текст, принялась излагать очередную жалобу пострадавшей стороны.
Впрочем, судя по кислым рожам сторонников графа, да и самого Петра Николаевича, сидящего аккурат напротив меня на другой половине зала, никто из них на победу уже не рассчитывал.
Нет, так-то на словах для стороннего наблюдателя могло показаться, что Чигерёвым пришёл конец и что род после суда окажется на грани банкротства. Вот только сторонних в самом зале практически не было. Все свои, все в курсе происходящего. И вызывающе-агрессивное поведение судьи в адрес ответчика никто не воспринимал всерьёз.
Так, в первом же рассматриваемом вопросе, касающемся обеспечения должного уровня безопасности на курорте, судья разве что ядом не брызгала в сторону Чигерёвых, буквально в открытую угрожая оставить без последних штанов.
Впрочем, ответчик на это сохранял полнейшую невозмутимость. Те, кому надо, и так уже знали, что на этом процессе решался вопрос не о том, опустеют ли счета Чигерёвых или нет, это было уже без вариантов, всё же компенсацию им в любом случае выплачивать пришлось бы. Сейчас же основным вопросом было, останется ли подземелье у прежнего собственника или перейдёт в руки нового.
В принципе, до недавнего времени все шансы выиграть у графа Петрова имелись. Четыре десятка истцов, выступивших разом, должны были буквально аннигилировать любые попытки Чигерёвых защититься. Никакой суд, учитывая, что процесс был открытым и транслировался чуть ли не в прямом эфире, не встал бы на защиту людей, по чьей вине произошла трагедия. Тем более что вина Чигерёвых была очевидна.
Вот только благодаря полученной информации, Марк Артёмович, глава рода Чигерёвых, развернул бурную деятельность, и к началу процесса от сорока человек осталась жалкая кучка из десяти истцов. И то уже на разборе первого пункта жалобы один из них прямо во время дачи показаний заявил, что отказывается от участия в групповом иске и готов пойти на мировую с Чигерёвыми.
И это был не последний «перебежчик» из лагеря Петрова. За время процесса ещё несколько человек переметнулись на сторону Марка Артёмовича. Причём, судя по удивлённому лицу, парочка новоявленных «сторонников» стали неожиданностью и для последнего.
Тем не менее, несмотря на уменьшение количества истцов, судья отыгрывала свою роль по полной. При этом одинаково терроризируя и Чигерёва, и Петрова.
Первому женщина недвусмысленно намекала, что заплатить пострадавшим придётся по полной. На что, впрочем, Марк Артёмович лишь смиренно кивал, даже и не думая возражать. И чуть ли не соглашаясь с каждым требованием судьи. Впрочем, учитывая с десяток камер, нацеленных на Чигерёва, это было неудивительно. Пусть люди видят, как человек раскаивается в произошедшем и готов понести наказание по всей строгости закона. Пиар как он есть. Могут же некоторые минусы в плюсы оборачивать…
Второму же… А вот у графа, несмотря на все его попытки сохранить лицо в ходе процесса, ничего не вышло. И если вначале он ещё держал себя в руках, насколько это можно было для человека, походящего на хорошо просушенную мумию, вздрагивающую от малейшего звука, даже когда в зале было тихо, то вот когда его вызвали на дачу показаний, граф сломался окончательно.
— Пётр Николаевич… — судья посмотрела на сидящего перед ней мужчину, крутящего головой в разные стороны, после чего повторила громче: — Пётр Николаевич!
— А? Да? — граф, изрядно похудевший и пожелтевший, с кругами под глазами и трясущимися руками посмотрел на женщину, после чего плотоядно облизнул потрескавшиеся губы. — Что вам… уважаемая Анастасия Степановна?
— Вам был задан вопрос по поводу вашего заявления о бездействии администрации подземелья «Октопус» во время инцидента, — судья поправила очки и прищурилась, глядя на то, как мужчина вновь начал вертеть головой, игнорируя её. — Пётр Николаевич, с вами всё в порядке?
— Да заткнись ты! — гаркнул граф, не глядя на женщину. — Я знаю, что делать! Шансы ещё есть! Нет… Я говорю, что справлюсь!
— Хм… Пётр Николаевич… — женщина, глядя на начавшего покачиваться из-стороны в сторону мужчину, нахмурилась ещё больше. — Пётр Николаевич, если вы себя плохо чувствуете, то, может, стоит позвать врача…
Судья подняла руку, привлекая внимание охраны, стоящей у дверей зала. Однако прежде, чем рослые парни двинулись в их сторону, граф зарычал и под охи-вздохи присутствующих с рёвом вскочил из-за стола. После чего бросился на ближайшего мужчину, явившегося в суд вместе с Петром и всё время, пока шло заседание, что-то нашёптывающего Петру Николаевичу.
В считаные секунды преодолев разделяющее их расстояние, граф неожиданно ловко перепрыгнул невысокий барьер и обеими ногами приземлился на растерявшегося соратника.
Получив в живот ногами, пухлый мужичок взвизгнул и сполз с кресла на пол, при этом увлекая за собой графа. В то же время сидящие рядом с жертвой люди хлынули в стороны, стремясь убраться как можно дальше и быстрее от окончательно сошедшего с ума графа.
— Это всё ты! Ты! Ты зачем меня отвлекаешь⁈ Ты думаешь, я не слышу, что ты думаешь⁈ Я слышу, сука! Я всё слышу! — Петров, оседлав мужчину, принялся хлестать бедолагу, оставляя на его лице кровавые отметины. — Это ты же всех сдал! Это ты всё рассказал этим ублюдкам… Ты думал, я не узнаю? Я узнал! Узнал! Она мне всё рассказала! У-у-у-у! Всё рассказала, с-с-су-у-ка!
— Слезь с меня, псих! Спасите! — получивший очередную оплеуху мужчина, похоже, вспомнил, что у него есть руки и ноги, и принялся отбиваться от начавшего выть графа. — А-а-а-а! Снимите его с меня!
Впрочем, сопротивление жертвы было весьма вялым, так что оно это не помешало Петрову схватить бывшего соратника за жидкую шевелюру и начать прикладывать его головой о мраморный пол, попутно выкрикивая бессвязный бред, мало соотносящийся с реальностью.
К счастью, до убийства в прямом эфире не дошло. Подскочивший охранник попытался оттащить безумца от жертвы, однако тот, на удивление, крепко вцепился в шею своей жертвы и совершенно не обращал внимания на обрушившиеся на него удары дубинки.
— Да уж… Журналисты сегодня явно напьются на радостях. Ехали на скучное разбирательство, а получили сенсацию, — пробормотал я, глядя на то, как несколько человек с камерами окружают место драки. Впрочем, помимо них, хватало и других любопытствующих, всё же не каждый день увидишь, как целый граф кому-то мозги вышибить пытается. Да ещё и в здании суда.
Впрочем, долго шоу не продлилось. Поняв, что на удары дубинкой по спине Петров не реагирует, а его жертва вот-вот обзаведётся лишней дыркой в черепе или задохнётся, охранник принял единственно правильное решение. А именно приложить уже самого графа по голове.
И это сработало. Правда, не с первого раза. Петров, схлопотав по черепу в третий раз, наконец, выпустив добычу, упал
