я.
– Там три короля много веков правили все более жестоко, уничтожая свой народ, а когда однажды народ восстал и захватил дворец, то на тронах сидели мумии, и оказалось, что все это время люди правили собой сами, никто, кроме них, не был виноват в чудовищных жертвах. Это мужская сказка, но самое интересное, что в Британском королевском музее я нашел исторический трактат, женский, в котором описывалась реальная история, ставшая прототипом этой сказки. Дело было в Валахии, на землях нынешней Румынии, полторы тысячи лет назад. В то время в Европе жогов не убивали сразу, их просто оскопляли в детстве, до полового созревания, чтобы они не выделяли феромоны, влияющие на окружающих.
Иногда – довольно редко – кто-то умудрялся сохранить ребенка в тайне, тот вырастал и имел все шансы насладиться своей короткой жизнью спокойно в кругу семьи. Но однажды в одном месте дотянули до полового созревания недалеко друг от друга сразу три жога примерно одного возраста.
Гормонально они так устроены, что чувствуют друг друга. Они собрались вместе, подчинили окружающих – мужчин и женщин – и захватили власть в королевстве. Узнав об этом, соседи пошли на них войной – и жоги захватили соседей.
Остальные страны огородились – был вырыт гигантский ров, его окружили стеной, которая до сих пор местами осталась; возможно, ты слышал – «Арианов вал». Тогда он был высотой до десяти метров, через каждые двести шагов – деревянные заставы с сигнальными кострами.
Все страны вокруг ждали нападения, тратили деньги и силы на этот ров, эту стену, на то, чтобы вырубить вокруг лес, поставить новые башни, снарядить новые тысячи бойцов.
Так продолжалось почти сто лет. Представляешь? Сто лет постоянного ожидания войны, когда вся экономика направлена на это. В конце концов Арьята Святая решила, что хватит бояться, и пошла войной на Трех Королей. Собрала гигантское войско, одно из самых больших в древней истории.
Но никаких жогов армия не обнаружила. Потому что жоги живут до тридцати лет. В идеальных условиях – до сорока. А еще им на самом деле не нужны никакие завоевания, жоги не любят войну, они не жестоки и вне нашей логики. Они просто хотели, чтобы их не трогали.
То есть реальный исторический факт: трое жогов объединились с целью самозащиты и воздействовали вместе на враждебных селян. Осознав, что теперь им точно конец, посредством этих селян захватили власть, потом с помощью плененных солдат присоединили к себе напавшие на них соседние страны, а как только угроза миновала – отпустили всех, кого завоевали, и жили спокойно где-то в глуши.
А обычные люди, и мужчины, и женщины, вначале долго раздували призрак угрозы, а потом десятилетиями боялись придуманного страшилища.
– И никто не подумал о том, что жоги живут всего тридцать лет? – уточнил я. – За целый век?
– Думали, наверное. – Дядя пожал плечами. – Может, решили, что теперь там много жогов и они стараются воспроизвести себя. В летописях об этом нет ничего, но можешь мне поверить: когда люди решили бояться, они будут это делать с полной отдачей. Бояться можно в удовольствие, а вот иметь мужество и женственность – это тяжелая работа.
Мы заехали в магазин мужской одежды. Дядя долго совещался с продавцом, потом мерил, выбирая из десятка вариантов, в итоге заставил меня выложить полторы сотни за три комплекта дорожных костюмов – компромиссных между комфортом и официозом.
Когда дядя вышел в одном из этих костюмов, в желтой сорочке в фиолетовую полоску и в серой фетровой шляпе, я увидел в этом изможденном мужчине того человека, которого знал много лет назад. Денди и щеголя, яркого, красивого дипломата.
Раздался телефонный звонок.
– ЯОсвободиласьКогдаПриедешь? – на плохонькой общей выпалила в трубку Раннэ.
– Едем, – ответил я.
В дороге дядя еще раз уточнил:
– Ты доверяешь этой дикой?
– Пожалуй, больше, чем тебе, – ответил я.
– Она изнасиловала тебя, – заметил через некоторое время дядя. – Ты не можешь знать, что ее Блеск был случайным, а не запланированным.
– Она обычная программистка на фабрике.
Дядя молчал, тревожно глядя на дорогу, потом сказал:
– Позволь мне немного поговорить с ней.
– Только прошу, не испорть все, – ответил я. – Сейчас она готова нам помочь, хотя вовсе не обязана.
– И это тоже странно. – Дядя скептически поджал губы.
На этот раз перед въездом в анклав выставили бетонные коробы, набитые мешками с песком, и пришлось змейкой обруливать их.
– Близится Буря, – сказал дядя. – Готовятся. Я все правильно рассчитал.
Офицер самообороны, пухлая невысокая женщина под пятьдесят, внимательно смотрела на то, как мы проезжаем, но даже не попросила у нас документы.
– Странно, – сказал я.
– Ничего странного, – ответил дядя. – Буря произойдет в любом случае, но, если в анклаве не окажется мужчин, она будет «холостой», как в женских тюрьмах, когда идет неполный выброс гормонов и следующая Буря может случиться уже через неделю. А чтобы устраивать Бури не чаще, чем раз в год, нужны мужчины. Сакральная жертва. Правда, по моим данным, вопрос решается несколько иначе, чем заманивание случайных гостей.
– И как же? – спросил я, но дядя не ответил.
Он смотрел на то, как команда из полутора десятков женщин разбирает рекламные тумбы. Я обратил внимание – с улиц исчезли тумбы и урны. Столбы электросетей сверкали свежей гладкой эмалью на два метра вверх.
Внутри меня пробежала дрожь. Анклав действительно готовился к Буре.
Едва я запарковал машину, к ней подошла Раннэ, она попробовала открыть заднюю дверцу, не получилось, постучала мне в окно. Я разблокировал замок, и она села сзади.
– КоМнеНельзяУМеняДевчатаЧувствуютБурюМогутСорваться, – сказала она на торопливом общем языке. – ЯПослеБлескаМнеМожно.
– Один вопрос, – ускорил свою речь дядя. – Кто приказал тебе врезаться в Володю?
Я внутренне застонал. Святые предки, ну я же просил! Я хотел было уже начать объяснять, что у дяди была травма, что он сталкивался с Блеском в совсем других условиях, когда увидел в зеркале заднего вида, что Раннэ занервничала.
– Адра? Асура? Аланнэ? – Дядя Сема бомбардировал девушку именами.
– Нет! – возмутилась она. – ВыДумаетеЭтоВрагиАнаит? ЭтоСамаАнаит!
Я обомлел. Значит, все и правда было подстроено? Причем – моей матерью?
– ДайТелефон, – потребовала Раннэ. – Быстро!
Я после недолгого раздумья протянул ей гаджет. Она достала шнурок, соединила наши аппараты и несколько минут что-то делала, даже не спросив у меня код разблокировки.
– Я же говорил, – сказал дядя на низкой речи. – Я знал.
– Тебе просто повезло, – ответил я и мысленно добавил: «старый параноик».
– ДержиКнопкуГромкостиВниз, – протянула мне телефон Раннэ.
Я так и сделал. Ничего не произошло. А потом она заговорила – на обычной высокой речи, за гранью моего
