визит. Официально я к вам приду в десятых числах сентября, — посмаковав напиток, наконец, ответил аудитор. — Однако учитывая, что вы в бизнесе человек новый, не знающий определённых нюансов, я хотел бы заранее обговорить определённые моменты, чтобы потом не случилось досадных недоразумений.
— Так-то я уже не первый год продаю одежду, сшитую на заказ, — произнёс я, не улавливая, к чему клонит Клюев. Вроде бы Киселёв ни о каких нюансах и подводных камнях не упоминал.
— То, что вы делали у себя дома, это по большей части ваше дело. Объёмы небольшие, продукция для определённого круга лиц, с которыми вы фактически заключали прямые договоры, — махнул свободной рукой аудитор. — Моя служба не интересуется подобным, покуда вы и вам подобные «предприниматели» сидят тихо, исправно платят налоги и не нарушают определённых правил.
— Но теперь всё поменялось… — я покрутил опустевшую чашку, после чего поставил её на стол.
— Именно, — кивнул Клюев, тоже с сожалением допивший остатки кофе. — Теперь, когда вы, так сказать, вышли в свет и ваш товар стал доступен общественности, налоговая служба в моём лице будет следить за неукоснительным исполнением вами ваших обязанностей.
— К примеру? Уплата налогов? Вежливое общение с покупателями? Наличие вкусного кофе со свежими пирожными?
— Последний пункт обязателен, и его невыполнение будет караться по всё строгости закона, — улыбнулся мужчина. — Но пока поговорим о более приземлённых вещах, например, об отчётности.
— Документами у меня пока занимается доверенное лицо. Уверен, что с этим проблем не возникнет, — я пожал плечами, действительно не видя проблемы в этом. — Приход, расход, доход и прочий «од» будет записан и предоставлен. От и до.
— Нет, нет, Максим Витальевич, я сейчас не об этом, — на лице Клюева возникла улыбка, с которой обычно разговаривает умудрённый жизнью человек, открывающий глаза неопытному юнцу. — Вы же знаете, что при покупке, например, того же магического хранилища, вы обязаны предоставить магазину свои данные?
— Да, покупал относительно недавно, — кивнул я, уже начиная смутно понимать, к чему клонит аудитор.
— Догадываетесь, почему это сделано? — судя по всему, часть разговора с мужчиной была этаким тестом, в ходе которого он проводил оценку моих умственных способностей.
— А можно ещё раз посмотреть ваше удостоверение? — вместо ответа, спросил я, на что аудитор хмыкнул и вновь продемонстрировал синюю «корочку». Хм, значит, не показалось, рядом с губернаторской печатью действительно стояла и императорская. — Ладно, по хранилищам вопроса нет, Империя хочет знать, кто, как и чем защищён. Всё же нужно иметь козыри против потенциальной угрозы внутри страны. Но я-то со своими поделками каким тут боком?
— О, Максим Витальевич, не стоит себя недооценивать и недооценивать размеры государева аппарата, — рассмеялся Клюев. — Как думаете, почему наша Империя, как, впрочем, и остальные крупные страны не сгорают в пламени гражданских войн? Учитывая, что рода с одарёнными представляют из себя более чем внушительную силу.
— Система противовесов? — предположил я. — Имперцы знают слабые места родов, а те знают, что Империя знает и этими слабостями может воспользоваться. Ну или просто рассказать об этом конкурентам. А те уже сами прижмут неугодных. Да ещё и должны окажутся Империи.
— Верно! — довольно рассмеялся Клюев. — И сами понимаете, мелочей в подобных делах не бывает. Какие-то сведения устаревают, становясь неактуальными, какие-то, напротив, из незначительных превращаются в каменное надгробие зарвавшегося рода. И поэтому Империя старается получать информацию из любых источников.
— И что, вы предлагаете мне теперь сообщать вам о каждой проданной мною вещи? — нахмурился я.
Теперь понятно, почему Киселёв об этих «нюансах» ни сном, ни духом. Вряд ли те, к кому приходили подобные «аудиторы», горели желанием особо распространяться о таких визитах.
— Ну что вы, Максим Витальевич. К чему мне, например, информация вот о том жилете? — мужчина кивнул в сторону висящего на манекене женского жилета. — Явно же не таящая в себе ничего серьёзного вещица.
— Немного притупляет чувство голода…
— Хм… Уверен, первый же покупатель женского пола приобретёт его, даже не глядя на ценник. Тем не менее Империи будет совершенно неинтересно, если какая-нибудь баронесса скинет парочку лишних килограмм, благодаря вашей одежде, — Клюев внимательно посмотрел на меня. — А вот если мы будем знать, что некоторые личности имеют у себя…
Мужчина покрутил рукой в воздухе, будто подбирая слова:
— … ну, скажем, одежду, маскирующую их в определённых условиях. Или комплект доспехов, делающих носителя неуязвимым к конкретным аспектам стихий… Вот эта информация, как понимаете, может стать очередным грузиком в озвученной вами системе противовесов.
— А если клиент пожелает остаться неизвестным? — поинтересовался я, гадая, кого имел в виду Клюев в первом случае, меня с Беляевым, когда мы скрывались от спрутов в Октопусе. Или всё же скрытников, чья вылазка за артефактом Молчановых оказалась не такой уж и секретной, как некоторые на то рассчитывали?
— Хочет остаться неизвестным, пусть остаётся, — добродушно произнёс Клюев. — Однако если вдруг где-то всплывёт, что кто-то причинил ущерб имперской собственности или людям, используя ваши вещи, а вы до этого не сообщили мне о том, что передали потенциально опасный артефакт, то могут наступить печальные последствия.
— Какие?
— Печальные. Очень, — не стал вдаваться в подробности мужчина. — И сразу скажу, муки совести по отношению к клиентам вас могут не терзать. Во-первых, если мы знаем, что и кому вы продали, дальнейшая судьба артефакта или зачарованной вещи уже не ваша проблема. А, во-вторых, нас интересует только то, что может быть обращено против стабильности самой Империи. Внутренние разборки родов нам не столь интересны.
— Пусть хоть убьются друг о друга? — усмехнулся я.
— Не совсем, всё же они, как и мы, граждане Империи, — покачал головой Клюев. — Однако, скажем так, во время траура по некоторым родам флаги в стране приспускать определённо не будут.
— Что же, Виктор Фёдорович, я вас услышал, — задумчиво произнёс я. — Впрочем, сами понимаете, над сказанным нужно подумать. Как-то всё это неожиданно, честно говоря.
— Собственно, поэтому я к вам с утра пораньше и наведался. Чтобы вы ошибок по незнанию не наделали, — улыбнулся аудитор. — Так что думайте, Максим Витальевич, думайте.
— А документы-то проверять будете? — поинтересовался я скорее для проформы, чем в действительности, ожидая положительный ответ.
— Думаю, ничего интересного я там пока что не увижу. Да и идти мне пора, долг зовёт, сами понимаете, — Клюев поднялся с места и посмотрел в сторону входа. — Тем более, у вас, судя по всему, первый посетитель.
Поднявшись следом за аудитором и пожав протянутую руку, я взглянул на довольно пышную женщину, открывшую дверь и потревожившую колокольчики.
— Доброе утро. Недавно открылись? А что у вас есть интересного? — практически мгновенно затараторила потенциальная покупательница, которую я встретил на
