Сверху хлынула кровь. Потом я упала, и меня накрыло вонючей орочьей тушей.
Тишина.
– Жива? – спросил Макс.
Я прохрипела что-то в том смысле, что по крайней мере не мертва.
Замигал и включился свет.
Я лежала в луже крови, и она все еще хлестала. Макс вытащил меня из-под орка, я обернулась – у того практически не было головы.
– Лучший мой выстрел, – хладнокровно сказал Макс.
– Спасибо, – ответила я. – Офигеть, как ты еще увидел, куда стрелять.
– Не видел, – согласился Макс. – У меня оставался один патрон. Я просто взял ориентировочно на два с половиной метра от пола, чтобы точно не задеть тебя. А наводился по звуку.
Я кивнула.
– Кто кричал?
– Дед из номера напротив. Любопытный старикан. Я когда шел к тебе, он выглянул, осмотрел меня с подозрением и снова заперся.
– Он вчера ночью тоже кого-то шуганул…
– Шуганул, – хмыкнул Макс. – Этих было пятеро плюс с ними человек. Человек и один из орков – с огнестрелом. Ушел только человек. Двоих положила ты, двоих я. А дедок шустро так подстрелил вооруженного орка и ранил человека. Потом сказал, что ему худо, он пойдет к себе полежит, до приезда полиции.
– Ты уже сообщил?..
– Нет еще.
Я критически осмотрела поле боя. Все пятеро орков – явно горные, два черных, трое бурых, отлично подходящих под описание Шона Ти. Все «голые», даже тот, что был с пушкой. Дикари, брр. Ладно, нечего время терять… Я вызвала копов.
Макс брезгливо оглядел себя, уставился на меня – и расхохотался.
– Мне идут ошметки орочьих мозгов в прическе? – осведомилась я.
– Еще как, – заверил Макс.
Как ни странно, в ходе потасовки разбились наши бокалы и ваза с цветами, но уцелела бутылка. А что ей сделается? Открыл, налил, снова закрыл – и хоть кидай ее, она ж не стеклянная, не разобьется. Макс деловито пристроил цветы в другую посудину, принес чистые бокалы и налил до краев. Я с удовольствием выпила. Сейчас уже бояться нечего: копы приедут с минуты на минуту. Даже если Энстон пришлет убийцу, тот не сунется – слишком легко засветиться.
– Надо бы проверить старикана, – сказала я. – А то кто его знает. Помрет еще с такого перепугу.
– Не заметил я, чтоб он испугался, – возразил Макс. – Действовал очень четко. Не ходи. Сейчас полиция приедет, вот она пусть и проверяет, как его здоровье. Ты Йену позвонить не хочешь?
– Незачем. У нас, между прочим, параллельное расследование.
– Я помню. Так, на всякий случай. Он все-таки местных копов знает.
– Не хочу.
– Ты их ждала?
Я промолчала. Нет, ждала удара с другой стороны. Надо же, бывает и такое – я ж должна сказать спасибо Энстону. Если бы он не вздумал терроризировать меня именно сейчас – я бы и не почесалась. Впрочем, возможно, пошла бы на концерт. Хотя нет, не пошла бы. Я ж не хотела видеть Макса. Значит, осталась бы. И легла бы спать.
Короче, если бы не Энстон, вопросы продления контракта сейчас уже не волновали бы меня.
Я коротко написала Августу, что нас проведала банда, мы отбились, имеем самое малое одного живого «языка» – того, которого я приложила шокером.
Ответа опять не последовало.
Да ну тебя к черту, подумала я и протянула Максу свой опустевший бокал.
– Что-то копы долго едут, – отметил Макс. – С другой планеты летят, что ли?
– С соседнего острова, – поправила я. – Они тут вообще раздумчивые и несуетливые. Ну, понимаешь, ледник ползет с полюсов, все мы умрем, торопиться некуда. Йену тогда на один-единственный вопрос чуть не сутки отвечали.
– Н-да, – только и сказал Макс. – Если б это была моя полиция, на Сонно, вышвырнул бы всех без выходного пособия.
Мы успели допить бутылку и как раз решали, не заполировать ли нам шампанское вискарем, когда наконец приехали силы правопорядка.
Приехали и первым делом арестовали нас с Максом.
* * *
Всю ночь мы провели в местном управлении. Оно было в пять раз меньше танирского – и по занимаемой площади, и по количеству сотрудников, – зато камер оказалось даже больше. Ну понятно, студенты. Они везде буйные.
Полицейские ходили хмурые, недовольные, их ведь заставили работать. К Максу прицепились сразу же: у него ствол армейского образца, да еще и полный автомат. Во-первых, частным лицам такие не продают, во-вторых, ввоз негражданского оружия на Эверест запрещен. Потребовали сдать пушку. Макс отдал с усмешкой:
– Держите. Сами принесете и еще извиняться будете.
Полицейские обиделись.
Макс объяснил, что он, строго говоря, не частное и не гражданское лицо. Как владелец планеты, он несет обязанности по ее защите, соответственно, имеет чин полковника внешней обороны. Стандартный чин для звездного принца, независимо от того, служил он в действующей армии или нет. Впрочем, практически все принцы хотя бы срочную, но прошли. И те, кто служил офицером, в обиходе представлялись заслуженным чином – пусть он хоть лейтенантский, – а не статусным.
Так или иначе, но Макс закупал оружие армейских образцов вполне легально. И носил тоже.
Полицейские почти что оскорбились. Люди по-разному реагируют на появление звездного принца в орбите своей привычной деятельности. Кто-то с любопытством разглядывает, кто-то демонстрирует почтение, а кто-то пользуется случаем показать, как он ни в грош не ставит этих задавак. Мы, мол, сами с усами, и на нашей территории вам никаких поблажек не будет, не надейтесь. Вы привыкли, мол, на всех свысока глядеть, по головам ходить, а вот мы вас на землю-то грешную спустим да заставим по ней погулять вашими ноженьками изнеженными, чтоб как все были.
Макс посмеивался. И не растерял куража, даже когда его сунули в камеру. Повод, как по мне, из пальца высосан – ну подумаешь, защищался тем оружием, какое было. Он же не нападал. Но вот тут полицейским показалось очень важно выяснить, почему он находился не в своем номере да почему пришел в гости вооруженным до зубов… Объяснять, что Макс всегда такой, он снимает пистолет лишь в ганзфри-зонах, – бесполезно.
А потом напротив него оказалась я. Совсем весело. Потому что один из орков был убит наповал, и убит из пока неустановленного, но тоже явно армейского оружия. Полицейские решили, что убила я, а ствол выбросила в окошко. Деда, кстати, они не нашли. Похоже, старикан вызвал врачей и поехал лечить стресс в госпиталь, а полиция решила, что его и не было.
Трагедия начала превращаться в фарс.
Меня спрашивали, зачем ко мне шли эти орки. И зачем я открыла огонь по ним, может, они поговорить хотели. Оказывается, их видела дежурная в холле, их было шестеро, еще человек. Человек сказал, что идут к Делле Берг, есть сведения, которые она просила раздобыть. Она преступление расследует, вот. Дежурная не удивилась, поскольку недавно к Делле Берг уже приходил орк. Полицейских, конечно, до глубины души возмутило, что я расследую преступление на их территории, и моя лицензия вкупе с авторитетом Августа их только злила. Они, дескать, сами справляются, у них все хорошо, пока не приезжают всякие столичные штучки и не начинают тут без спросу свои делишки крутить. Спрашивать я никого не обязана, но они обиделись: надо было зайти поговорить, так все воспитанные люди делают, а они бы объяснили, как у них тут принято работать. И вообще, я сама все подстроила. Орки вон безоружные были, ну кроме одного, а остальные-то с голыми руками! А я их крошить стала, ни за что. Дверь взорвали? А почем я знаю, что именно они? Да это я сама их спровоцировала на нападение. Да, так! Вот не надо было приезжать и распускать тут перья! Пока вас не было, у нас все тихо было! Ах, вы танирскую банду ловите? Ну и ловите ее на Танире, а здесь Эверест!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
