обрадовалась, что нашла время одеться, прежде чем покинуть нашу спальню, потому что обнаружила там Аню с двумя охранниками.
— Доброе утро, малыш, — произнесла я, поцеловав Анечку в лобик и направляясь к тостеру, чтобы положить в него пару ломтиков хлеба. — Ты хочешь есть?
— Нет, папа испек мне блинчики, — радостно ответила она, отрываясь от картинки, которую раскрашивала. — А еще он сказал, что я должна вести себя тихо, как мышка, пока ты не проснешься, потому что тебе нужно подольше поспать. Но ведь теперь ты проснулась и мне больше не нужно быть мышкой, правда же?
Я не смогла сдержать теплой улыбки.
— Ну, не знаю, — произнесла я, наклоняя голову и прищуриваясь, специально не отрывая взгляда от Ани. — Из тебя действительно получилась очаровательная мышка.
— Я не настоящая мышка! — взвизгнула девочка, спрыгивая со стула. — Просто вела себя тихо, как мышка, а теперь я хочу повеселиться!
— Потише, принцесса. Как насчет того, чтобы пойти погулять? Там ты сможешь шуметь, сколько твоей душе угодно, если только не переутомишься и не устанешь слишком сильно.
— Ура! — взвизгнула она, бросаясь мне в объятия.
— Поднимись наверх, пожалуйста, переоденься в уличную одежду, и мы пойдем, как только я что-нибудь перекушу.
— Хорошо, — бросила Аня через плечо, уже подлетая к лестнице.
Ко мне подошел один из охранников, которых нанял Денис для нас. Мужчина внешне был абсолютно спокоен и невозмутим.
— У нас есть только два человека, которые могут сопровождать вас в парк этим утром, Вера Павловна. У Дениса Алексеевича назначена встреча, и другие люди будут сопровождать его там.
Я была несколько удивлена этому заявлению. Очевидно, это не должно быть нашей проблемой с Анечкой.
— Мы всегда ходим в парк в это время, — пробормотала я, откусывая кусочек от тоста, когда он подрумянился.
— Может быть, сегодня было бы лучше пойти прогуляться днем, — предположил охранник.
Я едва сдерживалась, чтобы не закатить глаза, пока шла по коридору к кабинету Дениса. Мы были окружены бугаями-телохранителями в последнее время, но прошли недели, и не было никаких признаков опасности, от которой Дробышев пытался нас защитить. Когда я приблизилась к кабинету Дениса, то услышала из-за двери голос моего жениха, в котором слышалось тихое раздражение.
— Вам лучше найти Делоса и его сына побыстрее. Ускорьтесь, вам же лучше будет. Паша не заметил никаких признаков того, что они напали на след Марины. Я, может, и не знаю, что, черт возьми, они задумали, но я всажу в тебя пулю, если им удастся подобраться к моей семье.
Мне стало немного не по себе от словесного напоминания о том, каким человеком был Денис за пределами нашего дома. Я легонько постучала в дверь и приоткрыла ее, привлекая к себе внимание Дробышева.
Он кивнул мне головой, закончил разговор и подошел ко мне, остановившись напротив и проведя кончиком пальца по моей щеке.
— Мне нравится видеть, как к твоему лицу возвращается румянец.
— Я чувствую себя намного лучше.
— Я уверен, что так и есть, — загадочно ответил Денис, хитро улыбаясь.
— На самом деле, я чувствую себя так хорошо, что хотела бы сегодня утром сводить Аню в парк.
Это был не вопрос, а четко сформулированное утверждение, потому что меня стало раздражать, что я должна спрашивать разрешения на что-то настолько обыденное.
Дробышев задумался, почесывая бороду кончиками пальцев.
— У меня назначена встреча, и я буду свободен только после полудня, — ответил он с сожалением в голосе.
— Денис, мы просто перейдем улицу, и с нами все время будут двое охранников. Ничего страшного не случится, если мы пойдем без тебя.
— Вера, — простонал он, растягивая гласные. — Почему так сложно сказать тебе 'нет"?
— Потому что ты любишь меня, — пошутила я с улыбкой.
— Я правда люблю тебя, — прошептал он мне в губы, прежде чем запечатлеть на них поцелуй.
Поход в парк, как я и ожидала, прошел без происшествий. Я покачала Аню на качелях, посмотрела, как она катается с горки, и поиграла с ней в догонялки. Когда мы катались на карусели, у меня закружилась голова, и я почувствовала настоящее облегчение, когда малышка попросилась в туалет.
Охранники стояли рядом, каждый из них прикрывал собой вход на открытую площадку. Они поворачивали головами из стороны в сторону, оценивая местность на предмет возможных угроз, особенно места, где, я полагаю, кто-то мог легко спрятаться в тени. Вокруг было так много людей, что все это казалось мне излишним. Я кивнула в сторону общественного туалета через дорогу, чтобы они знали, куда мы направляемся, прежде чем помочь Ане слезть с ярко раскрашенной деревянной лошадки.
Как только ее ноги коснулись земли, она сорвалась с места и помчалась впереди меня. Я двигалась так быстро, как только могла, чтобы догнать Аню. Около девочки я оказалась как раз в тот момент, когда она стояла в метре от двери, ведущей в общественный туалет. Я положила руку ей на плечо, чтобы притормозить, собираясь напомнить, что нельзя так просто убегать от взрослых, когда заметила в тени двух мужчин, быстро приближающихся к нам сзади.
Оглянувшись через плечо, я ожидала увидеть охранников, но их там не было. Я была потрясена, когда увидел за своей спиной двух здоровенных головорезов, которых никогда раньше не видела. Они протягивали руки мимо меня к Ане.
— Беги! — закричала я девочке, перегораживая собой им дорогу.
Малышка подняла на меня испуганный взгляд, потому что никогда раньше не слышала, чтобы я повышала на нее голос. Я легонько толкнула ее.
— Иди к папиным друзьям. Сейчас же!
Ее широко открытые глаза наполнились слезами, но она кивнула и пробежала мимо нас. Ровно пару секунд я наблюдала, как маленькие ножки Ани двигались так быстро, как только могли, пока она бежала к охранникам, которые практически летели к нам, а в следующее мгновение я не увидела ничего, кроме черноты, которая опустилась мне на голову.
Сильные руки обхватили меня за талию и оторвали от земли. Мне показалось, что меня перекинули через чье-то плечо, а потом я полетела по воздуху и тяжело приземлился на бок на твердую поверхность.
Как будто сквозь сон слышались рев двигателя, визг шин, а затем меня вновь подняли и снова куда-то бросили.
Я открыла рот, чтобы закричать, но из моей груди вырвался лишь испуганный вскрик, когда я услышала грубый голос у себя над ухом.
— Я сказал им, чтобы они добыли мне девчонку. Это справедливо, ведь Дробышев украл у меня дочь, согласна со мной?
О, черт. Я действительно влипла.
— Все знают, что этот мудила без ума от своей дочери, но
