– Каких?
– Я договорился с комиссаром, что он пришлет пару оперов покрепче и поумнее. Если он не хочет, чтобы мы устраивали ему бедлам, пусть заботится о нашей безопасности, верно? Опера будут дежурить в коридоре, у твоей двери. Кстати, я переехал в этот отель, на седьмой этаж, номер точно над твоим. Мне надоело мотаться с острова на остров. Последний свободный номер занял… Я к чему спросил: я освобожусь часам к пяти. Формально в три, но у меня обычно еще ответы на вопросы аудитории… сама понимаешь, такие лекции вовремя не заканчиваются. В половине шестого я точно буду здесь. Если у тебя есть какие рабочие планы – согласен побыть твоим оперативником, потому что на местную полицию надежды лично у меня нет. Если ты против – я бы сводил тебя поужинать. По-моему, тебе нужно немного расслабиться. А к семи приходит моя яхта, я вызвал ее. Нет, я ничего не имею в виду, просто подумал, что неплохо иметь корабль под рукой, мало ли что.
– И какой из тебя оперативник, если ты поклялся не прикасаться к пистолету?
– Ну, Делла, – Макс заулыбался, – конечно, поклялся. И сдержу слово. Но я обещал не прикасаться именно к тому пистолету! Кто сказал, что у меня он один?
Я рассмеялась.
– Я принесу тебе второй, – доверительно шепнул Макс, – перед уходом.
– Спасибо. А яхта у меня есть. Не моя, конечно, – Августа. Стоит на космодроме. Я могу ею пользоваться.
– Моя лучше, – заявил Макс.
– Почему?
– Потому что, во-первых, к моей прилагается хозяин, приказы которого, даже самые безумные, экипажем не обсуждаются, а во-вторых, я со своей, в отличие от Маккинби, снял не все пушки. Нет, Дел, ну мало ли – у банды есть корабли, вдруг кто-то удерет, понадобится за ним гнаться…
– И устраивать несанкционированный бой в космосе, за который нас посадят.
– Ага, посадили уже одни такие. Не дрейфь. Я все устрою.
Я подумала. Потом еще раз подумала. В принципе риска никакого. Банду мы потрепали основательно. Руководитель группы ранен, орки перебиты. Даже если это не все орки, которых он привез, – без командира дикари малоопасны в силу своей бестолковости. Опять же, шум мы подняли знатный, бандиты либо залегли на дно, либо ищут способы удрать с Эвереста. Если уже не удрали, обманув местную неповоротливую полицию. Таким образом, посторонние, которые окажутся замешаны в моих делах, не пострадают.
– Мне вечером надо съездить в одно место, – сказала я. – Поговорить с парнем, из-за которого я и прилетела. Парень – студент, проблемный. На контакт не идет вообще. Мне, видимо, придется обманом заманивать его на борт яхты, чтобы вывезти на Таниру.
– Совсем неконтактный?
– Совсем.
– Имя, код знаешь?
– Роберт Зелинский, – я сбросила Максу его код.
– Что еще известно?
– Самолюбив, заносчив, ханжа. Ведет себя так, словно подозревает: у половины мужчин мира член больше, чем у него…
– А! – перебил меня Макс. – Все понятно. Отдыхай. К шести вечера я достану тебе этого поганца. Он ведь поганец?
– Говорят, еще какой.
– Отлично. А потом поужинаем? Можно на борту яхты, если тебе надо сопровождать поганца на Таниру.
– Сопровождать будет Йен, потому что мне еще надо дождаться Алистера Торна. Уговорил: после работы весь вечер – твой.
Через пять минут прибыли обещанные оперативники. Макс принес мне свой резервный пистолет и забрал гостей. Стало пронзительно тихо. Я помялась и решила немного полежать. Спать не хотелось, но телу надо бы дать возможность расслабиться. Растянулась на широкой постели, полезла читать новости.
В принципе чтение новостей – моя обязанность. Мой рабочий день начинается с того, что я просматриваю почту, затем новости, а Августу излагаю выжимку. Но это на Танире. На выезде я полностью сосредоточена на текущей задаче, и бывает так, что уже Август пересказывает мне последние события по возвращении.
Новости оказались такими, что я окончательно расхотела спать.
Инквизитор первого класса Август Маккинби доказал факт государственной измены, совершенной военным министром Нотторпом.
Нотторп арестован, уже состоялось первое заседание суда. Август за неполных трое суток успел выступить в Сенате, перед правительством и в суде. Расследование вела сводная бригада: Августу ассистировала Алиша Бетар, инквизитор второго класса, два контрразведчика и штат оперативников сплошь из хоббитов. Десять человек. Год исступленной работы.
И я ничего не знала!
Господи, он свалил Нотторпа… Теперь я поняла, с чем были связаны угрозы Энстона. Я-то грешила на Макса. А в это время оставались считаные часы до выступления Августа в Сенате. Энстон надеялся, что я испугаюсь и остановлю своего босса. Без его показаний дело рассыпалось бы… наверное. Странный все-таки человек Энстон. С чего он взял, что я могу остановить Августа? Его родная мать не остановит, что уж говорить об ассистентке.
Я лихорадочно читала материалы. Обалдеть можно… Все здание неприкосновенности Энстона зиждилось на двух китах – Нотторпе, который покрывал аферы в четвертом округе, и этике аристократов, которая сводилась к принципу «акулы кусают только раненых акул». Пока Нотторп занимал свое кресло, под Энстона копать было бессмысленно. И Август свалил его… Пробил оборону Энстона, считай, в самом надежном месте. Пробил с фронта, тупо, напролом.
Я просмотрела выступление Августа в суде. Хорош, чертяка. Величественный, собранный, опасный. Красивое невозмутимое лицо, холодные серые глаза. Выверенная речь с идеальным британским произношением. Неопровержимые улики, грандиознейшая преступная сеть, сотни вовлеченных лиц по всей Галактике… форменный же мафиозный синдикат. И Август, один на трибуне, как эпический герой, повергающий в прах дракона…
И я не сразу обратила внимание, что почти повсюду его сопровождала девушка. Высокая, тонкая, гибкая. Покорно-преданный взгляд газели, восторг на личике. Я даже не поверила своим глазам: это та самая Джиллиан Фергюсон? Ни фига себе актерские данные у гадюки. Она выглядела юной, хотя была старше Августа, юной, неискушенной и трогательно влюбленной. На всех публичных выступлениях Августа, на всех пресс-конференциях она скромно сидела в зале или в уголке, следя за ним сияющими глазами. Скрипнув зубами, я полезла смотреть, что пишет светская хроника.
Ну да, свершилось. Или почти свершилось. Масса снимков Августа и Джиллиан. В ресторане за ужином, на прогулке. Она жмется к его руке, доверчиво кладет голову на плечо. Репортеры уже называли их самой красивой парой десятилетия. Прозвучала версия, что Август неспроста наехал на министра – кто-то в том синдикате обидел Джиллиан, а инквизитор отомстил. Я была оскорблена до глубины души: меня как будто обокрали. То есть страдала я, а жалеть будут ее!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
