Соней танцевать пришлось на один меньше. А то мне кажется, придется тебе сегодня несладко.
— Лапуль, — Элиас ухватился за соломинку и притворно вздохнул, — спасай. Пропаду же. Я тут слышал краем уха, что на меня открыта охота, забирай все танцы.
— Тигр из пустынной Саванны заострил свои клыки, — хрюкнула Василиса тихонько и прикрыла ладошкой рот. Ее намек на платье Сони оказался очевидным, — загонит тебя в темный угол и проглотит.
Элиас прикусил губу, чтобы не заржать в голос и кивнул:
— Страшно за себя и свои кредитки.
— Злой какой, — закатила глаза Лапуля, — ладно, три танца.
— Уже легче, — хмыкнул Элиас и обернулся, — остальные поделю между Ниной и Мартой. Пора встряхнуть девчонок.
— Ты наших детей уже видел, да? — Василиса тоже обернулась и немного натянуто улыбнулась старушкам.
— Да, — протянул Элиас, — красивые будут. Вечер у нас с тобой предстоит сложный.
— Боюсь представить, что ещё они могут придумать, — прошептала тихо Василиса и дернула Элиаса, чтобы он перестал сверлись старушек взглядом, — вдвоем это та ещё сила. Заговорщицы.
Ребята опять обернулись, на что бабушки мило им улыбнулись и синхронно помахали.
— Давайте поприветствуем Ингрид и Марка, — раздалось вдруг в микрофон и Элли с Васей чинно сосредоточились на арке. Ведущий с благоговейной улыбкой включил легкую музыку и вздохнул, — тридцать лет, для кого-то это целая жизнь, а для кого-то лишь один счастливый миг вместе.
Губы Элиаса дернула легкая улыбка и он обернулся на отца, который вышагивал по проходу. Высокий, статный, седой. На лице застыло счастливое выражение.
Элиасу пришла в голову мысль, что с Васей у них уже есть пятнадцать лет. Да, не брак, а дружба. Но не каждый способен сохранить теплые отношения долго даже такими. А они смогли. Может это знак?
Марк остановился рядом с ведущим, бросил взгляд на сыновей и подмигнул.
— Клятвы будут на родном языке нашей пары, поэтому вы сможете обратиться к своим смартфонам и следить за переводом там, — ведущий озвучил организационный вопрос, — встречаем нашу Ингрид.
Под одобрительные аплодисменты, женщина, немного смущаясь и пряча лицо в букете из белых пионов, прошла к своему мужу и сжала протянутую им руку. На ее глазах выступили слезы.
- Älskade, från det ögonblick då jag först såg dig och visste vilken typ av person du är, insåg jag att jag vill leva med dig hela mitt liv. Sinne, skönhet.., - Марк развернулся к жене и серьезно заглянул ей в глаза. Видно было, что произнесенные им слова не простой звук для мужчины.
— Любимая, — голос Элиас дрогнул. Для него это был первый раз, когда парень его произнес. Для Лапочки… и пусть вот таким образом, но внутри разлилось приятное тепло и спокойствие. Будто все очень даже правильно и как надо происходит, — с того момента когда я впервые увидел тебя и узнал какой ты человек, я понял, что хочу с тобой прожить всю свою жизнь, — парень склонился ещё ниже, одна его ладонь переместилась Василисе за спину и легла на спинку стула, чтобы пальцы могли легко касаться голой кожи на шее. Малышка сразу же вздрогнула и начала кусать свои алые губки. Вторая ладонь опустилась на подрагивающую женскую ладошку у нее на коленках. Слова лились легко и свободно, окутывая из двоих и словно отгораживая от окружающих, — Ум, красота, душевность, которой наделила тебя природа вдохновляют и заставляют меня быть лучше. Я обещаю любить тебя всегда, всю жизнь. Обещаю уважать тебя, всегда быть с тобой честным и верным. Я торжественно клянусь тебе в этом, — Марк назвал имя жены, а Элиас промолчал, пытаясь словить взгляд лапочки. Та лихорадочно рассматривала его рубашку, шею и губы. Потом их руки и пальцы, сплетенные вместе. Отчаянно краснела и жевала нижнюю губу. Наконец отважилась и посмотрела наверх, захлопала часто ресницами, смаргивая выступившую влагу.
— Элли, — долетело до него вместе с теплым ванильным дыханием, — это..
Во рту собралась слюна и Элиас с огромным трудом подавил порыв нагнуться ещё чуть ближе и впиться в искусанные губки поцелуем.
— Василек, — он перевел растерянный взгляд на
