родителей, для которых тоже никого, кроме них самих не существовало.
В груди Элиаса щемило от слишком сильных, захлестывающих эмоций. Раньше он предпочитал так сильно во всю эту розовую ваниль не погружаться. У него была любимая работа, бокс, друзья и девушки, с которыми можно было развлечься и приятно провести время, при этом в свою жизнь не приглашая.
Мама смахнула выкатившуюся слезу и обернулась на близких, ее голубые глаза встретились с такими же глазами сына. Взгляд наполнился нежностью.
— Tack vare dig, jag skrattar, jag ler, jag är inte rädd för att drömma igen. Jag ser med stor glädje fram emot att tillbringa resten av mitt liv med dig, ta hand om dig och hjälpa till i alla svårigheter som livet har i beredskap för oss, jag svär att vara trogen och hängiven dig till slutet, — Ингрид положила ладонь по центру груди мужа и подолвинулась ближе, позволяя себя обнять.
— Благодаря тебе я смеюсь, я улыбаюсь, я снова не боюсь мечтать. Я смотрю вперед с большой радостью, чтобы провести остаток моей жизни с тобой, — Элиас сглотнул и перехватил ладонь Лапочки, его пальцы накрыли кольцо, подаренное другим мужчиной. Ему не хотелось, чтобы она думала сейчас о ком-то другом, поскольку для него слова и клятвы словно оживали на языке. Становились собственными мыслями, которые он хотел произнести вслух для нее. Ингрид говорила, он повторял, пропуская все через себя и Василису, поскольку словив ее взгляд, уже не отпустил. Она словно маленький пушистый кролик сидела перед удавом и завороженно, почти не дыша, слушала, — я клянусь в верности и преданности до конца своей жизни.
Вокруг наступила тишина, которую никто не решался нарушить. Светлое чувство кружило сейчас над садом, спускаясь на каждого и даря ему частицу тепла и любви.
— Ну вот, — первым очнулся ведущий, видимо привыкший к таким проникновенным моментам, — это было потрясающе. Марк, Ингрид, мы вас любим. Спасибо, что пригласили разделить этот вечер вместе с вами. И давайте уже поаплодируем паре, замахнувшуюся на вторые тридцать счастливых лет.
Марк подмигнул жене, подхватил ее на руки под одобрительный гул гостей и покружил. Та смеялась и даже не смела возражать.
— Хочу также, — задумчиво, но твердо кивнул Элиас, ещё не отпуская Лапочкин взгляд.
— Я тоже, — её ресницы задрожали и розовый язычок увлажнил сахарные губки. Голова Элиаса окончательно затуманилась и он опустил её чуть ниже, склоняя на бок. Звуки приглушены, вокруг мягкий гул и теплота вечера. Их лишь двое совсем рядом и тонкая нить натягивает от сердца к сердцу. Совсем призрачная, но это пока.
— Элли, — разрывающие громко и недовольно почти в самое ухо. Все тело словно сжало и покорежило, заставив зажмурится. Умеют некоторые испортить момент.
— Что, Соня? — он напряженно поднял на нее глаза и тут же ощутил, как нежная ладошка дернулась из его руки. Василиса выпрямила спину и нерешительно оглядывалась по сторонам. Вся взъерошенная и красная, как помидорка.
— Просто хотела поболтать, — девушка бесцеремонно опустилась на неожиданно опустевший стул рядом с Элиасом и проводила Лапочку недовольным взглядом.
— Соня, послушай, — начал он нетерпеливо, наблюдая как перед Василисой материализовался тот самый Русик, который вполне мог составить ему конкуренцию, — нам нужно серьезно поговорить. Я вижу, что ты, — Элиас поморщившись, пробежался по наряду Сони, — похоже решила что мы с тобой.…
— Да, — та с большим энтузиазмом схватила его за руки и придвинулась ближе, — рада, что ты заметил и мы не будем играть в эти детские игры. Я бы хотела продолжить то, что мы начали раньше, помнишь? — её голос стал низким и игривым.
— Соня, точно нет, — отрезает спокойно, продолжая наблюдать, как Руслан начинает добродушно улыбаться Васе и передает ей бутон розы, явно нашептывая комплименты. И минуты не прошло, а она опять улыбается и краснеет. Только уже для кого-то другого. Внутри заревела ревность и Элиас пропустил большую часть речи, что ему Соня напевала. Её руки уже оказались на его груди и шее, а губы потянулись к щеке. Прилипла, даже заметить не успел.
А вот Лапуля обернулась и заметила. Губки поджала и побыстрее отвернулась, скрывая свое негодование. Элиас отреагировал по-дурацки — широко улыбнулся. Тоже ревнует, малышка.
— Я приду, — донеслось до него обрывком фразы и горячее дыхание опалило ухо.
— Куда, что? — Элиас встряхнул головой и перехватил запястья Сони, сдержанно отдирая их от себя. Все же юбилей родителей, не время скандалить и выяснять отношения с бывшими, — Соня, ничего не будет. Найди сегодня кого-нибудь ещё.
Поднявшись на ноги и не обращая внимания на надувшуюся девушку, Элиас начал блуждать взглядом по толпе, разыскивая неожиданно исчезнувших Лапочку и Руса.
— Твою мать, — процедил он, заметив как ушлый Русик схватил два стула и потащил их к накрытому в стороне длинному столу для гостей. Решил усадить Лапулю рядом с собой, прошаренный щенок.
— А ты мог бы сесть со мной, — обида Сони на отказ длилась меньше секунды и её обычное игривое настроение вернулось. Длинные женские руки примостились него на плече, а объёмная грудь мягко прижалась. Элиас выдохнул через ноздри скорее горячий пар, чем просто воздух. Легко сегодня не будет.
— Мужчины, — раздалось в микрофон, — надеюсь, у нас есть такие. Нужна ваша помощь, — ведущий выступил на первый план перед все ещё густой толпой, поздравляющей юбиляров, — обратите внимания на прекрасную влюбленную пару за столом. Да, именно туда следует перенести все стулья с места церемонии. Как это сделал наш рыцарь, для своей прекрасной дамы.
Элиас зло зыркнул на ведущего с явным желанием пересчитать ему ребра, а лучше переломать. Какая влюбленная пара? За столом был пока только Русик, нагло окучивающий его маленькую и растерянную Лапушку. Они знакомы всего-то пару минут!!! Да она вообще только из вежливости его не отшивает. И может быть злится, что Соня опять к Элиасу пристала, как банный лист.
Под аплодисменты Марк под руку с Ингрид промаршировали к столу. Отец нахмурился и закатил глаза, взглянув на бестолкового сына. Оскар втихаря показал палец вниз и выразительно одними губами сказал «лох».
«Лох и есть» — подумал Элиас, обернувшись на довольную Соню.
Глава 16
Главное не смотреть на них! Пусть себе милуется с Соней, ей всё равно!
Василиса сжала в ладони подаренный Русланом бутон белой розы и втянула запах. Нежный и тонкий аромат проник в легкие и хотя бы немного вытравил запах этого так называемого друга. Разве друзья так поступают? Что это вообще сейчас было? Он так проникновенно говорил слова любви, так
